Проблематика определения форс-мажорных обстоятельств является одной из самых актуальных в современном правовом пространстве. Это связано, прежде всего, с обширным спектром потенциальных обстоятельств, освобождающих или ограничивающих ответственность контрагентов, которые могут быть включены в гражданский договор как исключительные и непреодолимые.
Форс-мажорная оговорка или форс-мажорное обстоятельство в международной предпринимательской практике является более широким понятием, нежели термин «непреодолимая сила». Это связано прежде всего с тем, что стороны могут включать в договор обстоятельства, не относящиеся обычно к обстоятельствам непреодолимой силы, но признаваемые таковыми. В основном, такие условия допустимы вследствие специфики деятельности юридического лица (лиц), в том числе его предпринимательской деятельности. Например, поставщик может быть освобожден от ответственности по соглашению сторон в случае, если лицо, у которого он приобретает товар для последующей поставки, является единственным производителем соответствующих материалов, и при нарушении этим лицом условий договора, поставщик лишается реальной возможности надлежащим образом исполнить обязательство.
На национальном уровне законодатель отождествляет понятия форс-мажорных обстоятельств и непреодолимой силы. На мой взгляд, это не совсем корректно, поскольку непреодолимая сила является одной из разновидностей форс-мажора. В форс-мажорную оговорку могут быть включены по соглашению сторон иные обстоятельства, не являющиеся непреодолимыми, но признанными таковыми в силу субъективных причин. В современном Гражданском кодексе РФ закреплено только последнее из них. Согласно п. 3. ст. 401 ГК: «Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств» . Исходя из данного определения, можно выделить основные квалифицирующие признаки форс-мажорного обстоятельства, среди которых: доказательность наличия форс-мажора, не подконтрольность форс-мажора действиям контрагента, нарушившего условия договора и его непреодолимость, которая состоит из двух критериев: чрезвычайность и непредотвратимость. Под чрезвычайностью понимается невозможность предвидения при данных условиях наступления соответствующих обстоятельств, под непредотвратимостью — невозможность их предотвращения имеющимися в распоряжении данного общества техническими и иными средствами.
Косвенно и довольно расплывчато упоминаются обстоятельства непреодолимой силы в п.1. ст.111 Налогового кодекса РФ, из которого вытекает, что данными обстоятельствами могут быть либо стихийное бедствие, либо иное обстоятельство, которое обладает признаками чрезвычайности и непредотвратимости, и которые обязательно установлены в качестве общеизвестных фактов и не нуждаются в специальных средствах доказывания.
Перечень форс-мажорных обстоятельств для различных видов деятельности предусматривается законами. Так, например, Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации, Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации, Федеральный Закон «О закупках и поставках сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия для государственных нужд» предоставляют определенный перечень обстоятельств, которые можно рассматривать в качестве форс-мажорных. Это могут быть блокада, военные действия, эпидемии, опасности или случайности на море и в других судоходных водах, любые меры по спасанию людей или разумные меры по спасанию имущества на море, пожар, возникший не по вине перевозчика, действия или распоряжения соответствующих властей (задержания, ареста, карантина и др.), народные волнения, забастовки. Кроме того, законодатель в п. 6 ст. 8 Федерального Закона «О закупках и поставках сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия для государственных нужд» применяет новую формулировку, обозначающую обстоятельства непреодолимой силы (форс-мажор) это «непредвиденные обстоятельства», к которым относит засуху, наводнение, градобитие и другие форс-мажорные обстоятельства, которые стороны не могли предвидеть и предотвратить.
Исходя из вышесказанного, можно разделить все обстоятельства, относимые к форс-мажорным, на две группы. К первой группе причисляются природные и техногенные факторы. К природным факторам относят стихийные бедствия, такие как ураган, наводнение, смерч, засуха, землетрясение и др. К техногенным факторам относят катастрофы, в частности поломку или повреждения оборудования на предприятии или на каком-либо ином объекте, представляющем экономическую ценность. При этом, такая поломка (повреждение) не связана с виной лица, эксплуатирующего данное оборудование, а зависит непосредственно от внешних факторов.
Ко второй группе относятся форс-мажорные обстоятельства, вызванные социальными причинами. Социальные факторы , в отличие от природных и техногенных, напрямую зависят от воли человека. Форс-мажорные обстоятельства данной группы в основном воздействуют разрушительно на систему государственного управления и на общественный порядок внутри страны, что приводит к невозможности выполнения определенных юридически значимых действий, в том числе соблюдение договора. К ним относятся войны, забастовки, различные общественные волнения и др.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что законодатель оставляет перечень форс-мажорных обстоятельств для любой конкретной правовой ситуации открытым, опираясь на оценочные критерии чрезвычайности и непреодолимости. Кроме того, он использует различные формулировки для обозначения форс-мажора, что приводит к неоднозначному толкованию закона и правовым коллизиям.
Поскольку характер чрезвычайности непреодолимой силы носит объективную окраску, а непредотвратимым признается как само явление, так и наступившие последствия, суды не рассматривают погодные условия в качестве непреодолимых обстоятельств. Так, в постановлении Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 28 апреля 2011 года № А19−14631/2010 и от 27 февраля 2014 года по делу № А19−3942/2013 говорится о том, что «атмосферные осадки в виде дождя, повлекшие увеличение массы перевозимого груза и превышение грузоподъемности вагонов по договору перевозки, − это распространенные, часто повторяющиеся, обычные природные явления, не обладающие признаком чрезвычайности, следовательно, не могут быть квалифицированы как непреодолимая сила». К аналогичному выводу приходит суд в Восточно-Сибирском округе, когда отказывает в признании факта понижения температуры до -30 градусов и ниже в качестве обстоятельства, освобождающего от исполнения обязательства по договору строительного подряда.
Но вместе с тем, если рассмотреть постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 15 ноября 2012 года по делу № А55−30980/2011, в котором конкретизируется обстоятельство, которое не может рассматриваться в качестве форс мажорного, а именно «не относится к обстоятельствам непреодолимой силы выпадение осадков в виде дождя в отдельные дни на определенной территории ввиду отсутствия таких квалифицирующих признаков, как чрезвычайность и непредотвратимость» , то можно прийти к заключению, что если в одних регионах Российской Федерации погодные условия не являются обстоятельствами, наделенными качествами чрезвычайности и непредотвратимости, то в других регионах с учетом уточнения они могут признаваться таковыми. Например, юридическое лицо не выполнило условия договора, поскольку ему пришлось прекратить эксплуатационные работы погрузочно-разгрузочных кранов в связи с сильным снегопадом.
Так же к спорному вопросу относится признание забастовки обстоятельством форс-мажора. Одни суды мотивируют свой отказ, опираясь на п.3. ст.401 ГК РФ и утверждая, что забастовка - это нарушение обязанностей контрагента, которое не является чрезвычайным и непредотвратимым обстоятельством. Другие суды наоборот признают факт забастовки в качестве непреодолимой силы в связи с ее крупномасштабностью, объективностью и возможностью влиять на исполнение обязательств и на правовые последствия. Различие принимаемых судами решений зависит, прежде всего, от сущности забастовки в каждом отдельно взятом случае. Позиция судов, которые отстаивают мнение, что забастовка не является обстоятельством непреодолимой силы, опираются на факт отсутствия в ней элемента непредвиденности, поскольку в соответствии с российским трудовым законодательством работники должны предупредить работодателя в письменной форме о начале забастовки не позднее чем за 5 рабочих дней. Помимо этого, работники могут начать забастовку по вине работодателя. Последствия своих неправомерных действий работодатель должен был предвидеть. Например, работодатель полгода не платил работникам зарплату – в таком случае забастовка ожидаема, и не может рассматриваться как непредвиденное и непредотвратимое обстоятельство.
Суды, которые признают забастовку форс-мажорным обстоятельством, акцентируют внимание на то, что не всегда забастовка является санкционированным действием, отвечающим условиям, закрепленным в правовых нормах. В таком случае забастовка становится явлением, не зависящем от воли работодателя.
Анализ судебной практики Российской Федерации показывает, что на ответчике лежит бремя доказывания как факта наличия форс-мажорного обстоятельства, так и прямой зависимости неблагоприятных последствий, т.е. невыполнение или ненадлежащее выполнение обязательств контрагента, в зависимости от обстоятельств непреодолимой силы, которые не могут быть устранены в разумный срок.
Суды обычно руководствуются в признании обстоятельства в качестве форс-мажорного позицией высшей судебной инстанции либо опираются на разъяснения апелляционных или кассационных инстанций, которые выводятся по результатам конкретных гражданско-правовых дел, либо действуют в соответствии со своим внутренним убеждением и оценочными установками критериев «чрезвычайности» и «непреодолимости» касательно конкретного спора.
Подводя свои рассуждения к логическому заключению, хочу сделать вывод о том, что в российском гражданском законодательстве отсутствует термин «форс-мажор». Законодатель использует множество синонимов , таких как «непреодолимая сила» , « непредвиденные обстоятельства», что значительно затрудняет процесс классификации обстоятельств, обладающих признаками форс-мажорных. Я полагаю, что решение данной проблемы может быть следующее: Пленум Верховного Суда должен вынести Постановление, в котором будет содержаться определение форс-мажора, его признаки и механизм отнесения обстоятельств к форс-мажорным. Поскольку в каждом отдельном случае существую сугубо индивидуальные критерии определения конкретного обстоятельства в качестве форс-мажорного, то данное Постановление будет выполнять разъяснительную функцию для принятия решения судами нижестоящих инстанций и устранять противоречия судебной практики, повышая уровень ее единообразия. Так же необходимо внесение поправок в нормативно-правовые акты, содержащие в себе нормы, прямо относящиеся к дефиниции форс-мажора и исключить все его синонимы, оставив только единую принятую формулировку.
Бремя доказывания обстоятельств, при которых лицо не могло выполнить свои обязательства по независящим от него причинам, лежит на контрагенте, нарушившим условия гражданско-правового договора. В данной сфере каждые правоотношения обладают сугубо индивидуальным характером, поэтому очень важно прописывать в договоре все возможные обстоятельства, обладающие критериями чрезвычайности и непреодолимости и исключающие ответственность сторон. При этом, расширяя спектр условий, освобождающих от юридической ответственности, стороны повышают риск ослабления правовой силы договора, что идет в разрез с принципами коммерческого оборота.