Количество вакансий в России выросло в полтора раза с 2013 года, достигнув максимума за историю наблюдений, по данным HeadHunter. Рынок труда в России близок к условиям дефицита, предупреждали ранее Минэкономразвития и ЦБ.

Количество вакансий в России летом этого года достигло максимума за четырехлетнюю историю наблюдений, следует из статистики, которую РБК предоставил рекрутинговый сервис HeadHunter. Число открытых для соискателей мест достигло почти 399 тыс. (181% от показателя весны 2013 года — момента, с которого аналитики ведут отсчет, без поправок на сезонность). По сравнению с осенью 2013 года этот показатель вырос в полтора раза.Но прирост новых вакансий замедляется. Если летом 2016 года их число увеличилось на 27% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года, то летом 2017-го рост замедлился до 10%. Впрочем, летом 2015 года количество вакансий и вовсе не увеличивалось (динамика была нулевой), но это объяснялось тем, что на тот год пришелся пик кризиса — ВВП сократился на 2,8% после роста на 0,7% годом ранее (в 2016 году падение составило 0,2%).

Около дефицита

Российский рынок труда функционирует в условиях, близких к дефициту, и об этом неоднократно заявляли как в Минэкономразвития, так и в Центробанке. Численность занятого населения в отсутствие реформ в 2017 и 2018 годах составит 72,1 млн человек, но затем будет падать до 71,9 млн и 71,7 млн в 2019–2020 годах соответственно, ожидает Минэкономразвития в своем официальном базовом прогнозе. Несмотря на рецессию, уровень безработицы в 2015–2016 годах оставался низким — в районе 5,5%, по данным Росстата. Численность экономически активного населения снижается — в первом полугодии она оказалась на 455 тыс. человек ниже, чем за тот же период годом ранее, говорилось в мониторинге социально-экономического положения, подготовленном РАНХиГС.

«Спад вызван в первую очередь демографическими причинами — старением трудовых ресурсов, в результате чего снижается общий уровень экономической активности населения», — отмечали его авторы. Если в 1970 году на одного человека старше трудоспособного возраста приходилось четыре человека трудоспособного возраста, то к 1989 году соотношение упало до трех к одному, а к 2019 году снизится до двух к одному, говорилось в презентации Центра стратегических разработок (ЦСР) Алексея Кудрина. К 2044 году соотношение составит полтора к одному.

С учетом средних темпов роста прошлых лет число вакансий осенью вновь увеличится, прогнозирует HeadHunter, оно составит 425 тыс. Рост вакансий — очередной индикатор близкого к дефициту рынка труда, говорит руководитель направления денежно-кредитной политики Экономической экспертной группы (ЭЭГ) Мария Иванова. Даже резкое повышение пенсионного возраста не позволит компенсировать дефицит трудовых ресурсов, отмечает она. Рост пенсионного возраста до 63 лет у женщин и 65 у мужчин (сейчас 55 и 60 лет соответственно) заложен в стратегии ЦСР, которая может лечь в основу президентской программы Владимира Путина. Средняя продолжительность жизни при этом должна вырасти до 76 лет к 2024 году (сейчас 72 года).

Москва стоит особняком

В HeadHunter отдельно рассматривают ситуацию с вакансиями в Москве и Санкт-Петербурге. И если в Петербурге тренд совпадает с общероссийским, то Москва, как и всегда, демонстрирует другую динамику: количество открытых для соискателей рабочих мест растет куда более низкими темпами. «В Москве работают все, кто может работать, и даже больше», — иронизирует Иванова из ЭЭГ. Традиционные экономические закономерности для столицы не действуют, отмечает она. Уровень безработицы в Москве в последние годы находится значительно ниже общероссийского — порядка 1,5–1,8%, по данным Росстата.

В надежде на цифровизацию

Впрочем, рост числа вакансий у HeadHunter сопровождается и увеличением количества резюме. Индекс конкурентоспособности (отношение числа резюме к количеству вакансий) вырос с 3,9 летом 2013 года до 5,6. Однако этот показатель волатилен — по прогнозу HeadHunter, уже осенью он будет ниже, чем в тот же период четыре года назад.

Рост количества соискателей при неблагоприятной демографической ситуации, о котором свидетельствует статистика HeadHunter, можно объяснить. Дело в том, что к рынку труда подключается все больше миллениалов, которые активно пользуются интернетом для поиска подходящих вакансий, рассуждает директор департамента консалтинга компании Deloitte в СНГ Вера Витальева. Но для работодателей они далеко не всегда оптимальный вариант. Новое поколение «не всегда готово идти на условия, которые «стандартны» для рынка России — девятичасовой рабочий день, пятидневная неделя и так далее», отмечает Витальева. Кроме того, продолжать трудовую деятельность после выхода на пенсию готовы все больше людей зрелого возраста, «однако наш рынок и потенциальные работодатели пока «с опаской» рассматривают таких кандидатов», объясняет она.

«Целые профессии» может уничтожить цифровизация, говорил на прошлой неделе премьер-министр Дмитрий Медведев. Правительство в июле приняло госпрограмму по переходу к цифровой экономике, стоимость которой оценивается примерно в 100 млрд руб. Но автоматизация лишь «поможет решить вопрос рутинных работ и снимет нагрузку с тех, кто монотонно выполняет не самые сложные операции», отмечает Витальева. Потребность в работе с людьми все равно остается, их компетенции нужно улучшать, добавляет она. Теоретически цифровизация может решить приближающуюся проблему дефицита рынка труда, но в любом случае «лозунги должны быть чем-то подкреплены», а свидетельств, что Россия идет по этому пути, пока нет, указывает Иванова из ЭЭГ.

Антон ФЕЙНБЕРГ