В какой мере девальвация рубля, вызванная очередными американскими санкциями, и перманентное ожидание новых карательных мер меняют финансовую реальность? Об этом "Огонек" поговорил с экс-председателем ЦБ РФ Сергеем Дубининым*

*Сергей Дубинин — заведующий кафедрой финансов и кредита экономического факультета МГУ, член Наблюдательного совета Банка ВТБ (ПАО) (2011 — по н.в.), член совета директоров и советник (с 2011) АО ВТБ Капитал, экс-председатель Центробанка России (1995-1998)

— Дональд Трамп обвинил Китай и Россию в том, что они девальвируют свои валюты в ущерб доллару. Так и написал в Twitter: "Неприемлемо!"

— Говоря словами великого русского поэта, нынешний президент США "был великий эконом". Был и продолжает им оставаться в том самом, пушкинском, смысле. Он бизнесмен и, наверное, неплохо разбирается в привычной ему сфере, но макроэкономика, судя по этой реплике, не его конек. Ведь для любого экономиста очевидно, что недавняя девальвация рубля была связана именно с действиями Вашингтона, с введением нового пакета санкций. Так что если Трампу и есть кого благодарить за снижение курса рубля, то только себя самого: после заявления Вашингтона западные инвесторы стали активно сбрасывать российские активы, что и привело к результату, столь непонравившемуся Трампу. С Китаем все несколько сложнее: там в отличие от России курс национальной валюты находится под жестким контролем властей. К тому же не ясно: курс какого именно юаня обеспокоил хозяина Белого дома — гонконгского или внутреннего? По-моему, Трамп не слишком понимает, как устроена финансовая механика КНР. Хотя кое в чем президент США прав: защитная девальвация теоретически может иметь место быть (не в данном конкретном случае, а в принципе, как явление). Речь о характерном для сырьевых экономик способе форсирования экспорта. Но не следует забывать, что у таких стран курс национальной валюты тесно связан с ценами на сырье. Памятуя об этом, мы легко ответим на вопрос, насколько Трамп прав в своих подозрениях: с ценами на нефть за это время ничего не случилось — они растут, да и платежный баланс России продолжает оставаться положительным. Иными словами, не создай Вашингтон неблагоприятных внешних условий, девальвации мы бы и не увидели — рыночных причин на то не было.

— У властей всегда присутствует желание пополнить бюджет. В том числе и за счет ослабевшей валюты...

— Сейчас та самая ситуация, когда курс рубля диктует рынок. Насколько я знаю, никаких интервенций ни Минфин, ни Центробанк себе не позволяют вот уже долгое время.

Так что лично у меня нет причин утверждать, что российская власть делает что-то в пользу укрепления или ослабления курса рубля. А если вспомнить данные ранее прогнозы, то курс рубля на 2018-2019 годы прогнозировался примерно 65 рублей за доллар. Мы никуда не ушли от тех трендов, на основе которых делались такие прогнозы, так что вывод один: в диапазоне до 65 рублей за доллар все в пределах "нормы". Скорее рубль сегодня куда более укреплен, чем рассчитывали.

— А что, по-вашему, будет с курсом рубля дальше?

— Не люблю гадать на кофейной гуще. Учитывая уже сказанное, на цифры в обменниках будут влиять два фактора — цены на нефть и внешнеполитическая ситуация. Вашингтон уже озвучил свое намерение повременить с новым пакетом санкций, но, если вдруг ситуация изменится и он будет введен, курс рубля, конечно, упадет. Если нет, да к тому же стоимость черного золота продолжит повышаться, рубль может и укрепиться. Лично я не вижу сегодня каких-либо объективных причин, чтобы курс просел.

— Памятуя о заявлении Трампа... Курс рубля зависит от событий на мировом рынке. Что происходит с долларом? Как он просядет, например, по отношению к евро? Говорят, что в этом соотношении тоже есть рубеж, после которого может начаться глобальный кризис...

— Соотношение пары "евро — доллар" может меняться сколь угодно долго без угрозы сползания в мировой экономический кризис. Последний, как известно, проявляется циклически — примерно раз в 7-10 лет. Кризисы могут быть разной глубины. Последний такой кризис мы наблюдали в 2008-2009 годах. Проблемы в мировой экономике могут начаться в ближайшем будущем, но не из-за падения курса доллара по отношению к евро, а потому что настанет время очередного цикла. Однако циклы, как уже бывало, могут смещаться во времени. К сожалению, предугадать и предсказать их не всегда представляется возможным. Например, биржевые индексы тут не показатели — они обрушиваются так же периодически, только цикл тут иной — примерно раз в три года. Кстати, в этом феврале такая "коррекция" уже произошла на Нью-Йоркской бирже. Как видите, кризиса за ней не последовало. Экономисты, в принципе, не фиксируют сегодня ни по одному из признаков спада в мировой экономике. Напротив, наблюдается прямо противоположная тенденция — развитие реальных секторов экономик: во многих странах недавно было обновлено производство, так что оно только растет и в США, и в Европе.

— Но в мире финансов оживления не видно. Как себя чувствует российский банковский сектор сегодня?

— На его самочувствии негативно сказался еще самый первый пакет антироссийских санкций, введенные ограничения на заимствования на зарубежных рынках. Нынешний лимит по срокам кредита — три недели. Что такое для банка три недели? Это не срок, а безумие: за это время можно разве что произвести расчеты банков между собой, и только. Конечно, кредитные организации пострадали все без исключения еще четыре года назад, и в вялотекущем режиме процесс идет и дальше, но в то же время о разрушении банковского сектора говорить не приходится. Пока в отношении ни одного из крупных российских банков не приняты меры, аналогичные тем, что приняты в отношении РУСАЛа, когда всем американским компаниям и банкам запрещено иметь с ним дело.

— Получается, у Сбербанка и ВТБ после последних санкций новых проблем не возникло?

— Пока нет. Сбербанк заявил, что РУСАЛ обслуживает свои займы.

— Продолжается ли отток капитала из России? Или на Западе стало так неуютно, что деньги потихоньку возвращаются?

— Большого оттока капитала не было уже в прошлом году, сейчас тем более. Но это никак не связано с тем, что на Западе "стало неуютно". На мой взгляд, российские капиталовложения в производство за рубежом следует рассматривать как положительное явление. Почему, когда иностранный капитал приходит в Россию, мы говорим о нем как об инвестициях в экономику, а когда российские деньги идут на Запад, то это чуть ли не предательство родины? Может, пора задуматься, что и отечественные инвестиции могут оказывать влияние на экономику Запада? Особенно если учесть, что российских инвестиций на Западе немало и наша позиция там довольно крупная. И видеть в этом "отток капитала" напоминает мне штамп советской пропаганды с общим смыслом, что надо все вернуть и тогда в России все "заколосится". Никто почему-то не анализирует ситуацию с той точки зрения, что российские инвестиции за рубежом могут способствовать, например, притоку сюда иностранных технологий.

— Но на Западе и правда становится неуютно: достаточно вспомнить действия Лондона по ревизии выданных россиянам инвестиционных виз... Да и американские политики недавно ратовали за отключение России от S.W.I.F.T. и введение запрета на покупку российских ОФЗ...

— То, о чем вы говорите,— аналог некогда принятым антииранским санкциям. Подобное "наказание" вводится только посредством принятия ООН всеобщего заявления — протеста против действий какой-либо страны. В отношении Ирана было принято четыре резолюции Совбеза ООН, последняя — в 2010 году. Все они ответ на активные разработки Тегераном ядерного оружия. По сегодняшним стандартам такая крайняя мера, как искусственная изоляция страны и ее экономики, арест госактивов и отключение от международной системы платежей, принимается в самых исключительных случаях. Конечно, она действенна: Иран в итоге пошел на компромисс с Западом, но спустя годы. Первоначально Тегеран осуществлял банковские проводки через ближайших соседей (например, через Катар), а нефть шла за рубеж под видом поставок из других стран. Если идти в такой аналогии до конца, то применение в отношении России "антииранских" санкций-2 должно сопровождаться следующими условиями. Во-первых, должны быть доказаны некие действия Москвы в ответ, на которые могла бы быть принята резолюция Совбеза ООН. При этом не следует забывать, что в отличие от Ирана Россия обладает правом вето в СБ ООН и в состоянии заблокировать принятие такого документа. А без международного одобрения это будет равносильно объявлению войны. Во-вторых, в реализации такого рода санкций Западу придется не только отключить Россию от S.W.I.F.T., но и запретить ей поставки нефти и газа. Я что-то не слышал, что кто-то из американских политиков требовал бы от властей Германии прекратить закупку российского газа. А если "Северный поток" будет продолжать работу, немцы, как долголетний и хорошо зарекомендовавший себя покупатель, будут продолжать платить за поставляемый из России газ. Для чего им потребуется S.W.I.F.T., иного разумного способа нет. Так что сами видите, что ни запрета на поставки углеводородов, ни отключения от S.W.I.F.T. в нынешней ситуации быть не может. Иное дело — покупка ОФЗ иностранцами. Это некий промежуточный вариант. Скажем так: незначительное ужесточение санкций. Оно возможно, вполне реализуемо силами одного Вашингтона, но не является критичным для экономики России. Его эффект можно было усилить, если бы от ОФЗ отказались бы не только американцы, но и европейцы и азиаты, вот только добиться этого Вашингтону будет, мягко говоря, непросто. Если вообще возможно.

— Американцы порывались уже сейчас ужесточить санкции, но взяли паузу. Как думаете, она надолго?

— Сложно сказать: я, что называется, не в теме и не участвую в переговорах и обсуждениях по данному вопросу.

С точки зрения экономической целесообразности, дальнейшее ужесточение санкций невозможно без сползания в чрезвычайные меры.

В каком-то смысле американцы подошли к черте, за которой уже возможно только начать аресты российских счетов, включая счета резервов правительства и Центробанка, "отключать" S.W.I.F.T. и т.п. Такая чрезвычайка может быть оправдана только чрезвычайными обстоятельствами, которых лично я сегодня в отношении России не вижу. Но логика в нынешних обстоятельствах, очевидно, не действует — обе стороны ведут себя нелогично и не слышат друг друга. К сожалению, логика в действиях руководства США сбоит не только в диалоге с Россией, но и с другими странами. Например, в диалоге с Китаем: трудно назвать введение заградительных тарифов по поставкам китайских товаров хорошо продуманным шагом, да и угроза начала торговой войны с союзниками и соседями, требование пересмотра международных договоров вообще не вписываются ни в какое логическое построение. Мы наблюдаем сумбурную, подчас хаотичную и уж точно нелогичную политику Вашингтона. А в отсутствии логики любые расчеты и сделанные на их основе предсказания теряют смысл. На мой взгляд, всем сегодня пришло время остановиться и оценить, куда с такими подходами в международной политике зашли. Одно вселяет надежду — ощущение, что никто из игроков не хочет кардинально усугублять и без того запутанную ситуацию. Вашингтон уже продемонстрировал свою силу, показав, что его меры действенны. Зачем перешагивать черту? Тем более что политики — это люди, которые стараются максимально обложить оппонента, не загоняя его в угол. В общем, если ощущение не обманывает, нового пакета антироссийских санкций мы в ближайшем будущем не увидим.

— Можно иначе интерпретировать нынешний откат по санкциям: американцы уже не раз брали паузу, чтобы ударить тогда, когда меньше всего этого ждут...

— Не могу согласиться: последний пакет санкций стал реакцией на известные всем события в Солсбери. У нас это может подаваться как провокация или использование повода для давно созревшего решения, но надо понимать логику действий Запада. Ни Штаты, ни Европа не могут промолчать, получив такой, как им кажется, политический пинок. Британское правительство не может заявить, что версий никаких нет, и потребуется лет десять на то, чтобы они появились, нужно длительное расследование, чтобы изложить впоследствии какие-то версии произошедшего и определить, кто виноват. Они вынуждены реагировать немедленно, иначе получат снижение личных рейтингов. Да и по их реакции видно, что они ориентируются не на то, как их слова и действия будут восприняты в Москве или где бы то ни было еще, а на внутриполитические исследования общественного мнения — как воспринимают происходящее их собственные граждане. Острота высказываний и жесткость действий напрямую диктуются внутренней обстановкой в стране. Американские политики в этом смысле ничем не лучше и не хуже британских: если бы градус противостояния в американском обществе еще усилился, то Трамп выступил бы куда резче — по части ударов в Сирии и риторики в отношении России, Китая и Ирана. Все очевидно: маленькое победоносное наступление где-то на другом краю света прибавляет очки его рейтингу среди американцев. Сирийской операцией эффект достигнут. Причин и необходимости в его усилении при условии тяжелых последствий в случае ужесточения антироссийских санкций, я не вижу.

Беседовала Светлана СУХОВА