Forbes поговорил с бывшим совладельцем Азиатско-тихоокеанского банка и кредиторами, которым он с партнерами должен не меньше $600 млн.

В конце апреля 2018-го Тверской районный суд заочно арестовал совладельца Азиатско-Тихоокеанского банка Андрея Вдовина. Его обвиняют в мошенничестве и хищении $13 млн. Претензии к некогда успешному банкиру, экс-президенту Ассоциации гольфа России и совладельцу премиальной сети «Азбука вкуса» есть не только у следователей. Центральный банк обвиняет АТБ в создании финансовой пирамиды (банк отправился на санацию 26 апреля), а знакомые Вдовина пытаются взыскать с него и его партнеров миллионы долларов в судах по всему миру. Сам предприниматель еще в 2017 году покинул Россию. До сих пор Вдовин подробно не излагал свою версию событий, для Forbes банкир рассказал о крахе бизнес-империи.

Золото и деньги

Своей карьерой Андрей Вдовин во многом обязан бывшему доценту Московского авиационного технологического института Павлу Масловскому F 198. В 1993 году Масловский с партнерами организовал компанию «Токур-золото», владевшую старой золотоизвлекательной фабрикой на Селемджинском прииске в Амурской области. Компания активно продавала свои акции населению. Деньги дольщиков помогли в 1994 году приобрести лицензию на разведку и разработку Покровского месторождения золота. Расчетным банком «Токура» был благовещенский «Азия-Траст», московский офис которого возглавлял 23-летний выпускник Финансовой академии при правительстве РФ Андрей Вдовин. Его заместителем был еще один выпускник Финансовой академии Кирилл Якубовский, именно он, как говорит Вдовин, и познакомил его с Масловским.

Вскоре пути Масловского с первыми партнерами разошлись, он познакомился с англичанином Питером Хамбро и вместе с ним начал развивать Покровское месторождение. «Токур» и его дольщиков ждал незавидный финал, компания была признана банкротом в 1997 году. Тогда же была отозвана лицензия и у «Азия-Траста». Впрочем, Вдовин и Якубовский уже не имели к банку отношения, в середине 1990-ых они возглавили Экспобанк, куда перешли клиенты из «Азия-Траста». Экспобанк принадлежал компании «Вимм-Билль-Данн» Гаврила Юшваева F 76, Давида Якобашвили F 132 и партнеров. В 1999 году активы Экспобанка выкупил МДМ-банк Андрея Мельниченко F 7 и Сергея Попова F 27. А Вдовину и Якубовскому за $3 млн досталась лицензия и бренд. Эту сделку профинансировали Масловский и Хамбро, они только начали добывать золото на Покровском месторождении и поверили молодым финансистам, получив в обмен на деньги опцион на 50% в Экспобанке.

Вдовин и Якубовский не подвели золотодобытчиков. Им удалось построить вокруг Экспобанка группу VMHY Holdings (акроним фамилий четырех совладельцев, равноправных партнеров). В холдинг помимо Экспобанка входили «Экспо-лизинг», страховая компания «Гелиос-Резерв» и факторинговая ФТК, а также розничные Азиатско-Тихоокеанский банк, Колыма-банк и Национальный банк развития. Рос и золотодобывающий бизнес Масловского и Хамбро: в 2002 году их компания Peter Hambro Mining PLC (в 2009 году переименована в Petropavlovsk PLC) разместила акции на Лондонской фондовой бирже, к лету 2006 года ее капитализация выросла в 50 раз, до $2,4 млрд, Масловский вошел в список Forbes.

В 2006 году 20% АТБ и Колыма-банка (позже они были объединены) за $23 млн купил фонд East Capital Group. А весной 2008 году Вдовину и Якубовскому удалось заключить одну из самых успешных сделок, продав Экспобанк с активами в 24 млрд рублей британской группе Barclay's. Британцы стремились увеличить рыночную долю. Россия с ростом экономики на 6-7% в год казалась перспективным рынком. Barclay's заплатил партнерам впечатляющую сумму $745 млн, оценив Экспобанк с коэффициентом 4 к капиталу. Еще до этой сделки Вдовин и Якубовский решили построить на базе Национального банка развития бизнес по обслуживанию состоятельных клиентов. Они предложили всем вкладчикам Экспобанка, чьи средства превышали $100 000, перейти в НБР, переименовав его в M2M Private Bank. И наоборот, из НБР в Экспобанк ушли корпоративные клиенты. Британских акционеров Экспобанка в итоге ждало разочарование, уже осенью 2011 года они продали банк Игорю Киму, списав около 300 млн фунтов стерлингов в виде убытков.

А Вдовин, Якубовский, Масловский и Хамбро, расплатившись по долгам VMHY Holdings, получили после сделки с Barclay's на руки $400 млн. Из нее, как говорит Вдовин, $200 млн распределили в виде дивидендов, остальные деньги оставили «в бизнесе» — партнеры готовились сделать крупное приобретение, не связанное с финансами. Им стала доля в сети премиальных супермаркетов «Азбука вкуса».

Должник Абрамовича

Группа компаний «Азбука вкуса», основанная в 1994 году Максимом Кощеенко, Олегом Лыткиным, Олегом Трыкиным и Сергеем Верещагиным, долгое время была клиентом Экспобанка. Поэтому когда весной 2008 году Трыкин и Верещагин решили продать 30% из 50% своих акций, покупателями пакета в 25%+одна акция стал именно VMHY Holdings. К 2012 году Вдовин с партнерами нарастили долю в премиальном ритейлере до 49% — за счет участия в допэмиссии и выкупа долей Трыкина и Верещагина, которые покинули состав акционеров сети. Сегодня Вдовин оценивает инвестиции VMHY Holdings в «Азбуку вкуса» в $120 млн. «Последний пакет выкупали, исходя из оценки компании в $700 млн», — вспоминает банкир. По его словам, акционеры VMHY Holdings никогда не участвовали в оперативном управлении «Азбукой вкуса»: «Для нас это всегда была портфельная инвестиция».

Параллельно вместе с Якубовским они развивали банковский бизнес. Стремясь масштабировать бизнес M2M Private bank, партнеры начали подыскивать банк за границей. Они присматривались к активам латвийского Parex banka и его швейцарской дочке Anlage & Privatbank. В итоге в середине 2013 года Вдовин лично купил небольшой латвийский банк Lаtvijas Biznesa Banka. Впоследствии банк был переименован в Bank M2M Europe и стал связующим звеном между московским M2M и европейскими банками, куда состоятельные клиенты могли бы перевести деньги.

А в 2014 году развалилось партнерство с Якубовским. Знакомый Вдовина утверждает, что в какой-то момент Якубовский захотел заниматься недвижимостью (сейчас он развивает сеть хостелов Netizen) и решил привлечь кредит под залог доли в «Азбуке вкуса». Однако по акционерному соглашению VMHY Holdings это автоматически привело бы к залогу долей Вдовина, Масловского и Хамбро. В результате партнеры решили выкупить долю Якубовского. Вдовин отрицает наличие такого механизма. «Было разное понимание того, в каких направлениях должна двигаться группа, и возможно, психологическая усталость — мы были партнерами с начала 1990-х», — объясняет он. По его словам, идея выкупить долю Якубовского исходила от него, Масловский и Хамбро согласились.

Долю 25% Якубовского, по словам Вдовина, выкупали за $125 млн, исходя из оценки всей группы в $600 млн. Средства на выкуп привлекли в виде двухлетнего кредита у Invest AG Романа Абрамовича F 11 и Александра Абрамова F 21 и под залог 25% «Азбуки вкуса». Вдовин говорит, что близко с Абрамовичем не знаком, но хорошо знает Андрея Городилова и Ирину Панченко из команды миллиардера. Сделку с Якубовским закрыли в октябре 2014 года. И вскоре об этом пожалели.

По словам Вдовина, исторически группа VMHY привлекала финансирование в валюте, поэтому в ноябре 2014 года, когда курс рубля обрушился в два раза, партнеры попали в классические «ножницы». Он вспоминает, что «Азбука вкуса» нарушила ковенанты по показателю долг/EBITDA, а оценка компании упала до $250 млн. «Надо отдать должное команде Invest AG, они пошли навстречу и согласились, чтобы мы внесли в залог еще 7,5% «Азбуки вкуса», — рассказывает Вдовин. Но полностью проблемы решить не удалось. Знакомый Вдовина вспоминает, что «Азбука вкуса» сложно переживала введение санкций и запрет на поставку в России премиальных продуктов — модель бизнеса рушилась.

Начало краха

В 2015-2016 годах VMHY Holding (Вдовин, Масловский и Хамбро поровну распределили пакет Якубовского) активно искал соинвесторов. В презентации для инвесторов (есть в распоряжении Forbes) предлагалось создать SPV-компанию, в которую были бы внесены 49% «Азбуки вкуса» и 75% АТБ. Стоимость этих активов на тот момент оценивалась в $400-450 млн. Потенциальному инвестору предполагалось передать долю в 50% в обмен на трехлетний кредит на $300 млн. При этом подчеркивалось, что через два года стоимость активов в SPV вырастет в два раза и достигнет почти $1 млрд. Вдовин признает, что переговоры с потенциальными инвесторами велись. Одним из них, по его словам, был фонд Bonum Capital. Его связывают с миллиардером Сулейманом Керимовым F 20. Однако найти нового партнера так и не удалось. А а конце 2016 года группа не смогла расплатиться с Invest AG. В итоге Абрамович и Абрамов получили 34% «Азбуки Вкуса». VMHY Holdings сохранил пакет в 12%.

В конце 2016 года партнеры потеряли не только часть акций «Азбуки вкуса» — в декабре 2016 года Центральный банк отозвал лицензию у M2M Private bank. Вдовин, вспоминая об этом, говорит о существенном ужесточении принципов надзора ЦБ за банками в 2015 году, которое наложилось на кризис и ухудшение платежной дисциплины заемщиков. «Создание резервов по кредитам частных лиц привело к серьезному снижению капитала АТБ, — объясняет Вдовин. — Было принято решение пополнить капитал АТБ за счёт продажи ему акций М2М и последующим внесением денег в капитал АТБ. Так М2М стал дочерним банком АТБ». Финансист утверждает, что у него был план по объединению АТБ и M2M Private bank, который обсуждался с ЦБ как минимум с 2014 года.

Предлагалось в том числе отказаться от направления private banking, сохранив только технологии M2M, и банк начал сокращать бизнес. «Мы сократили баланс M2M на 15 млрд рублей, при этом с клиентами банк расплачивался частично за счет собственных средств, частично — за счет кредита АТБ на 6 млрд рублей, — объясняет Вдовин. — Это не понравилось ЦБ, который запретил АТБ кредитовать М2М». Это произошло в октябре 2016 года, уже в ноябре M2M начал испытывать проблемы с ликвидностью и задерживать платежи. Вдовин утверждает, что разработанный план позволял обьединить бизнес двух банков без потерь для клиентов и ухудшения бизнеса. «Модель бизнеса АТБ была очень прибыльной, банк имел сильные позиции в регионах. Однако ЦБ не принял наших доводов. Как результат, клиенты M2M потеряли около 5 млрд, а АТБ оказался на грани выживания», — сетует финансист.

Лишившийся лицензии M2M Private bank (ЦБ оценил дыру в его капитале в 8,8 млрд рублей), действительно, потянул за собой дальневосточный банк — когда ЦБ предписал АТБ создать по кредиту М2М 100% резервов. Уже по итогам 2016 года АТБ получил убыток в 12 млрд рублей, а аудитор KPMG в своем заключении выразил сомнение в его способности резервировать долг. Оказалось, также, что помимо М2М более 5,1 млрд рублей банк выдал Андрею Вдовину, кипрской «Ви.Эм.Эйч.Уай Холдингз Лимитед» и компании ФТК. Эти долги суммарно превышали 70% собственного капитала АТБ.

Вдовин говорит, что с тех пор он не принимал участия в управлении АТБ, поскольку попал в «черный» банковский список ЦБ. Кроме того, регулятор предписал VMHY Holdings снизить долю в банке с 67% до ниже 10%. Это требование было выполнено только к декабрю 2017 года, однако довольно формально. Акции АТБ перераспределились среди действующих акционеров: крупнейшими стали сотрудник компаний VMHY Максим Чернавин (31,8%) и IFC (25,4%), увеличившие доли с 8% и 6,7% соответственно. «Никто сейчас не хочет инвестировать в непредсказуемый банковский сектор, — считает Вдовин. — Поэтому мы не могли не формально исполнить предписание ЦБ по снижению долей в АТБ». С продажей доли в латвийском Bank M2M Europe получилось проще. Знакомый Вдовина говорит, что местный регулятор (Комиссии рынка финансов и капитала) лично настоял на том, чтобы банкир вышел из капитала банка. Новыми акционерами стала группа инвесторов во главе с Signet Global Investors Ltd. Они выкупили долю Вдовина летом 2017 года за €7 млн и переименовали банк в Signet Bank AS.

Личные поручительства

Вдовин говорит, что существовала возможность сохранить АТБ: «Даже после краха M2M он оставался крайне прибыльным банком и к апрелю 2018 создал все резервы, выполнив все нормативы. Держатели кредитных нот и акционер IFC согласились перевести свои субординированные займы (около 4 млрд рублей) в капитал первого уровня». ЦБ признал, что АТБ действительно сформировал все 100% резерва перед объявлением о его санации. Терпение регулятора переполнила обнаружившаяся в банке финансовая пирамида. Оказалось, что в отделениях АТБ населению предлагаются векселя факторинговой компании ФТК, входящей в состав VMHY Holdings. Сама компания не имела денежного потока, в банке под нее были сформированы резервы на 100%, и она могла расплачиваться по выпущенным векселям исключительно при помощи выпуска новых. «Банк АТБ фактически управлял этой пирамидой, продавая людям векселя компании, задолженность которой перед самим собой признавал проблемной, практически безнадежной к погашению», — говорилось в комментарии ЦБ, разосланном СМИ.

«Вексельная программа ФТК была согласована в ЦБ! — негодует Андрей Вдовин. — Банк на регулярной основе отчитывался о выпущенных векселях. Программа была направлена на рефинансирование кредитов ФТК в АТБ. Все деньги от векселей оставались в банке, что было под полным контролем ЦБ. Я не принимал участия в управлении банком, но знаю, что был план по погашению векселей в течении 2018 года за счет текущего бизнеса ФТК и погашения части задолженности». Слова финансиста о том, что ЦБ получал отчеты о ситуации с ФТК, подтверждаются перепиской банка с регулятором от 2016 года, которая есть в распоряжении Forbes.

С недоумением банкир комментирует и свой заочный арест, и обвинение в мошенничестве, по которому ему грозит до 10 лет лишения свободы. По информации «Коммерсанта», правоохранители установили, что АТБ взял два займа у офшорных компаний на $13 млн, по которым Вдовин выступил поручителем. Деньги к кредиторам не вернулись. «Уголовное дело возбуждено по заявлению компании Ashaya, которая принадлежит Рустему Магдееву, — утверждает Вдовин. — Ashaya предоставила займ VMHY в 2012 году. И до 2016 года получала высокие проценты по этому займу. Не очень понятно, почему меня обвиняют в этом. Мало того, что это гражданский спор, так у меня и не было никакого особого статуса в VMHY Holdings. Я был одним из акционеров через семейный траст, что раскрыто во всех нормативных документах». Магдеев в разговоре с корреспондентом Forbes опроверг, что Ashaya принадлежит ему, отказавшись от дополнительных комментариев.

Вдовин признает, что в 2015-2016 годах «совершил глупость», дав личные поручительства по ряду займов VMHY Holdings, которые брались задолго до этого. Кто кредиторы? Это, например, старый знакомый Вдовина Давид Якобашвили. Он рассказал Forbes, что в 2011 году положил около $20 млн на счет в М2М Private bank под устное поручительство Андрея Вдовина. Незадолго до этого Якобашвили и партнеры продали 66% «Вимм-Билль-Данна» PepsiCo за $3,8 млрд. В 2012 году Вдовин попросил перевести деньги из банка на счет его кипрской VMHY Holdings Limited. «Я так и сделал, — рассказывает Якобашвили. — Особого обоснования от него я не просил, все было сделано исключительно на доверии». Все было хорошо, пока в 2014 году Якобашвили не попросил вернуть деньги — банкир отказывал под различными предлогами. «Сегодня в общей сложности с учетом процентов он должен мне около $25 млн, у меня есть соответствующая расписка от него», — заверяет Якобашвили. Он говорит, что общий размер долга VMHY Holdings перед ним и его близкими друзьями и партнерами превышает $130 млн.

Среди кредиторов VMHY Holdings — президент российской «Трансконтинентальной Медиакомпании» Александр Митрошенков. В середине 2017 года Высокий суд Лондона встал на его сторону по делу о взыскании с Андрея Вдовина €7,6 млн. В ТМК не ответили на вопросы Forbes. Есть и другие выигранные дела, говорит Якобашвили — всего примерно на $50 млн. Речь идет о судах как в Лондоне, так и на Кипре. Руководствуясь этими решениями судов, Якобашвили вместе с партнерами также намерен подавать иски лично к Вдовину, а не к VMHY Holdings Limited.

Якобашвили уверен, что причина краха группы не в ужесточении надзора со стороны ЦБ и не в обвале курса рубля. «Это был целенаправленный вывод денег», — уверен он. Общий размер долга группы, по его оценке, – около $700 млн, из которых около $400 млн уже нельзя вернуть по разным причинам. «Возврата оставшихся $300 млн, под которые есть личные поручительства и ответственность совладельцев VMHY, мы будем добиваться. Им придется расплатиться», — говорит Якобашвили, утверждая, что претензии у него есть также к Масловскому, Хамбро и Якубовскому. Масловский и Хамбро отказались от комментариев для этой статьи. Якубовский заявил, что не имеет никакого отношения к VMHY Holdings с 2014 года, а все решения в группе всегда принимал лично Вдовин.

Напряженные отношения с бывшими партнерами и клиентами — часть ежедневных будней Вдовина. По требованию кредиторов заморожены, например, деньги, которые он получил при продаже латвийского банка. «Я чувствую, что подвел партнеров, когда настоял на выкупе доли Кирилла Якубовского», — сожалеет Вдовин. По словам бывшего совладельца АТБ, общий долг группы VMHY составляет $600 млн, из которых $120 млн приходится на долги перед бывшими банками группы M2M и АТБ, около $350 млн — кредиты частных лиц. «Мы исторически никогда не привлекали финансирование у банков группы, но в 2014 году, когда начались проблемы у наших клиентов и кредиторов, были вынуждены пойти на это, — признает Вдовин.

В конце 2017 года VMHY Holdings разослала своим кредиторам уведомление о проведении реорганизации. «Мы хотели провести реструктуризацию через кипрский суд через механизм bail-in (механизм, при котором вкладчики, как физические, так и юридические лица, получают долю в компании-должнике пропорционально своим вкладам — Forbes), — объясняет Вдовин. — Но после того, как мы лишились ключевых активов, не думаю, что это получится».

Заседание суда по реорганизации группы должно состояться 25 мая.

Алексей ПАСТУШИН, Дмитрий ЯКОВЕНКО