ФНС назвала новую дату публикации финансовых данных о компаниях, не составляющих налоговую тайну. Они появятся 1 августа, но информации о стратегических предприятиях там не будет минимум до 2020 года, выяснил РБК.

Федеральная налоговая служба (ФНС) начнет публикацию данных о налоговой и бухгалтерской отчетности российских компаний с 1 августа, говорится в сообщении ведомства, поступившем в РБК. В этот день на сайте службы появятся, в частности, данные о количестве сотрудников и применении специального налогового режима.

Ранее разместить данные планировалось 1 июня. Теперь, как рассказали РБК два собеседника, знакомые с графиком публикации, их решено выпустить в три этапа — весь процесс завершится в декабре. При этом, как сообщили источники РБК, в наборе данных пока не будет сведений о стратегических предприятиях — оборонных и госкомпаниях, информация о них может появиться не раньше 2020 года.

Постепенное раскрытие

Приказ о размещении данных о компаниях, включая те, с которых гриф налоговой тайны был снят в июне 2016 года (среднесписочная численность работников организации, уплаченные суммы налогов и сборов и объемы доходов и расходов), ФНС впервые утвердила в декабре 2016 года. Как следовало из приложения к документу, налоговая служба должна была разместить эту информацию на своем сайте 25 июля прошлого года. Затем ведомство решило перенести этот срок на 1 июня 2018 года (соответствующий приказ опубликован на сайте ФНС).

Сейчас срок вновь переносится. «Первые данные, содержащие информацию о специальных налоговых режимах, применяемых организациями, об участии в консолидированной группе налогоплательщиков, о среднесписочной численности работников, планируются к публикации в открытом доступе 1 августа 2018 года», — сообщила ФНС. Как говорится в релизе ведомства, из-за большого числа обращений от бизнеса служба «приняла решение о предоставлении дополнительного времени компаниям для проведения сверок с налоговыми органами данных, которые в соответствии с п. 1.1 ст. 102 НК РФ перестали являться налоговой тайной».

Согласно плану публикаций службы, 1 августа будет первый из трех этапов, рассказали собеседники РБК. Второй наступит 1 октября — в этот день в наборе открытых данных должна появиться информация о суммах доходов и расходов по данным бухгалтерской отчетности, суммы уплаченных налогов, сборов и страховых взносов. Еще через два месяца, то есть 1 декабря, ФНС обнародует суммы недоимки и задолженности по пеням и штрафам организаций, налоговые правонарушения и меры ответственности за них с указанием штрафов.

Хотя закон об открытии данных вступил в силу ровно два года назад, их публикация — переход общественных отношений в другое качество, отмечает руководитель аналитической службы «Пепеляев групп» Вадим Зарипов. «Это небывалая прозрачность рынка. Она может стать испытанием для репутации некоторых компаний, а в случае ошибочных данных — грозить и разрушением клиентской базы. Поэтому ФНС надо тщательно выверить все данные», — поясняет он. На конец апреля 2018 года в России ведут деятельность более 4,2 млн юрлиц.

Возникнут ли проблемы у компаний

Первичная цель раскрытия таких данных о компаниях — «предоставление налогоплательщикам полной и достоверной информации для анализа финансово-хозяйственной деятельности контрагентов», объясняла ФНС. В августе 2017 года была введена ст. 54.1 Налогового кодекса, ужесточающая ответственность за налоговые нарушения контрагентов, напоминает Зарипов. Но ощутить эффект и сделать полноценные выводы о контрагенте компании смогут лишь после второго этапа публикации, считает эксперт.

Поэтапность раскрытия данных может обернуться проблемой для частных компаний, только если параллельно ФНС продолжит требовать от юрлиц проверять своих контрагентов и применять к нарушителям какие-либо меры ответственности, считает член комитета Госдумы по бюджету и налогам Михаил Щапов. «Получится, что, с одной стороны, налоговая применяет санкции к тем юрлицам, среди контрагентов которых выявлены фирмы с признаками однодневок, а с другой — не предоставляет для этого необходимые данные», — добавил он.

Для компаний, которые ждали эту информацию, перенос срока публикации на два месяца ничего не изменит, говорит руководитель практики управления рисками ФБК Grant Thornton Роман Кенигсберг. «Цель нынешнего механизма раскрытия — попытаться снизить кредитные риски в экономике. Не стоит ждать, что раскрытие такой информации сразу повысит уверенность бизнеса в своих контрагентах», — сказал он. Например, кредитные организации уже много лет раскрывают информацию на сайте Центробанка, но это не защищает их вкладчиков от риска попадания в «тетрадочные схемы» (оформление вкладов на бумаге без учета на балансе банка), напоминает эксперт.

Под грифом санкций

Среди компаний, с которых снимут режим налоговой тайны, не будет стратегических (оборонных предприятий и госкомпаний) минимум до 2020 года, рассказали РБК два собеседника, знакомых с ходом подготовки приказа. Они не уточнили критериев отнесения компаний к стратегическим для исключения их данных из открытой публикации. Сейчас в России действует утвержденный президентом перечень стратегических предприятий и стратегических акционерных обществ, в который входит около 70 компаний. Среди них, например, «Роснефтегаз», «РусГидро», РЖД, «Роснефть», «Газпром», «Аэрофлот», банк ВТБ и другие компании.

Причиной такого решения, по словам собеседников РБК, послужило введение в начале апреля новых антироссийских санкций Минфином США.

РБК направил запрос в ФНС относительно планов публикации данных о стратегических компаниях.

Как пояснил замдиректора департамента законотворческой деятельности ТПП Александр Селиванов, публикация сведений о доходах госкомпаний, количестве работающих в компании сотрудников и суммах уплаченных налогов на фоне очередной волны санкций могла бы стать основанием для их расширения. «Для компаний, попавших под санкции, публикация финансовой информации лишь поможет стороне, наложившей санкции, контролировать их эффективность», — сказал Роман Кенигсберг. Вопрос в том, будут ли предложены альтернативные механизмы снижения рисков в отношении контрагента — стратегической компании, добавил он.

По словам Вадима Зарипова, вопрос о целесообразности размещения данных об оборонных и других подобных предприятиях может обсуждаться, но исключения могут быть установлены только в Налоговом кодексе. «Для этого они должны обсуждаться в парламенте, а не решаться ведомственным приказом. Хотя действующая норма о том, что налоговая служба устанавливает сроки опубликования, формально дает возможность дифференцировать их и по категориям налогоплательщиков», — говорит он. Изменение круга подотчетных лиц потребует изменений непосредственно в законе, подтверждает партнер KPMG Михаил Орлов. Но санкции вряд ли являются основным мотивом такой политики, скорее это лишь повод, считает он.

Решение не снимать гриф «секретно» было принято под давлением самих госкорпораций, считает первый замглавы комитета Совфеда по экономической политике, сенатор Сергей Калашников. «Они отказываются предоставлять данные о себе даже правительству, хотя обязаны это делать», — говорит сенатор.

По мнению Щапова, если госкомпания или госкорпорация зарегистрирована в форме открытого или публичного акционерного общества, то на нее должны распространяться общие правила. «Не может быть исключений, если они не продиктованы вопросами национальной безопасности. Но в данном случае речь идет даже не о коммерческой тайне, а об открытых данных. Нет причин их скрывать», — сказал он. Решение скрыть данные негативно скажется на деловом климате, считает сенатор Калашников.

Екатерина КАПАЛКИНА