Первое поколение состоятельных россиян все чаще задумывается о передаче своих активов наследникам. С 1 сентября у них появится возможность создавать для этих целей наследственные фонды. Как будет работать новый инструмент?

Вопросы правопреемства все больше волнуют российских предпринимателей. Объяснений этому несколько: это и возраст патриархов семей (от 50 лет и старше), и отсутствие должной культуры передачи бизнеса по наследству в России. Ведь нынешнее поколение бизнесменов — это первое поколение, которое может открыто заявлять о своем благосостоянии, а значит, и первое поколение, для которого подобные вопросы приобретают значимость. Зачастую семейная ситуация и договоренность с бизнес-партнерами диктуют необходимость заранее организовывать процесс правопреемства.

Важно учитывать, что современное российское наследственное право во многом является «правопреемником» советской системы, с ее концепцией коллективной, общественной собственности и отказом от личного богатства. В связи с этим российское право исторически не учитывало, да и не могло учитывать специфические запросы наследодателей, выходящие за рамки обычных бытовых потребностей, таких как передача бизнеса следующим поколениям и обеспечение надлежащего управления имуществом в процессе передачи.

С переходом к рыночной экономике и с усложнением деловых связей стало очевидно, что в бизнес-сообществе сформировался запрос на создание российского инструмента, позволяющего учитывать волю собственника по управлению и использованию актива после его смерти, особенно с учетом того, что подобные институты существуют и успешно функционируют в иностранных юрисдикциях. К примеру, в государствах англосаксонской правовой семьи (Великобритания, США) эффективным инструментом, используемым для таких целей, является траст, а в государствах континентального права (Австрия, Лихтенштейн) аналогом траста являются частные фонды.

Поскольку Россия относится к странам континентального права, что не предполагает расщепления права собственности, как это предусмотрено в трастах, то для решения проблемы управления наследственным имуществом в российское законодательство была введена конструкция наследственного фонда, создание которого будет возможно с 1 сентября 2018 года.

Что же такое «наследственный фонд»

В соответствии с новыми положениями законодательства наследственный фонд — это юридическое лицо, которое создается в соответствии с завещанием для управления имуществом наследодателя, бессрочно или в течение определенного срока, в интересах третьих лиц (выгодоприобретателей), которые могут претендовать на получение имущества, переданного в фонд, либо доходов от его деятельности.

Важным отличием российского фонда от его иностранных аналогов является то, что в России фонд создается исключительно после смерти наследодателя — нотариус должен подать документы на регистрацию фонда в течение трех дней с момента открытия наследственного дела, если создание наследственного фонда предусмотрено завещанием.

Помимо завещания наследодателю необходимо также оформить решение о создании фонда, устав и условия управления. Все эти документы хранятся у нотариуса вместе с завещанием. При этом в юридическом и научном сообществе несколько лет не утихали дискуссии, должен ли фонд быть исключительно «посмертным» или же можно предусмотреть его создание уже при жизни собственника имущества. Среди причин, по которым создание «прижизненных» фондов посчитали нецелесообразным, назывались риск нарушения прав кредиторов и необходимость защиты лиц, которые имеют право на обязательную долю в наследственном имуществе.

Какие преимущества

Выгодоприобретателями наследственного фонда могут быть физические и юридические лица, за исключением коммерческих организаций. Права выгодоприобретателя нельзя продать, подарить, передать по наследству, на них нельзя обратить взыскание по долгам выгодоприобретателя, а в случае, если выгодоприобретатель — юридическое лицо, то его права по общему правилу прекратятся в случае реорганизации.

Изначально фонд получает имущество в процессе наследования — после создания фонда и принятия им наследства нотариус выдает ему свидетельство о праве на наследство в срок, указанный в решении об учреждении фонда, при этом максимальный срок не может превышать шести месяцев.

Это положение выгодно отличает правопреемство с помощью наследственного фонда от обычного порядка наследования, по которому наследники, как правило, получают свидетельства, подтверждающие их права на унаследованное имущество не ранее 6 месяцев — и это минимальный срок, который на практике может быть значительно превышен, вплоть до нескольких лет, в течение которых управление бизнесом будет фактически заблокированным.

Управление наследственным фондом и распределение имущества и доходов фонда выгодоприобретателям осуществляется в соответствии со специальным документом, который оформил наследодатель совместно с завещанием, при этом есть ряд ограничений.

Выгодоприобретатель не может стать единственным директором или входить в правление фонда, однако может быть членом высшего коллегиального органа фонда, в компетенцию которого входит контроль за его деятельностью.

Важно отметить, что условия управления фондом не могут быть изменены после смерти наследодателя, что с одной стороны, придает определенность деятельности фонда, но, с другой стороны, может усложнить конструкцию, сделав ее нежизнеспособной, поскольку у учредителя не будет возможности «протестировать» деятельность фонда при жизни.

Российское законодательство в настоящий момент не предъявляет никаких требований к лицам, которые могут быть назначены в органы управления фондом, их деятельность не подлежит лицензированию. В связи с этим подготовка документов фонда и выбор лиц, которые будут входить в состав органов управления, требуют очень внимательного подхода как со стороны самого наследодателя, так и со стороны его консультантов и нотариусов.

Все ли так хорошо

Несмотря на то, что изменения в законодательство, позволяющие создавать наследственные фонды, еще не вступили в силу, уже существует множество вопросов в отношении их применения.

Например, если наследование происходит по завещанию, но без использования конструкции фонда, то у несовершеннолетних или нетрудоспособных детей наследодателя и ряда других лиц есть право на обязательную долю в наследстве, составляющую «не менее половины доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону».

В случае, если создание фонда предусмотрено, «обязательный наследник», являющийся одновременно и выгодоприобретателем наследственного фонда, утрачивает право на обязательную долю.

Но если наследник откажется от своих прав в качестве выгодоприобретателя фонда, он сохранит право на обязательную долю, однако в определенных случаях суд может уменьшить ее размер. Сейчас нет определенности, как на практике будет реализовываться это положение и не сделает ли оно создание наследственного фонда бессмысленным.

Не определен и порядок налогообложения имущества, переданного в фонд, в частности, нет ответов на вопрос, будут ли облагаться налогом доход фонда от его деятельности и использования имущества, а также доходы выгодоприобретателя, полученные в виде выплат из фонда.

Так что наследственный фонд — это существенный шаг вперед для российского наследственного права, однако это только первый шаг. Важную роль будет играть практика создания первых фондов, а также последующие комплексные изменения в налоговом, корпоративном и семейном законодательстве, которые, очевидно, необходимы для того, чтобы этот инструмент пользовался спросом.

Кира ЕГОРОВА, Екатерина ВАСИНА