В конце недели представители стран — участников БРИКС (входят Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР) снова обсудят создание будущего рейтингового агентства объединения. Возможно, оно будет работать как наднациональный орган (вроде Всемирного банка) и разместится за пределами стран БРИКС. О перспективах создания рейтингового агентства БРИКС, четвертом суверенном кредитном рейтинге России и самочувствии банков рассказала в интервью "Российской газете" гендиректор Аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА) Екатерина Трофимова.

Екатерина Владимировна, на какой стадии сейчас находятся переговоры по созданию рейтингового агентства стран БРИКС?

Екатерина Трофимова: Позиции пяти стран-участников уже максимально сблизились, хотя остается множество открытых вопросов. Вряд ли все необходимые решения для запуска создания агентства будут приняты в ближайшее время: межстрановые обсуждения показали, что для дальнейшей проработки проекта нужно привлекать специалистов. В частности, для подготовки финансового плана будущего агентства.

Общие очертания агентства становятся понятны, хотя, например, его юрисдикция еще не определена.

По результатам встречи в ЮАР предполагается определить общую концепцию формирования агентства и дальнейшие шаги. Обсуждается возможность создания специального консультационного экспертного совета с более активным привлечением специалистов из рейтинговой отрасли: на данный момент в рабочую группу по созданию агентства входят представители всего трех агентств из пяти стран. Численно все еще доминируют представители бизнес-ассоциаций, финансовых объединений, госструктур, центральных банков. А представительство экспертного профильного сообщества минимально. Для дальнейшей работы потребуется перебалансировка участников процесса создания агентства.

Насколько переломным будет новый раунд переговоров в плане создания агентства?

Екатерина Трофимова: Это важный промежуточный шаг. В отношении изначального графика создания агентства идет отставание примерно на два года, предполагалось, что все будет положено на бумагу и зафиксировано в межправительственных соглашениях еще в 2016 году, но этого не случилось. Уверенности, что в ЮАР будут приняты окончательные решения, нет, но дискуссия хотя бы вошла в практическое русло. Я думаю, что эта работа еще нескольких месяцев.

Следовательно, агентство в ближайшее время не заработает?

Екатерина Трофимова: По моим оценкам, в 2018 году — точно нет. Даже если процесс формирования ускорится, маловероятно, что операционная фаза работы агентства начнется и в 2019 году. Это юридически сложная тема — необходимо заключение межгосударственных соглашений, возможно даже более чем пяти стран, в том случае если агентство будет расположено за пределами стран БРИКС. А такая опция, кстати, тоже обсуждается.

Сейчас для агентства предполагается особая уникальная форма наднационального юрлица, которое, возможно, будет регулироваться особыми межгосударственными соглашениями. Такие документы готовятся не один месяц, а работа над ними еще не начиналась. Сложным этапом будет создание операционной инфраструктуры, набор людей, разработка методологий. Только на это может уйти от года до двух. Поэтому мы все-таки говорим об обозримой, но не самой близкой перспективе — скорее всего, агентство БРИКС начнет работу не раньше начала 2020-х годов.

Может ли головной офис агентства открыться в России? И в целом — для чего оно создается?

Екатерина Трофимова: На рынке существует запрос на экспертизу и рейтинги из развивающихся стран. О необходимости создания национальных агентств в них говорят много — к сожалению, не везде это получается. Переговоры между странами БРИКС по созданию агентства показывают, как это сложно. Не совсем понятно, кто является движущей силой, откуда привлекать капиталы, кто будет набирать штат и кто будет нести риски и затраты, связанные с введением в эксплуатацию такого рейтингового агентства.

К сожалению, не думаю, что юрисдикцией агентства БРИКС станет Россия. Уже проводился сравнительный анализ всех пяти стран БРИКС, и Индия и ЮАР были признаны наиболее подходящими потенциальными площадками, что, правда, вызывает много споров. С нашей точки зрения, это во многом результат геополитической обстановки. Но если агентство будет создано, Россия будет играть очень активную роль и при его формировании, и при его развитии.

АКРА какое-то время назад выступило с инициативой использовать сеть уже действующих рейтинговых агентств, расположенных в странах БРИКС. У АКРА сейчас есть партнерство с китайским рейтинговым агентством Golden Credit. Не исключаю, что это партнерство пополнится и другими участниками. С точки зрения развития сети экспертизы такой вариант признан всеми пятью странами как приоритетный.

Может ли партнерство заложить основы для агентства БРИКС?

Екатерина Трофимова: Не обязательно. По крайней мере, создавалось оно не с этой целью. Совместного присвоения рейтингов у нас тоже не планировалось, потому что юридически это все-таки не объединение, а партнерство. Мы говорили о возможности присвоения рейтингов по принципу "одного окна". То есть, когда российская компания хочет получить китайский рейтинг, они могут прийти к нам и мы окажем аналитическую поддержку. Но рейтинг все равно присвоит китайское агентство. Так же этот принцип работает в обратную сторону. Сейчас таких прецедентов нет — не было активности по межстрановым выпускам ценных бумаг, которым нужны такие рейтинги.

В ближайшее время Россия получит еще один кредитный суверенный рейтинг.

Задачи у партнерства скорее текущие, а не долгосрочные. Первое — создание рейтинговой инфраструктуры для российско-китайского сотрудничества (партнерством мы упростили получение рейтингов в обеих странах). Второе — аналитика, обмен опытом. Вопроса объединения и слияния с китайским агентством сейчас на повестке дня нет.

Но покупка АКРА словацкого рейтингового агентства ERA в мае — уже явно другая история. Главной целью было получить возможность присваивать рейтинги по международной шкале?

Екатерина Трофимова: Да. Фактически вместе с ERA мы приобрели международную шкалу. Теперь и далее ситуация будет следующая. АКРА работает в России по национальной шкале, а ERA работает в Евросоюзе по международной шкале. Таким образом, любые обращения в Европе и в России мы можем канализировать наиболее оптимальным образом с точки зрения регулирования и потребностей клиентов и инвесторов. То есть это может быть клиент из Европы, который хочет только международную шкалу — он ее получает в ERA, и АКРА в этом не участвует. Это также может быть, предположим, российский клиент, которому интересно получить оба рейтинга. И в этом случае он получает рейтинги в России, лицензированного, признанного Банком России агентства, и параллельно получает рейтинг ERA, точно так же лицензированного, регуляторно признанного уже по международной шкале в ЕС и многих других развитых странах. Это расширение нашего продуктового ряда, возможность конвертировать рейтинги из одной шкалы в другую — то, чего раньше мы сделать не могли.

У нас есть планы по развитию независимого бизнеса на европейском рынке, хотя там острая конкуренция. Я бы это даже назвала абсолютной монополизацией рынка "большой тройкой" (Fitch, Moody's, S&P. — Прим. "РГ"), и все попытки создать большое количество агентств приводили только к росту ее доли на рынке. Но мы видим определенные ниши, в частности в Центральной и Восточной Европе.

По переговорам, которые у нас сейчас активно ведутся в ЕРА и, скорее всего, приведут к подписанию контрактов, доля российских эмитентов минимальна. Мы понимаем, что объем спроса на рейтинги будет не очень высоким, поэтому если рассматривать группу в целом, на горизонте пяти лет АКРА будет доминировать и по количеству рейтингов, и по финансовым показателям. Хотя мы за пять лет надеемся вывести ERA на прибыль.

Когда ERA присвоит суверенный кредитный рейтинг России?

Екатерина Трофимова: Такие рейтинги исторически не являлись спецификой ERA. Поэтому ЕRА ведет работу по формированию суверенной методологии и впоследствии по присвоению страновых кредитных рейтингов. Сейчас методология уже прошла обсуждение с рынком, принята и опубликована ее финальная версия. ЕRА работает над подготовкой ряда суверенных рейтингов, которые, надеемся, будут опубликованы в ближайшие два-три месяца. В него предположительно будет входить и рейтинг России. Таким образом, в ближайшее время Россия получит еще один суверенный кредитный рейтинг.

На российском рынке сейчас работают только два аккредитованных ЦБ агентства — АКРА и "Эксперт РА". Этого достаточно? Могут ли появиться новые регуляторно признанные игроки?

Екатерина Трофимова: На открытом рынке количество участников определяется текущей рыночной потребностью и их возможностями достигать поставленных целей. Поэтому третье агентство появится, как только появятся экономическая целесообразность и желание инвесторов вкладывать в этот бизнес. Если третьего или четвертого агентства пока нет, это означает, что нет достаточных ресурсов и нет достаточного спроса.

То есть вы считаете, что на появление новых игроков на рейтинговом рынке влияет только экономическая целесообразность, и больше ничего?

Екатерина Трофимова: Экономическая целесообразность и экономическая возможность. Последнее очень важно, потому что может быть экономическая целесообразность, а ресурсы просто все закончились — условно, не собрать капитал, не собрать сотрудников. Но даже наличие спроса не обязательно означает, что есть качественное предложение.

Мне кажется, что, говоря о количестве агентств, не надо подразумевать только национальные агентства. Режим регулирования таков, что "большая тройка" может вернуться в регуляторное поле в России в любой момент. Дверь не закрыта, они могут переформатировать свои операции по действующему законодательству. Это более реалистичный вариант, чем создание с нуля третьего национального игрока. По моему прогнозу, в среднесрочной перспективе "большая тройка" в полноценном формате обязательно вернется на российский рынок. Это исключительно вопрос времени.

А самой "тройке" это нужно?

Екатерина Трофимова: Да, если она решит наращивать свой бизнес в России. А это будет зависеть от того, насколько они видят здесь платежеспособный спрос.

То есть их возвращение завязано на экономический рост?

Екатерина Трофимова: На экономический рост и на диверсификацию и рост количества эмитентов. После введения нового регулирования рейтинговых агентств "тройка" не пошла на полноценную аккредитацию, но их бизнес в России от этого не особо пострадал, потому что во многом был сфокусирован на рейтинговании крупных компаний, которые и так продолжают поддерживать рейтинги международных агентств.

Отзывы лицензий у банков продолжатся, но не высокими темпами.

Интерес "тройки" к аккредитации ЦБ будет зависеть не просто от формального роста, а от того, насколько степень концентрации в российской экономике будет сокращаться. Сейчас рейтинговый рынок сильно концентрирован — если взять строительный сектор, то у нас, по разным подсчетам, от четырех с половиной тысяч таких компаний. Рейтинги имеют не больше десятка. Если в экономике появится стимул всем этим тысячам компаний рейтинговаться, то это огромный рынок для агентств, который может подстегнуть коммерческий интерес "тройки". Для этого им и понадобится аккредитация ЦБ.

И немаловажным, конечно, моментом, является геополитическая ситуация, потому что одним из факторов, который влияет на "большую тройку", является продолжающийся санкционный режим. Его ослабление может стать дополнительным стимулом развивать бизнес в России.

Когда они могут вернуться?

Екатерина Трофимова: Сложно сказать. Но мы не ожидаем, что до конца этого года и в первой половине 2019 года произойдет перелом в санкционном режиме. Маловероятно и полноценное возвращение "тройки" на российский рынок в течение года.

Повышение суверенного кредитного рейтинга России до инвестиционных уровней всей "тройкой" произойдет быстрее?

Екатерина Трофимова: Высокие рейтинги — важный индикатор для рынка, но только их недостаточно, чтобы в страну пришли инвестиции. Сейчас на фоне торговых войн, роста процентных ставок в США наметился отток средств из развивающихся рынков. Но Россия в этом плане выглядит не так плохо, как аналогичные рынки. Поэтому макроэкономический и геополитический факторы будут влиять на движение инвестиций больше, чем формальное включение России в инвестиционную категорию. Тем более сейчас, когда два агентства из трех дают нам инвестиционный рейтинг.

Да, но Россия все равно остается здесь на самой грани.

Екатерина Трофимова: Действительно, любое негативное изменение может нас "выбить" из этой категории. Но РФ в такой степени сократила зависимость от иностранных привлечений капитала, что на притоки и оттоки это мало повлияет. Но и предпосылок для снижения суверенных рейтингов мы не видим.

Можно ли считать последнее снижение доли нерезидентов в российских ОФЗ признаком падения их доверия к нашему рынку?

Екатерина Трофимова: Нет. Сейчас наблюдается переток средств инвесторов со всех развивающихся рынков в США. Поэтому произошедшее находится в русле общемировых тенденций, и это не вопрос доверия нерезидентов к нашему рынку. Другое дело, что тенденции, которые мы наблюдаем в последнее время, говорят о том, что переток средств на развитые рынки будет продолжаться.

Как вы оцениваете состояние здоровья российских банков?

Екатерина Трофимова: Ситуация в банковском секторе стабилизировалась, но назвать ее однозначно хорошей тоже нельзя. Так, мы не видим явных причин для возникновения кризисных явлений. С другой стороны, есть ряд банков, весьма ослабленных в текущих рыночных условиях. Мы предполагаем, что отзыв лицензий у банков продолжится, хоть и меньшими темпами. Только теперь он будет происходить, скорее всего, по экономическим причинам, а не по связанным с отмыванием и нелегальной деятельностью.

Многие банки стоят перед выбором изменения бизнес-модели, поиском ниш для генерации доходов, все это на фоне отсутствия или резкого недостатка капитала. Видно, что ряд из них находится либо в спящем, либо в имитирующем деятельность состоянии — рано или поздно это приведет к необходимости их закрытия.

Вы разделяете опасения по поводу огосударствления банковского сектора?

Екатерина Трофимова: Мы с беспокойством наблюдаем рост прямого и косвенного участия государства в секторе. По нашим оценкам, этот показатель составляет около 70 процентов. Не исключаем, что процесс продолжится, но будет связан скорее не с национализацией банков, а с ростом государственных и квазигосударственных банков. Потому что они сильнее, у них господдержка, и будет происходить ребалансировка долей рынка. Но сильно меньшими темпами, чем это было последние несколько лет.

Мы считаем, что в среднесрочной перспективе разгосударствление сектора необходимо. Такая высокая доля участия государства в нем создает риски. Но мы понимаем, что фактическая национализация некоторых крупных частных банков — вынужденная необходимость. По нашим оценкам, невмешательство Банка России в ситуацию в прошлом году привело бы к серьезным последствиям для рынка.

Основной вопрос — что с этим делать дальше? К сожалению, мы не считаем, что в ближайшие три года может пройти существенная приватизация государственных банковских активов. В частности, в связи с тем, что сейчас мы не наблюдаем крупных и платежеспособных инвесторов за исключением государства.

Не факт, что возможности для приватизации появятся и через пять, и через десять лет.

Екатерина Трофимова: У нас быстро меняющийся рынок. Я бы так далеко не заглядывала. Сейчас любое прогнозирование, даже на три года, — это большой вызов.

Роман МАРКЕЛОВ