Слабый экономический рост, который мы наблюдаем сейчас в России, неминуемо приведет к росту корпоративных конфликтов. Логика тут простая: когда компаниям сложно расширяться в силу негативного внешнего фона и ограниченного внутреннего спроса, прибыль падает. В этом случае у определенной части акционеров будет появляться соблазн пожертвовать интересами других совладельцев, чтобы не допустить снижения собственных доходов. Кроме того, помимо чистой экономики есть и еще один фактор: на смену поколению бизнесменов, прошедших через 1990-е годы, приходит новое поколение, которое в силу возраста не застало времен самого жесткого противостояния.

То есть мы видим наложение двух факторов. Отсутствие возможностей для расширения бизнеса и роста прибыли за счет экспансии будет неизбежно обращать внимание акционеров на внутренние резервы для максимизации дохода, в том числе и за счет партнеров, которые отошли от оперативного управления. Условно говоря, если нельзя взять кредит и расширить площадь ставшей тесной квартиры, появляется мысль выселить соседей. Особенно в том случае, если у наследников нынешних акционеров есть свой взгляд на развитие бизнеса и им уже тесно в рамках старой парадигмы. На это накладывается смена поколений, когда взгляды на развитие бизнеса начинают кардинально расходиться из-за появления высоких технологий и развития бизнес-образования. При этом нельзя забывать, что для непубличных частных компаний выход на биржу стал бы одним из факторов совершенствования корпоративного управления, но возможности привлечь акционерный капитал ограниченны и число IPO можно пересчитать по пальцам.

Кризисы и затишье

За 27 лет существования новой России было несколько периодов активизации корпоративных конфликтов. В 1990-е — годы приватизации и слабой роли госаппарата — коммерсанты, заработавшие свои первые миллионы на торговле импортными товарами, сражались за контроль над предприятиями с «красными директорами». После кризиса 1998 года банки-кредиторы боролись за контроль над предприятиями с компаниями-заемщиками. И наконец, в период быстрого роста российской экономики в 2004–2007 годах шла борьба за предприятия, которые владели недвижимостью, значительно превышающей их стоимость. Тогда с собственностью расставались рантье, которые не смогли защитить доставшиеся им еще с советских времен земельные участки.

После кризиса 2008 года наступили годы относительного затишья. Корпоративные конфликты никуда не делись, но их число стало сходить на нет из-за действия следующих факторов:

  • законодательство сбалансировало права миноритарных и мажоритарных акционеров, кредиторов и заемщиков; в результате все участники потенциальных конфликтов стали чувствовать себя более защищенными и, как следствие, старались решать свои проблемы цивилизованным путем;
  • государство установило жесткий контроль над значительной частью бизнес-среды и не допускало выхода корпоративных конфликтов в публичное пространство;
  • в условиях кризиса собственники и кредиторы старались не столько воевать, сколько спасать свои активы, попавшие в сложное финансовое положение, тем более что в роли главных кредиторов стали выступать государственные банки, не заинтересованные в получении контроля над предприятиями через проблемные кредиты.

Но что же дальше?

Смена поколений

Первой волне российских бизнесменов, вышедших из среды советских цеховиков, «красных директоров» и руководителей министерств, сейчас хорошо за 70. Перед ними стоит вопрос о цивилизованной передаче управления предприятиями в руки наследников. Основные проблемы здесь связаны с контролем над активами и разделом прибыли. Большинство представителей этой группы крайне харизматичны, но в силу склада характера не воспитали таких же наследников. Продать свои бизнесы, чтобы передать наследникам денежные средства, они не готовы, да и текущая рыночная ситуация крайне неблагоприятна для этого. Таким образом, в результате естественного хода событий к управлению акционерным капиталом и, как правило, предприятием придут люди, не готовые управлять так же, как их родители. Они будут производить впечатление слабых управленцев, что в жесткой среде российского бизнеса неминуемо вызовет желание оттеснить их от управления и контроля над разделом прибыли.

Известны примеры, когда скоропостижная смерть крупного бизнесмена приводила к длительным разборкам между его партнерами и различными группами наследников. Все это хорошо демонстрирует история борьбы за наследство Бадри Патаркацишвили. Давний партнер Бориса Березовского скоропостижно скончался 12 февраля 2008 года в своем доме в Лондоне от сердечного приступа. Судебные разбирательства вокруг имущества покойного между наследниками и партнерами в различных бизнес-активах шли по крайней мере до 2015 года.

Уставшие предприниматели

Уходящая группа бизнесменов не мыслила и не мыслит себя вне управления предприятием. В какой-то мере потому, что они были воспитаны советской системой, ставившей во главу угла созидательный труд. Поэтому перед ними не стояла проблема усталости. Конечно, созидательный труд сочетается с накоплением собственного капитала, но это приятный бонус.

На смену им приходят другие люди. Они достигли зрелости на закате СССР, в конце 1980-х годов, и в большей степени ориентированы не на созидательный труд, а на собственное развитие. Сейчас им за 50, и все эти годы они очень напряженно трудились «на галерах» накопления капитала. Сейчас у них есть возможности, но нет времени. Поэтому они будут склонны к тому, чтобы передать управление активами в руки наемных менеджеров. И это большая проблема как качества управления, так и его надежности. Существуют серьезные риски утраты контроля над собственностью в случае длительного отсутствия владельца.

Например, в 2003–2005 годах, превратив свои предприятия в сеть объектов доходной недвижимости, из России уехал бывший владелец фирмы «Партия» и сети магазинов «Домино» Александр Минеев. Все объекты были сданы им в долгосрочную аренду и управлялись наемными менеджерами. Вскоре брак Минеева распался, и в Лондоне начался бракоразводный процесс, для защиты от последствий которого российские активы были «спрятаны» в офшоры. А еще через некоторое время Минеев узнал, что во всех восемнадцати ООО, на которые была оформлена недвижимость, сменились и учредители, и руководство. Аналогичным образом поменялись учредители и руководители в офшорных компаниях. Конец истории печален: 22 января 2014 года Минеева застрелили.

Падение рентабельности

Длительный спад российской экономики и долгосрочная, по-видимому, стагнация реальных доходов населения при одновременном снижении инфляции привели к тотальному падению доходности. Согласно отчетности Росстата, в целом по экономике России отношение сальдированного финансового результата (прибыль минус убыток) к стоимости активов организаций упало с 10,5% в 2007-м (последний год быстрого экономического роста) до 6,3% в 2016-м. Еще более драматично выглядит ситуация в банковском бизнесе — там наблюдается падение в 3,4 раза, в сфере операций с недвижимостью — в 2,4 раза, в обрабатывающей промышленности — в 2,1 раза.

Данная тенденция находит свое выражение и в устойчивом росте интенсивности банкротств юридических лиц. Согласно мониторингу ЦМАКП, количество банкротств выросло с 400 в месяц в середине 2008-го до 1200 в конце 2017 года.

Все это негативно сказывается на внутрикорпоративных отношениях между различными группами акционеров — совладельцев бизнеса. Цели бизнес-партнеров, участвующих в управлении и участвующих только в прибылях, становятся различными. Снижение прибылей подталкивает акционеров и партнеров, не участвующих в управлении, например, к продаже своей доли или всего бизнеса. Но первое невозможно, так как у их партнеров нет денег, а второе нежелательно, так как управляющий партнер чаще всего заинтересован в сохранении своего статуса. В результате управляющих партнеров начинают подозревать в сокрытии части прибыли от остальных акционеров. Поскольку цивилизованного механизма снятия такого подозрения не выработано, то чаще всего это приводит к внутрикорпоративным конфликтам.

В ближайшее время мы станем свидетелями активизации корпоративных конфликтов сразу в нескольких отраслях. Собственникам придется менять стратегию управления или даже структуру компаний, чтобы адаптироваться к новым экономическим реалиям, а это неизбежно приведет к появлению разногласий. Для того чтобы расширяться в условиях низкого экономического роста, нужны или прорывные решения, или смена бизнес-концепций. Понятно, что далеко не все собственники готовы к таким радикальным шагам, которые к тому же требуют значительных денежных вливаний.

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.

Сергей СВИРИДОВ, начальник аналитического департамента А1