Агентство по страхованию вкладов (АСВ) выявило новую схему, по которой банки выводили средства перед отзывом лицензии. Руководство УИК-банка передало объекты недвижимости на сумму 145 млн рублей в закрытый паевой инвестиционный фонд, тем самым существенно сократив количество ликвидных активов, продажа которых помогла бы АСВ расплатиться с вкладчиками. Теперь агентство оспаривает сделку банка и ПИФа в Арбитражном суде Челябинской области. Об этом «Известиям» сообщили представители коллегии адвокатов «Юков и партнеры», представляющей интересы АСВ в суде.

Лицензия у УИК-банка была отозвана в начале ноября 2011 года. Центробанк принял такое решение потому, что банк потерял ликвидность и не обеспечил своевременные расчеты по счетам своих клиентов. Проблемы у УИК-банка начались в мае 2011 года — он перестал принимать вклады населения. УИК-банк пытался оспорить решение об отзыве лицензии в Арбитражном суде Москвы, но безуспешно.

Как выяснили «Известия», Агентство по страхованию вкладов подало в Арбитражный суд Челябинской области иск об оспаривании сделки по выводу активов (недвижимости) из УИК-банка на сумму 145 млн рублей. Ответчиками выступают две управляющие компании (УК «Деловой альянс», а также УК «Стандарт-инвест»), третьим лицом — закрытый паевой инвестиционный фонд недвижимости «444» (ЗПИФН «444»). Представляющая интересы АСВ в суде Светлана Тарнопольская, адвокат компании «Юков и партнеры», рассказала «Известиям», что в 2011 году с согласия одного из зампредов УИК-банка было совершено несколько сделок с использованием ЗПИФН «444», в результате которых из банка была выведена недвижимость (офисные здания и помещения в Екатеринбурге) на сумму 145 млн рублей. Банк передал ЗПИФН недвижимость в обмен на паи, а доверительными управляющими были назначены УК «Деловой альянс» и УК «Стандарт-инвест». Одна из сделок, проведенная с подачи управляющих, предполагала внесение офисного здания стоимостью 90 млн рублей в уставный капитал ООО «РСУ № 24» (находится в процедуре наблюдения). При этом задолженность РСУ перед банком, установленная Арбитражным судом Свердловской области, составляет 4,44 млн рублей (компания выступала заемщиком кредитной организации, долг перед ней не погашен). Председателем совета директоров РСУ являлся председатель совета директоров УИК-банка Максим Хмелев. Также в пользу одного из управляющих было отчуждено нежилое здание в центре Екатеринбурга.

Тарнапольская отметила, что сделки проходили по договоренности зампреда УИК-банка Аллы Захаровой с руководством доверительных управляющих. Директором УК «Деловой альянс», а также УК «Стандарт-инвест» является Андрей Голиков, экс-предправления Сберинвестбанка (по данным на 1 апреля 2013 года, занимает 450-е место по активам — 3,6 млрд рублей). С Аллой Захаровой они бывшие коллеги: Захарова ранее входила в совет директоров Сберинвестбанка.

По словам зампреда Ланта-банка Дмитрия Шевченко, законодательством о банкротстве предусмотрены специальные основания, по которым сделки, совершенные в определенный период, предшествующий банкротству компании, могут быть признаны недействительными.

— Такая категория исков называется «паулианов иск», а период, предшествующий банкротству, в течение которого совершаются подозрительные сделки именуется периодом подозрительности. Поэтому можно полагать, что шансы на удовлетворение иска у АСВ имеются. Однако, безусловно, решение должно быть принято на основе соответствующих доказательств, представленных сторонами спора, оценка которых производится исключительно судом, — считает он.

По мнению партнера DS Law Ирины Медведской, шансы АСВ на победу в суде увеличатся лишь в том случае, если будет установлено, что при отчуждении недвижимого имущества посредством заключения взаимосвязанных сделок банк и его аффилированные лица преследовали цель «избавления» от активов (чтобы в последующем при обращении вкладчиков к банку за выдачей вкладов, носящих бессрочный характер, отказывать в выдаче депозитов из-за отсутствия ресурсов). Суд может признать соответствующую сделку недействительной, если она нанесла имущественный вред кредиторам, соглашается юрист московского офиса МЮГ AstapovLawyers Анна Арутюнян.

— Немалозначимым фактором также является доказательство целевой направленности осуществляемых сделок — создание условий для неспособности банка удовлетворить требования вкладчиков и/или кредиторов по денежным обязательствам, — указывает Медведская.

По мнению юристов, оспаривание такого рода сделок является крайне сложным, поскольку само по себе внесение имущества в ПИФы является обычной процедурой для гражданского оборота.

Анастасия АЛЕКСЕЕВСКИХ, Татьяна ШИРМАНОВА