В докризисном пространстве большинство банкиров говорили о кредитных картах с едва заметной гримасой брезгливости. Ничего удивительного: кредитка была и остается самым рискованным банковским продуктом. Поэтому точных данных по рынку никогда не было: тайны кредитного пластика тщательно охранялись.

В силу привычки банки и сейчас скрывают свои карточные планы. Поэтому не бросается в глаза тот факт, что кредитная карта на ближайшие год-два становится почти единственным массовым розничным продуктом. Как так получилось?

Как я уже рассказывала, многие банки постепенно возрождают розницу: в их линейках вторую жизнь обретают потребительские кредиты, автокредиты и даже ипотека. Но топ-менеджеры признают, что эти продукты еще долго не станут массовыми. Хочешь квартиру? Заплати минимум 30—40% от ее стоимости, покажи справку о доходе тысяч в 5—7 долларов, предъяви супругу с таким же доходом и желательно — хороший залог. Тогда, возможно, станешь счастливым обладателем ипотеки под 20—25% годовых, которой хватит на однокомнатную каморку в Выхино. То же самое касается получения автокредита, крупного «потреба» — в общем, любой приличной суммы банковских денег. Процедура оценки заемщика теперь вроде экзамена в Гарвард: теоретически сдать можно, на практике шансов немного.

Но «толпе» не стоит отчаиваться. Банкиры готовят своим массовым потребителям сюрприз. Как рассказали мне в доверительной беседе сразу несколько «топов» крупных универсальных банков, уже с конца прошлого года они потихоньку перекраивают свои ретейловые стратегии в пользу кредиток. И продавать их они намерены всерьез: если раньше кредитный пластик распространялся по остаточному принципу, то теперь речь идет об активных продажах.

Парадоксально: в тяжелую кризисную пору популяризировать продукт, просрочка и, соответственно, риски невозврата по которому всегда были самыми высокими. Товарищи банкиры, посмотрите на США, где эксперты прогнозируют на конец года порядка 70—80 млрд долларов списаний по «карточным» долгам! Я напомнила своим собеседникам из универсальных банков, как еще полгода назад они уверяли меня в том, что кредитки включили в свои линейки «для вида» и особенно развивать это направление не собираются. Те же самые «универсалы» утверждали, что рынок кредитных карт прочно поделили между собой «Русский Стандарт», ХКФ, Ситибанк и еще несколько игроков, так что другим развернуться негде.

«Топы» смущенно разводят руками: «так получилось». Ведь сроки кредитования заемщиков — зеркальное отражение «длины» собственных источников фондирования. Сейчас банки питаются в основном беззалоговыми деньгами ЦБ под 16—20% годовых сроком не более нескольких месяцев. Карточные кредиты короткие и приносят маржу не меньше 3—5% благодаря традиционно высоким процентным ставкам. Такой продукт идеально подходит для сложившейся специфической пассивной базы. Поэтому удел всех остальных видов кредитования — избранные высокооплачиваемые заемщики. А кредитками накормят клиентов попроще.

Справедливости ради отмечу: карточный андеррайтинг не избежал кризисного ужесточения. Лимиты уменьшились, небогатым клиентам выделяют не больше 20—30 тыс. рублей, процедура рассмотрения заявки затягивается на несколько дней. Увеличилось количество отказов, консультанты более внимательно относятся к «белизне» доходов, часто просят дополнительные документы. Но факт остается фактом: кредитки становятся, пожалуй, единственным продуктом, доступным для потребителей с доходом ниже среднего.

По словам ряда крупных розничных банкиров, если все пойдет хорошо, в 2009 году кредитки помогут портфелям «физических» ссуд в отдельных банках вырасти на 2—3%. В свете последних цифр такая картина выглядит чересчур оптимистичной. Господа банкиры немного лукавят: основная функция кредиток сейчас заключается вовсе не в наращивании активов. Именно в силу своей «массовой» природы карты помогут банкирам придержать клиентов до лучших времен и длинных кредитов. Не дать забыть потребителю о существовании банковского ретейла — вот, пожалуй, главная миссия кредитного пластика в наше смутное время.