Анализ показывает, что, вопреки широко распространенному мнению, девальвация не стала ключевым фактором роста российской экономики после кризиса 1998 года. Российская промышленность начала рост еще в 1997 году на фоне стабилизации инфляционных ожиданий и нормализации ситуации в финансовом секторе. В послекризисный период рост цен на нефть и снижение долговой нагрузки на бюджет способствовали его переходу из состояния дефицита в профицит, что позволило правительству более эффективно контролировать инфляцию и не отвлекать кредитные ресурсы от частного сектора (исчез так называемый «эффект вытеснения частных инвестиций государственными»).

В рамках текущего экономического кризиса российские власти получили уникальную возможность перейти к более ответственной макроэкономической политике, к политике инфляционного таргетирования без нанесения серьезного ущерба экономике. В отличие от, например, США 80-х годов, где резкое поднятие процентных ставок Полом Волкером столкнуло национальную экономику в рецессию. Благодаря падению конечного спроса инфляционное давление к концу лета достигло многолетнего минимума, и достижение целевого уровня инфляции на уровне 5—7% годовых в настоящее время возможно без введения каких-то жестких монетарных мер.

Долгосрочно низкая инфляция — это и более высокая сравнительная доходность производственной деятельности относительно торговой и финансовой, и более высокая норма сбережений у населения, которая позволит формировать так необходимые для производственных инвестиций долгосрочные кредитные ресурсы. Однако политика «инфляционного таргетирования» — это и более медленные темпы роста экономики до тех пор, пока долгосрочные инфляционные ожидания населения не опустятся до целевого уровня. Поэтому введение такой политики требует большой политической воли и понимания того, что вслед за ее объявлением нужно очень ответственно подходить к принятию решений в экономической политике, так как единственная ошибка может вновь привести к росту системного недоверия.

К сожалению, текущая макроэкономическая политика часто напоминает принцип «всё или ничего» (что, в принципе, очень свойственно «русской душе» и находит отражение в многочисленных народных пословицах и поговорках). В настоящее время происходит попытка существенно ускорить всеми доступными способами плавное восстановление российской экономики (которое началось этим летом) без учета растущих рисков. В итоге в четвертом квартале Россия столкнется с рекордным бюджетным дефицитом, финансировать который в основном предполагается из резервных фондов, то есть де-факто с помощью прямой денежной эмиссии.

Инъекция объемом более триллиона рублей в финансовую систему и, как следствие, резкий рост денежной массы приведут к инфляционному всплеску в начале следующего года. А если эта ситуация будет дополнена падением нефтяных котировок на мировом сырьевом рынке, то следствием может стать очередной финансовый кризис: набег на рубль и банки. При этом российские власти не принимают никаких мер ни по страховке от возможного снижения цен на нефть (как это, например, сделала Мексика в прошлом году), ни по контролю за долгосрочными инфляционными ожиданиями населения и снятию денежного навеса с рынка. А ведь именно наличие высоких ожиданий приводит к чрезмерной реакции населения и компаний на любые колебания стоимости национальной валюты. Такую политику вряд ли можно назвать ответственной.