Последние опубликованные данные по динамике денежного предложения демонстрируют резкий рост денежных агрегатов. Основным источником новых денег в экономике продолжает оставаться дефицит федерального бюджета (только в IV квартале он составил 1 трлн рублей). Как только российским банкам удалось вернуть практически весь объем предоставленной государством антикризисной помощи, остатки «лишних» денежных ресурсов начали быстрый рост. В итоге только за три последних месяца 2009 года денежная база в широком определении выросла на 19,6% (очищено от сезонных колебаний). Если этот показатель продолжит расти такими же темпами, то будет удваиваться каждые 12 месяцев.

Та денежная накачка, которой подверглась российская финансовая система за последние месяцы, может быть сравнима с политикой quantitative easing (действия по количественному смягчению монетарной политики) ФРС США, в рамках которой американский регулятор на протяжении последнего года выкупает с рынка долговые ценные бумаги (казначейские облигации, долговые бумаги, обеспеченные ипотекой, а также облигации ипотечных агентств) в объеме около 2 трлн долларов. Резкая инъекция ликвидности позволила ФРС стабилизировать кредитные рынки, а стоимость краткосрочной ликвидности на этом фоне упала до нулевой отметки.

Темпы инфляции в США находятся вблизи нулевой отметки, и главная проблема, с которой борются американские власти, — это возможная дефляция, но никак не инфляция. В России в 2009 году мы тоже стали свидетелями значительного снижения темпов инфляции: индекс потребительских цен за прошедший год вырос «всего» на 8,8%. Очевидно, что инфляция остается одной из главных проблем российской экономики, проблемой, мешающей ее стабильному развитию, проблемой, которая требует решения.

В настоящее время краткосрочные процентные ставки на рынке межбанковского кредитования в России находятся на уровне около 4,0% годовых (еще в середине прошлого года они находились на уровне 7,0—8,0% годовых). Их сравнение с темпами инфляции говорит о том, что российские денежные власти проводят в настоящее время суперстимулирующую денежную политику, вновь опустив реальные процентные ставки до глубоко отрицательных значений. Ситуация напоминает 2007 год: отрицательные процентные ставки в тот период стали основным фактором, обусловившим глубину экономического кризиса 2008—2009 годов. Если в ближайшие месяцы мы не станем свидетелями активной стерилизации излишнего денежного предложения, то уже во втором полугодии 2010 года можем столкнуться с ускорением инфляции. Попытка обуздать очередной инфляционный всплеск может привести к следующему экономическому кризису.

Как известно из экономической теории, высокая волатильность политики монетарных властей и, как следствие, денежного предложения не способствует стабильной экономической динамике, а в долгосрочной перспективе приводит к более низким темпам роста экономики и более низкому уровню благосостояния граждан. По моему мнению, вопрос о переходе Банка России к политике инфляционного таргетирования — политике, обеспечивающей долгосрочную ценовую стабильность в экономике, — в настоящее время не только назрел, но даже уже перезрел.