Принято считать, что фондовый рынок страны отражает положение дел в ее экономике. Если индексы акций уверенно растут, то можно сказать, что и в экономике все хорошо. Если индексы идут вниз, то налицо явные проблемы. Конечно, с массой поправок, учитывающих истерику и эйфорию инвесторов, потоки капитала и прочие факторы. В конце концов, не на данные же Росстата смотреть. Однако все не так просто.

То, что существующие индексы на самом деле не показывают вообще ничего вменяемого, разговор отдельный. Но даже если допустить, что они отражают жизнь фондового рынка (что далеко не так), то говорить о том, что фондовый рынок в свою очередь отражает реальное положение дел в экономике, и вовсе смешно.

За три последних месяца на ведущей российской бирже ММВБ проходили сделки по акциям 271 компании. Это не так уж мало, инвесторам, казалось бы, есть из чего выбрать. Но при этом более 90% оборота пришлось на 11 бумаг, более 80% — на семь. А 50% оборота приняли на себя всего две бумаги — обыкновенные акции Сбербанка и Газпрома. 261 акция из 271-й — по сути, биржевой мусор, в котором копошатся только эстеты и инсайдеры. Поверьте, вы не знаете даже названий подавляющего числа компаний, гордо представляющих собой российский рынок акций.

Поэтому намного интереснее посмотреть на корпорации, которых на фондовом рынке нет. Конечно, речь не о тысячах мелких акционерных обществ локального масштаба, а о лидерах и «становых хребтах» российского бизнеса, акции которых по разным причинам недоступны рядовым инвесторам. Этих компаний нет в индексах, не существует котировок их акций, никто доподлинно не знает, какова капитализация (общая стоимость) этих монстров. Можно лишь с полной уверенностью сказать, что речь идет о многих триллионах рублей, т. е. капитализация «скрытого» от инвесторов российского бизнеса составляет десятки процентов от текущей «открытой» капитализации (порядка 20 трлн рублей).

«Скрытые» компании можно условно разделить на две большие группы: полностью государственные и принадлежащие небольшим группам инвесторов. Естественно, в первом случае мы говорим только о тех акционерных обществах, которые совершенно спокойно могут существовать в «коммерческом» режиме, их можно вывести на IPO, их акциями можно было бы торговать на бирже без какого-либо урона национальной безопасности или государственным интересам, что бы кто-либо под этим странным термином ни понимал.

Судите сами. Во ФГУП «Почта России» работает около 400 тыс. человек, генерирующих выручку порядка 90 млрд рублей в год. При более грамотном подходе первую величину можно значительно уменьшить, а вторую — значительно увеличить. Капитализация такой компании была бы сравнима с капитализацией «Северстали», ВТБ или МТС. Пример подобного преображения — перед глазами. Приватизированная почта Германии при чуть большем числе работников имеет капитализацию около 15 млрд евро.

Еще более крупная компания, не присутствующая на фондовом рынке, но влияющая на жизнь всей страны и на состояние экономики, это РЖД. Более 1 млн сотрудников, более 1 трлн рублей годового объема реализации, огромный размер собственности. Не удивлюсь, если в случае приватизации именно РЖД стала бы крупнейшей компанией России, сместив с этой позиции Газпром. Но уж второе место ей точно гарантировано.

К группе государственных компаний, не учитываемых инвесторами и индексами, можно отнести и мега-холдинг «Ростехнологии». Да, часть входящих в него компаний проводила размещение акций, которые торгуются и сейчас. Но — только часть. Внутри холдинга скрыты сотни корпораций, стоимость которых никак не отражается на состоянии «биржевых барометров».

К вышеперечисленным компаниям можно добавить «Алросу» и, как ни странно, «Росатом». Несмотря на всю их «стратегичность» для государства, они также могли бы торговаться на биржах, пусть даже при сохранении контрольного пакета в руках у государства.

Наконец, государственные банки и «как бы банк». В первую очередь можно говорить о крупнейших чисто государственных финансовых компаниях — Россельхозбанке и ВЭБе. Второй — все-таки не банк, но при некотором старании его также можно вывести на биржу, выделив из всего массива его функций «коммерческие» и оставив остальное на каком-нибудь государственном агентстве.

Помимо крупнейших госкомпаний вне фондового рынка до сих пор остаются формально частные, но принадлежащие очень ограниченной группе собственников корпорации. Интересно, что крупнейшие из них — именно банки (за редким исключением). Просто посмотрите на топ-лист российских банков, и вы поймете, что большинство из них — такие же «частные лавочки». Альфа-Банк, банк «Россия» с контролируемым им Газпромбанком, «Уралсиб», Промсвязьбанк и многие другие. Даже без учета «дочек» иностранных структур компания набирается солидная. По совокупным чистым активам и потенциальной капитализации они вполне сравнимы со Сбербанком (хотя, пожалуй, все же несколько меньше).

Итак, как мы видим, в обеих группах «скрытых» компаний солидную долю составляют банковские и квазибанковские организации. Каким был бы индекс ММВБ, если бы в нем учитывались не «Волга Телеком» и «Распадская», а «Почта России» и Газпромбанк? Не ОГК-3 и Аэрофлот, а РЖД и Промсвязьбанк? Этого никто не знает. А было бы интересно посмотреть на такой рынок.