Банковское дело в представлении непрофессионалов часто ассоциируется с тихим, спокойным, респектабельным и даже скучноватым бизнесом. Очевидно, что этот стереотип ложен. Текущий кризис в странах европейской периферии наглядно демонстрирует: банковский бизнес скорее похож на сидение на пороховой бочке. Но пока никто не подошел к ней с зажженным фитилем — все тихо и гладко.

Концептуально бизнес ирландских банкиров во время «золотых 2000-х» мало чем отличался от действий их соседей-коллег в странах с похожими по масштабу пузырями недвижимости — в Исландии (банковский сектор которой сколлапсировал еще осенью 2008-го) или в Испании (банки которой ПОКА живы). Различия были в масштабах экономик и в некоторых нюансах политики регуляторов (более мягкая политика в Ирландии, чуть более жесткая в Испании). Дешевая и обильная ликвидность жгла европейским банкирам руки — все соревновались друг с другом в наращивании кредитных портфелей. Так, задолженность частного сектора в Ирландии, по данным ОЭСР, выросла с 128% ВВП в 2002 году до 215% в 2007-м, в среднем на 20% ежегодно. Ипотечное кредитование было еще более динамичным — среднегодовой темп роста составлял 25%. Благоприятные условия предоставления кредитов на фоне экономического бума были процессом с положительной обратной связью: доступность и дешевизна кредита повышала цены активов, стоимость залогов у банков увеличивалась, банковские стандарты оценки платежеспособности заемщика ослабевали, что позволяло населению и бизнесу брать в долг еще больше.

Политики в целом относились к происходящему с долей известного пофигизма — преимущества политики дешевого кредита в виде растущего потребления и создания большего количества рабочих мест являются мгновенными, в то время как оплату долгов можно отложить на будущее. Дешевые и доступные кредиты исторически использовались правительствами в качестве средства, создающего иллюзию доступности многих благ для избирателей, не имеющих в реальности средств на их приобретение.

Когда же цены на недвижимость достигли максимума и стали падать (это произошло почти синхронно по всему миру в первой половине 2007 года), спираль развернулась в обратную сторону. Банки остались с обесценившимися залогами и плохими кредитами, население и бизнес — с неподъемными долгами и резко ужесточившимися условиями финансирования, а государство — с огромной «дырой» в госбюджете.

Но почему, например, исландские банки почили в бозе еще в 2008-м, ирландские зомби продержались до 2010-го, а испанские гранды даже подают некоторые признаки жизни? Причины в основном в эффекте масштаба и злокачественности пузыря недвижимости. Цены на недвижимость в крохотной Исландии (население — 300 тыс. человек) рухнули на десятки процентов почти мгновенно, похоронив банковский сектор — залоги обесценились с быстротой молнии. Быстрая «смерть» постигла и банки. Ирландия — страна на порядок больше, экономические процессы более инерционные, пузырь недвижимости чуть менее злокачественный. Неудивительно, что и агония длилась дольше. Но все же цены на недвижимость в том же Дублине упали с пика 2007 года на 45%, и именно этот факт не оставил никакого шанса ирландским банкам, сколько бы фальшивых стресс-тестов они ни проходили. Дырку в балансе с таким падением стоимости активов фиговым листочком не прикроешь, даже если на нем будет красоваться вензель ЕЦБ.

Но все же смерть банковского сектора Ирландии ЕС, скорее всего, сможет худо-бедно «переварить». Эндшпиль европейской партии впереди — когда придет время испанских банков (проблемы со всякой евромелочью вроде Португалии уже никого не удивят). Придет ли оно? Скорее всего, да. Масштабы пузыря недвижимости в Испании мало чем отличаются от ирландских, но падение цен, по официальной статистике, не было столь сильным — около 15% от пика. Почему так? Возможно, дело в том, что Центробанк Испании до последнего времени предоставлял банкам довольно много простора для маневра в оценке своих активов. С 30 сентября 2010 года центробанк ввел более жесткие стандарты, стимулируя банки к избавлению от непрофильных активов. По оценке Bloomberg, уже в следующем году банки могут выбросить на рынок в три раза больше домов, чем сейчас, что, разумеется, вскроет истинный масштаб падения цен, после чего реальное положение испанских банков станет очевидным. Так что фиговый листок может упасть и в этом случае.

Сможет ли ЕС «переварить» кризис Испании, так же как он «переварил» кризис Греции и (вероятно) Ирландии? Экономика Испании на порядок больше ирландской, и потери будут исчисляться не десятками, а сотнями миллиардов евро. И именно иберийский кризис, скорее всего, станет настоящей точкой бифуркации в затянувшемся европейском кризисе — либо произойдет радикальное институциональное изменение всей архитектуры европейского валютного союза с созданием общего бюджетного и фискального механизма для выравнивания критически важных экономических дисбалансов стран — членов еврозоны, либо же еврозона окончательно распадется.

Когда еврокризис сфокусируется на Испании? Неспешная динамика европейской катастрофы, давно уже поименованная язвительными аналитиками «slow-motion train wreck», говорит нам о том, что, скорее всего, произойдет это не завтра. Вполне возможно, что анонсированная 28 ноября помощь Ирландии со стороны ЕС и МВФ на некоторое время успокоит рынки, как это было ранее с Грецией. Вполне возможно, что мы даже увидим новый фарс в виде каких-нибудь новых банковских стресс-тестов в стиле «Все хорошо, прекрасная маркиза!». Но это будет всего лишь передышка на финишной кривой. Иберийский эндшпиль впереди.