Новую атаку на малые банки инициировали эксперты «Стратегии-2020». Основной повод — якобы «генетическая» предрасположенность малых банков к отмыву. Эксперты «Стратегии» предлагают «повысить с 2013 года минимальный размер капитала банков до уровня, который сделал бы использование банковской лицензии для проведения полукриминальных операций экономически невыгодным. Речь может идти об уровне капитала в 1 млрд рублей». А с 2015 года они призывают поднять планку до 3 млрд.

Какое-либо экономическое обоснование необходимости увеличения минимального размера капитала в «Стратегии-2020» отсутствует. Эксперты не затрудняются ответом на вопрос, почему 1 млрд рублей, а не, скажем, 2 млрд или 0,5 млрд и почему именно с 2013 года? И уж тем более они не затрудняются анализом последствий такого повышения. На 1 марта в России действовало 916 банков, в том числе 607 — с капиталом меньше 1 млрд. Если пройдет предложение экспертов «Стратегии-2020», а банки-«запорожцы» не сумеют нарастить капитал до 2013-го, то уже через год Россия имеет шанс лишиться 2/3 банков. А ведь в них на 1 марта находились вклады населения на сумму свыше 484,1 млрд рублей, тогда как размер фонда страхования вкладов АСВ в три раза меньше — всего 162,5 млрд.

Борьба с отмывом, также резко активизировавшаяся после выборов, удачно вписывается в очередную антикоррупционную кампанию и призвана противостоять мощному оттоку капитала за рубеж. Но, разумеется, основная, хотя и скрытая цель подобных кампаний — это передел рынка, в том числе рынка отмыва. Коррупция не способна уничтожить коррупцию. Кровь коррупционной и криминальной экономики — «черный нал». Как давать взятки без него? Как платить «черную» зарплату? Пока существует «черная» и «серая» экономика, неизбежно будет существовать индустрия отмыва.

К мнению профильной экспертной группы «Стратегии-2020» прислушиваются: 12 марта президент России Дмитрий Медведев провел совещание с министрами экономического блока и представителями бизнеса, в том числе руководителями этой самой группы, по вопросам развития банковского сектора на основе предложений, ею сделанных. Министр финансов Антон Силуанов присоединился к мнению экспертов: «Давайте повысим до 1 миллиарда рублей минимальный размер капитала банков». Подобные предложения, исходящие из столь авторитетных источников, могут дестабилизировать ситуацию в банковской сфере.

«Стратегия развития банковского сектора до 2015 года», принятая в марте 2011-го, указывает существенно меньший порог капитала — 300 млн рублей с 2015 года.

Единодушия по поводу столь радикального повышения минимального капитала нет даже в Центробанке. Так, 23 декабря 2010 года в интервью газете «Коммерсант» председатель Банка России Сергей Игнатьев заявил: «Сейчас обсуждается радикальное предложение — увеличить минимальный размер капитала для действующих банков к 2015 году до 0,5—1,0 миллиарда рублей. Признаюсь, что у нас нет единства взглядов по этому вопросу даже внутри ЦБ. Ведем жаркие дискуссии. Я лично против резкого повышения минимального капитала для действующих банков».

Однако не все так плохо. Как известно, жесткость законов смягчается их повсеместным неисполнением. Повышение порога ведет к эффекту adverse selection (неблагоприятного отбора): «злонамеренные» банки с легкостью рисуют недостающий капитал, тогда как самые «добропорядочные» складывают лапки и тонут. Ибо если банк благополучно занимается отмывом, то что мешает ему фальсифицировать капитал?

Мы уже наблюдали два повышения минимального капитала: с 1 января 2010-го — до 90 млн рублей, а с 1 января этого года — до 180 млн. Однако количество банков, лишившихся лицензии или превратившихся в НКО (небанковские кредитные организации), после обоих повышений было невелико, хотя за год до каждого этого повышения более сотни банков не дотягивали до заветной планки. Поднятие порога не генерировало ожидаемую волну слияний и поглощений в банковском секторе, в частности, из-за высоких издержек юридической консолидации. Только одну-две сделки юридической консолидации 2011 года можно объяснить повышением порога.

Рассмотрим аргумент о «генетической» предрасположенности малых банков к отмыванию денег. Какие известны наиболее громкие случаи отзыва лицензии за отмыв? Это, во-первых, банки Френкеля — ВИП-Банк, «Европроминвест» и ИнтеРУС-Банк. Капитал первого банка на 1 января 2005 года составлял 839,2 млн рублей, второго — 339,4 млн, то есть оба проходили над планкой 300 млн — но это еще семь лет назад. И только у третьего банка капитал был даже ниже предыдущего порога 90 млн рублей: 72,3 млн на 1 января 2005 года. Отзыв лицензии за отмыв у Содбизнесбанка генерировал мини-кризис 2004 года. Его капитал на 1 января 2004-го составлял 2,2 млрд рублей. Известен и случай отзыва лицензии, также за отмыв, у банка «Нефтяной», капитал которого на 1 января 2005 года был равен 1,7 млрд.

Будто бы в насмешку над банковскими экспертами «Стратегии-2020» 27 марта первый заместитель председателя правительства РФ Виктор Зубков на встрече с Владимиром Путиным заявил: «Только за последние несколько недель проведены проверки в пяти крупных банках, и в одном из них обнаружено большое количество документов, которые показывают, что этот банк занимался противоправной деятельностью. Более 500 печатей разных фирм (в основном это, конечно, однодневки), около 10 печатей гербовых — налоговых инспекций, печати суда города Москвы, еще много-много других документов, которые позволяют сделать вывод о том, что действительно эти учреждения занимались противоправной деятельностью. Заведены уголовные дела, проведены задержания».

Итак, мы видим, что аргумент о предрасположенности малых банков к отмыву явно несостоятелен. Крупные банки столь же охотно занимаются отмывом, как и их малые собратья. Более того, у крупных есть преимущество перед малыми в криминальной сфере — гораздо более высокая и крепкая «крыша», которая столь необходима для криминальной деятельности.

Другой аргумент — якобы малые банки менее устойчивы. В упомянутом интервью Сергей Игнатьев подверг сомнению это утверждение: «Мы решили проверить гипотезу, что в «трудные» времена маленькие банки гораздо менее устойчивы, чем большие. Взяли перечень всех кредитных организаций, которые действовали на 1 сентября 2008 года, разбили ровно пополам по размеру активов — на «маленькие» и «большие». И посмотрели, у кого были отозваны лицензии либо началась процедура санации под угрозой отзыва лицензии в период до 1 января 2010 года, исключив из рассмотрения тех, у которых были отозваны лицензии за нарушения «противоотмывочного» законодательства, это все-таки другая статья. Так вот, из 81 кредитной организации, которые оказались финансово несостоятельными, к числу «больших» относится 46, к числу «маленьких» — только 35. Выходит, что гипотеза, что маленькие банки финансово менее устойчивы, чем большие, не подтверждается».

Кому выгодно уничтожение малых и средних банков? В первую очередь крупным, которые избавляются от назойливых конкурентов. Кто возглавляет экспертную группу «Развитие финансового и банковского сектора» «Стратегии-2020»? Президент — председатель правления Сбербанка Герман Греф и председатель совета директоров МДМ Банка Олег Вьюгин. МДМ Банк — 15-й по размеру активов.

Изменение минимального капитала позволяет изменять число банков. Не утруждая себя серьезными эконометрическими исследованиями, авторы доклада ИНСОР «Структурная модернизация финансовой системы России» (февраль 2010 года) заявили: «Исходя из существующих международных закономерностей, «оптимальное» число банков в России — 220—280». Ни одному чиновнику, даже самому умному, не придет в голову объявить, например: «Оптимальное число магазинов в России — 220—280 тысяч». Оптимальное число хозяйствующих субъектов на конкурентном рынке должен определять сам рынок, а не чиновник. Для сравнения: в США на 29 марта действовало 6 265 чисто коммерческих банков, застрахованных FDIC (американский аналог АСВ). В России на эту дату было 896 банков — участников системы страхования вкладов. Почему у нас должно быть существенно меньше банков, чем в США?

Если количество банков избыточно для экономики, то почему высока цена банковской лицензии? А ведь она стоит несколько миллионов долларов…

Вспомним раннюю осень 2009 года: в Москве начались гонения на киоски. Всего через несколько дней после старта этой кампании даже самому умному чиновнику стало ясно, что это головотяпство. Кампания против малых банков ничуть не лучше.

Аппетит приходит во время еды: сегодня съедят малые банки, завтра возьмутся за средние. Почему бы сразу не ввести порог в 1 трлн рублей? Останется ровно один невероятно большой и невероятно эффективный Сбербанк, и, куда ни кинешь взгляд, — всюду его отделения. Теряй час в очереди и наслаждайся изысканным сервисом.