Инфляция в России замедлилась, а процентные ставки в номинальном выражении остаются достаточно высокими, что привело к ситуации реальных положительных ставок. Это создало определенные ожидания в банковской среде. Например, многие банки ждут ускорения притока депозитов, так как реальные положительные ставки означают, что вклады начали приносить доход в реальном выражении, однако боятся замедления кредитной активности, поскольку кредитные деньги стали дороже в реальном выражении. Но банковская действительность до сих пор рисует обратную картину — рост розничных депозитов замедляется, а вот темпы роста кредитования, особенно в рознице, остаются высокими.

В теории различают два типа реальных процентных ставок — ставки ex-ante и ex-post. Первые — это те, на которые экономические агенты ориентируются исходя из своих ожиданий по инфляции в момент, когда они берут кредиты. Что-то типа прогнозных реальных ставок. Вторые — это те, которые получаются по факту, то есть которые можно посчитать год спустя, когда статистика по инфляции уже известна. Именно ставки ex-ante и служат фактором спроса на кредиты. Именно через них проявляется теория инфляционных ожиданий: если инфляционные ожидания высоки, то компании и население будут ждать отрицательных реальных процентных ставок, соответственно брать кредиты и минимизировать сбережения, так как ожидания высокой инфляции означают ожидания, что накопленные финансовый капитал будет терять свою стоимость.

Я недавно вспомнила, что «Центр развития» уже много лет собирает у аналитиков прогнозы по основным макропоказателям и на базе этих опросов формирует консенсус-прогноз, в том числе по инфляции. Эти прогнозы можно использовать как базу расчета реальных ставок ex-ante, и результаты, на мой взгляд, получились довольно интересные.

Реальные ставки по корпоративным кредитам Реальные ставки по розничным депозитам
Источники: «Центр развития», ЦБ РФ, Росстат, Альфа-Банк Источники: «Центр развития», ЦБ РФ, Росстат, Альфа-Банк

Ключевые рынки для российского банковского сектора — это рынок корпоративных кредитов, на который приходится 75% всего кредитования в стране, и рынок розничных депозитов — 60% внутреннего долгосрочного фондирования банковского сектора. До кризиса реальные фактические ставки в корпоративном кредитовании периодически уходили в отрицательную плоскость и в среднем колебались в районе нуля, а в сегменте розничных депозитов были отрицательными. После 2008 года реальные ставки стали либо слабоположительными, либо нулевыми. Но, как можно увидеть из ставок ex-ante, эти изменения представляются малозначимыми для рынка.

В сегменте корпоративных кредитов заемщики по сути все докризисные и пост-кризисные годы ориентировались на положительные реальные процентные ставки (ex-ante). Поэтому на деле для корпоративных клиентов переход фактических ставок в положительную плоскость просто означает, что действительность стала больше соответствовать ожиданиям. Это можно считать положительным моментом, так как такое сближение ожиданий и реальности вряд ли негативно повлияет на кредитный рост.

А вот в сегменте розничных депозитов рынок как до кризиса, так и после него продолжает ориентироваться на отрицательные процентные ставки, несмотря на изменение тренда фактических реальных ставок. По этой причине неудивительно, что рост розничных депозитов замедляется в последние два года, не реагируя на улучшение реальной доходности вкладов. Это означает, что вкладчики до сих пор не верят, что на депозитах можно зарабатывать положительную реальную доходность и, исходя из этого недоверия, минимизируют свои сбережения.

По сути мы видим ситуацию, когда в результате постоянных обещаний ЦБ снизить инфляцию и таких же постоянных неисполнений этих обещаний экономика не может извлечь из недавнего замедления инфляции пользу, то есть повысить уровень сбережений и заставить компании повысить уровень производительности. Негативные инфляционные ожидания устойчивы, и падение темпов инфляции воспринимается как случайность. Именно поэтому, на мой взгляд, ситуация реальных положительных процентных ставок в России не может длиться долго. Устойчивое предпочтение потребления рано или поздно запустит новую инфляционную спираль. Уровень конкуренции, как я писала в предыдущих статьях, также играет определяющую роль. Исследования, проводимые международными организациями по поводу зависимости между уровнем конкуренции и реальными ставками, показывают, что чем выше доля частного бизнеса в экономике, тем более высокие реальные процентные ставки могут наблюдаться в экономике. Высокая доля государственного сектора рождает небрежное отношение к деньгам, поэтому большому числу компаний не слишком важно, сколько они платят по кредитам. Накал дискуссий вокруг роста тарифов демонстрирует, что естественные монополии не отказались от этого источника финансирования своих бюджетов.

Поэтому еще раз повторю свое убеждение: реальные положительные процентные ставки в России могут сохраниться только в условиях значительной демонополизации внутренних рынков, что вряд ли произойдет в ближайшее время.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции