«У богатых людей и мысли не такие, как у бедных», — говорил один из героев, порожденных великой русской литературой.

Наверное, лучший способ понять, что Россия — на самом деле маленькая (в экономическом, а не в географическом смысле) и провинциальная страна, — это сравнить скандалы, интриги и махинации, в которые впутываются периодически их и наши банки.

Что у нас? Урин, страшный и ужасный Урин, обсуждению персоны которого первые лица ЦБ как-то уделили пару часов своего драгоценного времени (я сам был свидетелем этой сцены). Этот Урин, кто бы мог вообразить, нагрел своих вкладчиков на 15 млрд рублей. Это же 420 млн долларов! А потом побил на автостраде какого-то голландца, который оказался вовсе не каким-то, а голландцем со связями.

«Начал было Андрей Петрович читать свой стишок, а я тут некстати затянул свою любимую «Капитанская дочь, не ходи гулять в полночь», вышла разладица», — как говорил другой герой, порожденный великой русской литературой.

Милая семейная история крошечной страны. Брутальные мужчины, одетые под колумбийских или венесуэльских мачо, рассекающие на быстрых авто по темным ухабистым дорогам. Кипящая кровь. Опасные связи. Бо-о-льшие — если мерить по меркам той же Колумбии — деньги.

Или вот Артем Тарасов. Когда-то давно сделал большие деньги, торгуя ввезенными в страну китайскими компьютерами. Потом изобретал вечный двигатель и временами отлеживался в Лондоне. Когда автор этих строк видел нашего героя в 2006 году, он хотел переделать мир. На днях оказалось, что у него еще и банк был, «Витас». И у него отозвали лицензию. А перед этим напечатали про него статью, которую, если верить Тарасову, «заказали» Минфин и ЦБ. Тоже все по-домашнему — деревенский такой старичок-затейничек, дед Щукарь XXI века, ну и заодно банкир.

И вот у них. Банк Barclays. Попал под уголовное дело. Манипулировал ставками LIBOR. Как так манипулировал? Сообщал регулятору, что вот заключил такие-то сделки, по таким-то ставкам. А про ставки брехал. Регулятор верил и на основании брехни выводил этот самый LIBOR. На которую (ставку) подвязано кредитов на 360 трлн долларов по всему миру. А Barclays, зная, какая именно будет ставка (он же сам ее программировал своей дезинформацией), манипулировал рынком, что твой Нострадамус.

Теперь под угрозой оказался Пол Такер, зампред Банка Англии, который почти стал председателем оного, да, как выясняется, был в схемочку вовлечен. А три топ-менеджера Barclays уже покинули свои посты. И если европейский регулятор раскочегарится, им грозит уголовное преследование. А пока — штраф на 500 млн долларов. Больше, чем все уринские делишки вместе взятые.

Масштаб-то какой, друзья мои! Это вам не столкновение двоих мачо на темной МКАД. Это 360 трлн долларов. Сколько в этой сумме Олимпиад в Сочи, саммитов АТЭС, универсиад в Казани и прочего, что кажется нашей российской братии пределом мечтаний? Да хоть щепотку от этой суммы откусить — вот тебе и безбедная жизнь России лет на десять вперед. Но кто откусывает, а кто зубами клацает, потому что — провинция.

И в провинции есть только вкладчики, а других серьезных источников «стырить» нет (про бюджет молчу — бюджет есть кому осваивать без Урина и Тарасова). Это, как правило, нищие люди, сберегающие крошечки с зарплаты, чтобы летом поехать в Сочи. Купить стиральную машину. Справить могилку из черного гранита. Бизнес в России — это попытка одних бедняков что-то изъять у других бедняков. Круговорот бедности в социальной природе.

И если кто-то поднимает нас до уровня Barclays, так это Сергей Пантелеевич Мавроди. Причем эту штангу он поднял уже дважды. 35 млн человек! Только Мавроди не дает нам забыть, что мы великая страна. Но — ненадолго. Так и есть: наши березки понуры, наши поля унылы, наши прорывы и слава недолги. У нас две гордости было — атомная бомба и полет Гагарина. И два явления Мавроди. А третьего, как четвертого Рима, не бывать.