В августе правительство внесло на рассмотрение в Госдуму поправки в закон, наделяющие ЦБ правом ограничивать процентную ставку по депозитам банков. В сентябре депутат Анатолий Аксаков («Справедливая Россия») внес в Госдуму законопроект, по которому ставка по потребительскому кредиту (займу) не может превышать «обычную полную стоимость кредита для кредитов соответствующего вида» более чем в два раза. Эту ставку должен рассчитывать Центробанк. Речь идет о введении в России «ростовщической ставки», которая применяется в США, Германии и Франции и других развитых странах. В указанной статье говорится: «…по 14-дневным займам максимальная годовая ставка может составлять: в Калифорнии — 625%, в Иове (вероятно, имелась в виду Айова. — Прим. авт.) — 391%, во Флориде — 261%».

Первый законопроект с высокой долей вероятности будет принят этой осенью, а второй — вряд ли, так как он исходит из оппозиционной партии. Причем первый законопроект, скорее, не нужен и даже вреден, а второй — необходим. Вопрос о целесообразности первого законопроекта обсуждался в статье «Нужно ли ограничивать процентные ставки по вкладам?». В настоящее время ЦБ в качестве «мягкого порога» использует максимальную ставку по вкладам в российских рублях десяти кредитных организаций, привлекающих наибольший объем депозитов физических лиц, увеличенную на 1,5 процентного пункта. Например, в первой декаде сентября этот порог находился на уровне 12,034% годовых. Однако некоторые банки предлагают более высокие проценты по вкладам, просто ЦБ берет их под особый контроль.

Появление обоих законопроектов симптоматично: государство все более вмешивается в экономику, в том числе и в святая святых рынка — механизм ценообразования. Однако с учетом того, что в развитых странах такое вмешательство в отношении процентных ставок распространено, надо разобраться, какое госвмешательство — во вред, а какое — во благо. И тотальное госуправление экономикой, сиречь социализм, и оголтелое либертарианство равно неприемлемы. Как всегда, оптимален срединный путь.

Ограничение необходимо только тогда, когда его отсутствие опасно. Уместна аналогия: высокие скорости автомобилей на дорогах опасны из-за угрозы столкновений, поэтому скорости автомобилей ограничивают. А вот столкновения пешеходов друг с другом не так часты и не ведут, как правило, к трагическим последствиям, поэтому и ограничивать их бессмысленно.

У рынка есть пределы, при достижении которых рыночные механизмы выходят из строя и оказываются неспособны обеспечивать функционирование экономики. Такие «провалы рынка» требуют вмешательства государства в экономику. Однако такое вмешательство опасно, в частности из-за побочных и часто непрогнозируемых последствий, поэтому должно применяться крайне ограниченно. Одним из самых простых способов вмешательства государства в экономику является ограничение цен. Но часто простота бывает хуже воровства. Ограничивая цены, государство ограничивает и рыночную конкуренцию. Тем самым создаются предпосылки для поддержания деятельности неэффективных хозяйствующих субъектов.

Ограничение государством максимума цен продажи товаров населению ведет и к другим негативным последствиям: во-первых, создаются предпосылки для дефицита; во-вторых, искажаются стимулы потребителей. Например, в СССР сельчане кормили домашний скот хлебом, цена которого удерживалась государством на низком уровне с помощью субсидий. Одной из причин дефицита при социализме была как раз фиксация цен.

Тем не менее цены социально значимых товаров должны регулироваться в тех случаях, когда их бесконтрольный рост грозит социальными катаклизмами. Причем воздействие государства на цены должно сводиться не только к одному ограничению цен, так как это ограничение создает дефицит, но и к устранению дефицита с помощью субсидий или госинтервенций — например, на рынке зерна.

Цена денег — это процентная ставка. Процентная ставка по кредитам — цена, по которой банки продают деньги клиентам: деньги сегодняшние за деньги завтрашние; ставка по депозитам — цена, по которой банки покупают деньги у клиентов. И ограничение процентных ставок также ведет к ограничению конкуренции. Тем не менее даже снижение эффективности экономики из-за сокращения конкуренции может быть разумной ценой за снижение социальной напряженности, которая может возникнуть, например, в результате деятельности ростовщиков.

Заемщик — слабое звено в «цепи кредитной сделки», и банкиры часто злоупотребляют своей силой. Обычный гражданин юридически беззащитен относительно банка, содержащего иногда целые армии юристов. Эта асимметрия сторон сделки ведет к необходимости защиты государством слабой стороны. В отношении ставок по кредиту «принцип защиты слабого» как раз и соответствует введению «ростовщической ставки». Неосторожный заемщик с легкостью может разориться, остаться без жилья, взяв даже небольшой кредит под варварскую ставку процента. А в случае вкладов такая трагедия не столь вероятна. Человек может потерять сбережения всей своей жизни в банке, польстившись на высокую ставку процента, но в долговую кабалу он в результате такой потери, скорее всего, не залезет.

«Слабость звена» усугубляется низким уровнем финансовой грамотности населения, который проявился во всей красе несколько месяцев тому назад, когда многие тысячи россиян вновь ринулись строить пирамиду «МММ». Государство вынуждено защищать своих слабых разумом граждан от подобных хищников. Один из способов защиты — просто запрещать какие-то формы обирания граждан, например казино (помимо особых зон) или финансовые пирамиды (если примут соответствующий закон). Другой метод более изощренный — ограничение ставок по вкладам снижает вероятность превращения банка в финансовую пирамиду. А ограничение ставок по кредитам снижает вероятность разорения неосторожного заемщика.

Однако ограничение ставок по вкладам ведет к дефициту ликвидности. Поэтому для подавления гонки ставок по вкладам разумнее применять методы, описанные в статье «Нужно ли ограничивать процентные ставки по вкладам?» А вот с ростовщиками лучше бороться именно ограничением процентных ставок по кредитам. Разумеется, это приведет к росту «черного ростовщичества». Впрочем, с «черными ростовщиками» должны бороться правоохранительные органы.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции