В колонке «Бум розничного кредита: угроза или возможность?» я рассмотрел вопрос об угрозе кризиса розничного кредита. Более детальное рассмотрение структуры кредитного рынка в колонке «Карточный дом России» сфокусировало внимание на непропорционально высоком росте карточного кредита. Можно предположить, что и в других видах необеспеченного розничного кредита наблюдается перегрев. ЦБ обратил внимание на опасность этого перегрева и в октябре увеличил резервные требования по необеспеченным розничным кредитам. Однако некоторые эксперты отрицают угрозу кризиса розничного кредита.

Они утверждают: да, рост розничных кредитов высок, но ведь зато и закредитованность населения пока низкая. Поэтому и угрозы кризиса розничного кредита вроде бы еще нет.

Действительно, в отличие от развитых стран долг населения России невелик сравнительно с его доходами. Например, в 2011 году отношение долга к доходам составило всего 20%. В развитых странах этот показатель существенно выше. Например, в США — 118%, в еврозоне — 98%.

Однако такое сравнение с развитыми странами не корректно как минимум по двум причинам. Во-первых, у нас ставки существенно выше. Во-вторых, в России наблюдается искаженная, перевернутая из-за высоких ставок структура розничного кредита. Если в развитых странах основную массу розничного кредита составляет ипотека (в США — три четверти, в Германии — две трети), то в России на долю ипотеки приходится только четверть рынка розничного кредита. Основной вклад в розничный кредит в России вносят нецелевые потребительские кредиты.

Ставки по нецелевым потребительским кредитам выше ставок по ипотеке и автокредиту. Например, в отчете ТКС Банка по МСФО за 2011 год указана ставка по кредитным картам 62,5% годовых. В силу финансовой неграмотности россияне часто берут дорогие нецелевые потребительские кредиты не для покрытия «кассовых разрывов» (скажем, «перехватиться до получки»), а для приобретения товаров длительного пользования или, что еще хуже, для рефинансирования долгов.

Поэтому обслуживание долга ложится столь же тяжелой ношей на россиян, как и на население развитых стран, несмотря на существенно меньшую закредитованность наших соотечественников.

Кто берет дорогие потребительские нецелевые кредиты? В первую очередь люди с низким уровнем доходов и низким уровнем финансовой грамотности. Для этой группы населения доля расходов по обслуживанию долга в доходах оказывается выше, чем для более обеспеченных людей. А ведь именно кредиты представителям группы NINJA (no job, no income and assets — без работы, доходов и активов) стали источником кризиса американской ипотеки sub-prime.

Поэтому меры по охлаждению рынка розничного кредита, которые предпринимает Банк России, вполне своевременны. 4 октября ЦБ опубликовал новый порядок формирования банками резервов по необеспеченным розничным кредитам. Минимальные требования к резервам по непросроченным потребительским кредитам, выданным с 1 января 2013 года, планируется удвоить — с 1% до 2%. Также планируется удвоить и минимальные требования по резервам по кредитам с просрочкой до 30 дней — с 3% до 6%. Однако столь мягкие меры не остановят бум розничного кредита, а в лучшем случае вдохновят банковских «художников» на «рисование» капитала.

В то же время следует понимать, что если чрезмерно ограничивать банковский кредит, то заемщики потянутся к МФО и черным ростовщикам.

Долго ли будет продолжаться бум? Вспомните: до кризиса банки ринулись в POS-кредит в розничных торговых сетях, где повсюду можно было встретить банковские точки продаж. Бум на рынке POS-кредита закончился так же стремительно, как и начался. И так же стремительно, как начался, может завершиться и нынешний бум на рынке нецелевого потребительского кредита. Ведь потенциал и этого рынка не безграничен. У экспресс-кредита и у карточного кредита есть такие же естественные уровни насыщения, как и у POS-кредита, и когда стремительная экспансия банков наткнется на эти уровни, наиболее агрессивно настроенные банки могут сильно пострадать.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции