1 декабря Россия на год стала председателем «большой двадцатки», сменив Мексику. Каждая страна задает для общей дискуссии свои приоритеты или может оставить те, которые обозначила ее предшественница. Поэтому очень показательно, какие приоритеты обозначила Россия, заменив мексиканские.

Итак, у Мексики в числе главных тем для «двадцатки» значились укрепление финансовых институтов и улучшение международной финансовой архитектуры. После кризиса 2008 года российские руководители на всех саммитах «восьмерок», «двадцаток», «шестерок», МВФ и Всемирного банка, извините за неполиткорректность, задолбали постоянными рассуждениями о том, что пора срочно менять эту самую финансовую архитектуру. Что она ужасно несправедливая. Что всем страсть как надоело зависеть от доллара и надо искать ему альтернативу в качестве главной мировой валюты. В рамках этих «архитектурных» изысков Россия и стала продвигать идею сделать Москву международным финансовым центром, а рубль — региональной валютой хотя бы в Таможенном союзе.

Спустя четыре года становится понятно, что «догнать Савранского — это утопия». Не будет здесь в обозримой исторической перспективе никакого международного финансового центра. А рубль, несомненно, стал региональной валютой, но только в российских регионах.

И вот России как временному председателю «большой двадцатки» представился замечательный шанс снова на полную катушку раскрутить тему новой финансовой архитектуры и укрепления финансовых институтов. Ведь именно развивающиеся страны «двадцатки» всегда были самыми благодарными слушателями наших речей о засилье доллара и необходимости что-нибудь ему противопоставить. Но нет! Россия не хочет делать приоритетом своего председательства в G20 эту тему. А взамен предлагает две другие: «финансирование инвестиций как основа экономического роста и создания рабочих мест» и «модернизация национальных систем государственных заимствований и управления суверенным долгом».

Знаете, почему у нас вдруг такие приоритеты? Про систему госзаимствований и управление долгом России говорить легко и приятно, поскольку Кудрин ушел, но дело его живет. Нынешняя российская власть устроена таким образом, что не любит, когда поучают ее, однако обожает вести с миром нравоучительные беседы по проблемам, которые у нас либо решены, либо не очень остры. Как раз долговой проблемы в России нет — хотя бы по сравнению с Евросоюзом. А «финансирование инвестиций как основа экономического роста и создания рабочих мест» — дань еще одной любимой нашими властями теме, государственному покровительству экономике. Причем в России как раз это самое «финансирование инвестиций» наиболее адекватно описывается словом «распил».

А про международную финансовую архитектуру нам говорить как-то не с руки. Уж больно у нас самих уродливая конструкция банковской системы, а также нравы и обычаи работы бирж (технические сбои даже не в счет). К тому же все наши компании предпочитают проводить международные размещения отнюдь не в России. Так что наши разговоры о финансовой архитектуре — это как если бы бразильцы учили мир играть в хоккей с шайбой.

А тут еще накануне начала нашего председательства в «двадцатке» на рядовой коллегии Министерства экономического развития «зажег» Александр Волошин (к слову, как раз занимающий пост руководителя рабочей группы по созданию международного финансового центра). Он обрушился с критикой на руководство госкомпаний. «Мы, как нищие, просим у них информацию… у директоров госкомпаний очень красивая жизнь… их можно сравнить с небожителями… на частных рейсах летают даже руководители третьего уровня. Невозможно это терпеть!» — негодовал Волошин. Он заявил, что в финансовой отчетности такую информацию не найти: «Все куда-то закопано». А в одной госкорпорации, по словам Волошина, в кабинетах заместителей директоров сделаны ремонты стоимостью по 500 тыс. долларов каждый. Вот такая получилась реклама будущего международного финансового центра из первых уст.

При этом ни в Москве, ни в ближнем Подмосковье этот новый чудесный «сити» не разместишь еще и потому, что наши дороги и движение по ним предназначены для того, чтобы не пропустить проклятых интервентов (даже если эти интервенты финансовые и жаждут вложить деньги в нашу экономику). Что прекрасно показало недавнее неожиданное страшное стихийное бедствие — зимний снегопад. Зима опять подкралась незаметно, подморозив наши надежды на построение в окрестностях российской столицы международного финансового рая. Если, конечно, у кого-то эти надежды были…

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции