После кризиса в финансовом секторе России идут мощные процессы слияния и поглощения. В первую очередь с участием государства: ВТБ поглотил Транскредитбанк и Банк Москвы; Сбербанк — «Тройку Диалог», VBI и DenizBank; ММВБ — РТС… Присоединение РТС к ММВБ привело к техническим сбоям эпического масштаба, а обороты по российским ценным бумагам перемещаются из Москвы в Лондон. Поглощение же ВТБ Банка Москвы привело к грандиозным скандалам и огромным финансовым потерям для государства.

Не стоит в стороне от этого процесса и государство. 4 марта 2011 года ФСФР поглотила ФССН (Федеральную службу страхового надзора), а сама ФСФР может быть поглощена Банком России.

Из всех возможных вариантов выбран не самый эффективный, а самый экономный — ФСФР становится Комитетом по финансовым рынкам — структурным подразделением ЦБ. Более эффективный вариант — укрепление ФСФР с одновременным подчинением ЦБ и ФСФР единому «холдингу», естественно, поддержки не нашел.

Финансовым рынком России управляют три структуры: Минфин, ЦБ и ФСФР. Минфин и ЦБ объединились против ФСФР. ФСФР пыталась отбиться, чтобы сохранить свою независимость, но, судя по всему, неудачно. Передел власти над финансовым сектором набирает обороты.

Впервые идея создания мегарегулятора в России была предложена британской компанией Cadogan Financial Ltd. в конце 1999 года. После этого она регулярно обсуждалась, но почему-то решительно и почти бесповоротно всплыла именно в последние месяцы.

Почему именно сейчас? На то могут быть несколько причин. Во-первых, внутренние:

1. Отсутствие прогресса на пути превращения Москвы в МФЦ.

2. Резкая активизация Банка России на рынке ценных бумаг. На рынке РЕПО он стал ведущим игроком. Например, к концу ноября задолженность кредитных организаций перед Банком России по операциям прямого РЕПО достигла 1,9 трлн рублей.

3. Реакция на кризис. Ведь финансовый и экономический кризис 2008—2009 годов начался в России именно на стыке банковского сектора и фондового рынка: обрушилась пирамида РЕПО, причем первыми пострадали банки — «КИТ Финанс» и Связь-Банк.

4. Необходимость трудоустройства Алексея Кудрина. Экс-министр финансов называется наиболее вероятным руководителем мегарегулятора. 26 сентября состоялась встреча «за чашкой чая» Алексея Кудрина и Дмитрия Медведева. Не исключено, что обсуждалась и эта тема.

Во-вторых, внешние причины. Например, желание скопировать опыт США по созданию мегарегулятора.

Идея мегарегулятора весьма противоречива и вызывает много нареканий, хотя есть и серьезные аргументы «за». Расширение системы уменьшает (в идеале, конечно) издержки и в то же время ведет к ее усложнению, снижает управляемость и повышает риски. Возникает «эффект динозавра» — голова не знает, что делает хвост. Хотя с управляемостью не все так однозначно. «На стыках» она может и улучшиться — там, где необходимо взаимодействие объединяемых структур. Что касается плюсов, то решается проблема двойного подчинения банков: в части банковской деятельности — Банку России, в части деятельности на фондовом рынке — ФСФР. Фрагментированная структура законодательства, регулирующего финансовый рынок, может превратиться в единое «полотно». Наконец, может повыситься степень прозрачности участников фондового рынка.

Среди серьезных минусов — конфликт интересов: ведь ЦБ является крупным игроком на рынке ценных бумаг, который он же должен будет регулировать, если станет мегарегулятором. Впрочем, явный конфликт интересов в деятельности ЦБ существует и сейчас — например, ЦБ является контролирующим бенефициаром Сбербанка.

Так что наличие синергии в данной схеме образования мегарегулятора сомнительно. Вряд ли государство получит позитивный эффект в результате этого поглощения.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции