Такое ощущение, что Госдума у нас работает на полную катушку всего лишь пару недель в году — в декабре. Только депутаты раскочегарятся и начнут в спешном порядке принимать кучу запланированных и незапланированных законов, как на тебе — приходит новый год. И жизнь снова в России замирает. Страшное, кстати, время для тех, кому нужна помощь: толком не работают больницы, аптеки, банки, никого не найти.

А мы, журналисты, потом еще несколько недель судорожно пытаемся понять, что же теперь изменится или не изменится после сумбурной законотворческой деятельности накануне праздников.

Конечно, закон Димы Яковлева переплюнет любой финансовый казус по степени маразма. На его фоне новые финансовые недозаконы — казалось бы, сущие пустяки. И правда, что такого в том, что Дума приняла в трех чтениях закон об обязательном применении банками кассовой техники, а уже в январе по просьбе главы Центробанка Сергея Игнатьева его отклонил Совет Федерации? Только, видите ли, последней инстанции Центробанк смог объяснить, что итоговая версия закона после трех чтений исказила до неузнаваемости первоначальную идею. Ну подумаешь, неожиданно для большинства банков ловко сдвинули вступление в силу третьей части закона о национальной платежной системе (про возвращение похищенных с карты денег). Но ведь не отменили же вовсе? Зато успели все-таки в последний момент утвердить новые тарифы по страхованию перевозчиков и поправить закон об ОСАГО. Впрочем, подправлять последний еще можно до бесконечности. В общем, вроде как работа идет все равно, худо-бедно, что говорится.

И вот это «худо-бедно» всех, видимо, устраивает. Устраивает потому, что нет четкой финансовой ответственности за результат. По сути, сегодня у власти (в правительстве, в госкомпаниях, госбанках) все еще люди старой советской закалки, которым слова «эффективность», «результативность» и «финансовая ответственность» за каждое действие не ведомы. Ведь каждый простой законопроекта — это потерянные средства. И пусть не для всех законопроектов эта связь очевидна, но вот с финансовыми законами она определяется очень легко. Для некоторых цифр даже не нужно специального математического образования. Три года Дума не может принять закон о налоге на роскошь. Только налог на дорогие автомобили — это, по оценкам Минфина, дополнительные 2—3 млрд рублей в год в бюджет. Немного, но умножаем на три — итого недополучено 6—9 млрд рублей без учета процентов. А вот если бы депутаты и профильные ведомства знали, что за каждый просроченный день им будет выставлен штраф в процентах от недополученной бюджетной прибыли, все тогда бы работало. То же самое с госбанками. Если бы за невыполнение планов менеджмент нес личную ощутимую финансовую ответственность, работа бы кипела. И вступление в силу закона о национальной платежной системе переносить бы не пришлось.

Я твердо убеждена, что порядку и эффективности на производстве и в бизнесе можно научить. Очень важно, чтобы молодые специалисты проходили практику, а лучше начинали свой рабочий путь с правильных компаний, где есть нормальный менеджмент, где выстроены все процессы. Их немного в России, но они есть в каждой отрасли. Во многих случаях это западные компании, где детально прописаны функции каждого сотрудника и есть четкие системы определения эффективности работы для каждого. Людям нужно вдолбить в голову, что значит правильно работать.

В «Коммерсанте», например, существует жесткая система штрафов за каждую минуту сорванного дедлайна. Минута — доллар. Казалось бы, жестоко, но подобная система заставляет сотрудников научиться работать быстро и уметь планировать свое время. И учит такая практика очень быстро. Год работы в таком режиме — и потом уже неважно, в какой области работать. Но ты автоматически работаешь быстро.

Я очень надеюсь, что постепенно, по мере смены поколений к власти придут люди с поставленной менеджерской рукой, и тогда ВВП поднимется сам собой. Русский авось можно вылечить.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

Автор — обозреватель журнала «Деньги»