В том, что правительство отменило повсеместное введение с 2014 года универсальных электронных карт, я поначалу не усматривал ни плохого, ни хорошего. Скорее, это походило на «хотели как лучше, а получилось как всегда». То есть я как довольно ответственный гражданин и человек, знакомый хотя бы на уровне дилетанта с финансовым рынком, видел в «окарточивании» России скорее благо, чем проблему, которой нужно препятствовать по мере своих слабых сил. Действительно, что плохого в том, что у меня появится карта со всеми моими данными, медстрахом, проездным, кошельком и еще бог знает чем? Да ничего плохого, думал я до последней недели. Мы же не мракобесы какие-нибудь — понимаем, что погубить нашу бессмертную душу карта вряд ли сможет, а сделать жизнь удобнее — вполне. О том же я и писал всегда и даже, кажется, на телевидении говорил, когда ему (телевидению) это было надо.

Два события последней недели заставили меня пересмотреть свое отношение к УЭК. Пересмотреть не в корне, но, скажем так, усомниться в безусловной позитивности проекта. Начну с хорошего. Позвонил мне молодой человек из крупного банка (называть банк не буду — все вы его прекрасно знаете) и предложил оформить платежную карту Gold. Со всеми положенными статусами, льготами и приличным офердрафтом. Как человек где-то грамотный я поинтересовался, что мне это будет стоить. «Совершенно бесплатно, — заверил меня сотрудник банка. — Поскольку вы участник нашего зарплатного проекта, то это не будет стоить ничего ни при получении, ни в обслуживании».

Я пытаюсь время от времени быть честным и потому выразил сожаление, что не смогу получить карту, так как давно не работаю ни в том издательском доме, который сотрудничал с банком, ни в другом месте. Но это молодого человека не смутило. «Ничего, в нашей базе это не отражено, так что предложение остается в силе. Куда вам привезти карту?» Я назвал адрес и вскоре стал обладателем еще одного пластика. Не знаю, понадобится он мне или нет, но, согласитесь, что иметь приятнее, чем не иметь.

На той же прошлой неделе я оказался свидетелем еще одного случая с обратным знаком. У моей бабушки Пелагеи Дмитриевны заканчивается срок действия социальной карты москвича. Сама она еле ходит — разве до магазина, и то с трудом. Поэтому выяснять, как можно обменять карту на новую, пришлось родственникам. Начинаем выяснять, что да как — нам объясняют, что социальную карту дают или в собственные руки держателю, или при наличии нотариально заверенной доверенности. Вызов социального работника для передачи карты (за наши деньги, понятно) возможен, но мы должны представить справку, что бабушка не страдает никакими заразными заболеваниями (я уж не стану приводить список потенциальных болезней — он сам по себе достаточно красноречив). Чтобы вызвать нотариуса на дом, ему необходимо заплатить энную сумму денег, причем без гарантии успеха — 90-летнюю бабушку не каждый юрист признает «в здравом уме и твердой памяти». В общем, сейчас семья уговаривает бабушку согласиться на автомобильную прогулку, от которой та пока отказывается. И хорошо еще, что это просто социальная карта москвича, а не УЭК.

Скажите мне, как после этого я должен относиться к правительственным инициативам по облагодетельствованию населения еще одним видом карточек? Только с облегчением, что инициативы эти не будут реализованы. Случись что — так ведь и помрешь дома без имени и номера, не в силах дойти до вендиспансера, чтобы взять справку для подозрительного соцработника. А всяким тунеядцам при этом банки, находящиеся под контролем правительства, будут раздавать кредиты с сомнительной перспективой возврата.

Посему спасибо нашему правительству, что оно время от времени отменяет собственные инициативы. Даже если это делается из-за отсутствия необходимых средств.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции