В нынешнем мире, в котором почти все построено ради удовлетворения потребностей идиотов, трудно и невыгодно быть умным и предусмотрительным. Как говорила одна моя подруга подростковых времен: «Дуракам живется легче, а я хочу жить очень легко». Ей это удалось, а мне не повезло.

Представьте, что вы живете и работаете в России, но часто бываете в Европе по делам или на отдыхе. В наше время это не такой уж редкий случай. Логично предположить, что разумный человек, оказавшийся в подобной ситуации, заведет в своем российском банке евровую пластиковую карту и при необходимости будет скидывать на нее сколько нужно рублей, чтобы потратить в Европе — в магазинах, отелях, транспорте, да где угодно, физически и онлайн. Смысл понятен: меняя рубли на евро заранее в своем банке, вы точно знаете курс и имеете возможность планировать расходы. У меня история немного другая, но суть та же: для расходов в еврозоне я уже давно завел себе евровый MasterCard в Промсвязьбанке (как, например, и долларовую Visa, чтобы покупать джинсы в США за нормальные деньги, а не по тройной цене).

Логика до сих пор не подводила. Но подготовка к отпуску в Испании сделала мою банковско-валютную историю намного интереснее. Приготовьтесь внимательно прочитать следующую фразу. Готовы? Поехали: оказывается, если ты платишь за испанский отель (естественно, выставляющий цены в евро) 103 евро с евровой же карты, то будь готов к тому, что списанными со счета окажутся, например, 110 евро. И это совершенно нормально и законно, причем банк ни в чем не виноват.

Слово «например» использовано в предыдущей фразе не случайно: заранее точно предсказать размер списания невозможно, «добавка» может колебаться, но в любом случае составляет довольно существенную величину. Пусть не в абсолютном выражении (хотя я бы нашел, куда с большей пользой потратить 7 евро), но в процентах — уж точно. К тому же это сейчас сумма была всего 103 евро, а если в следующий раз платеж будет на тысячу? Отдавать неизвестно кому неизвестно за что 70 евро? В общем, пришлось потратить время на выяснение обстоятельств пропажи денег, тем более что такое, как выяснилось, может случиться с каждым.

Полагаю, никого не удивит, что обращение в банк ответа на поставленный вопрос не дало. Точнее, с ответами все хорошо: за пару дней я их получил сразу три, причем в одном из них говорилось, что ответ в удаленном режиме мне дать не могут и надо приходить в отделение, а два других (оказалось, что все же могут, и не только по телефону, но даже в Facebook) противоречили друг другу. Сначала мне рассказали удивительную историю о том, что испанский отель, обрабатывая запрос, поступивший из Чехии, выставил счет в рублях, а ПСБ конвертировал сумму запроса в евро и с задержкой в несколько дней списал евро с карты. Потом «выяснилось», что запрос на списание пришел в долларах. Мое резонное замечание, что даже если один из вариантов правильный, то за пару дней, прошедших от выставления счета до проведения платежа, курс евро к рублю и доллару практически не изменился, поэтому 6% там появиться не могли, не вызвало эффекта. Просьба же дать более полную и точную раскладку по всем этапам платежа с цифрами и датами осталась без внимания, что, в общем-то, тоже не удивляет.

Хорошо иметь друзей, разбирающихся в самых разных вопросах, — рассказали, в чем на самом деле была проблема и почему, вообще говоря, в ней никто не виноват, если не считать одного слишком умного журналиста. Оказалось, что эти лишние деньги были списаны с моего счета для моего же удобства. Добрые власти Евросоюза таким образом заботятся о людях, не живущих в еврозоне, делающих в ней покупки. В общем, как всегда, правительство (пусть и не наше) позаботилось о нас за наш же счет. А не менее добрые операторы карточных платежей реализовали эту заботу таким вот замечательным способом.

Система, которая обошлась мне в 6% платежа, называется DCC — Dynamic Currency Conversion. Она была создана в соответствии с указаниями Евросоюза (регуляция 2560/2001 с дополнениями) исключительно ради удешевления трансграничных платежей в евро для клиентов. То есть в моих интересах. Ее смысл заключается в том, что платежный терминал (или посредник при проведении онлайн-платежей) автоматически определяет страну происхождения карты, которой совершается платеж, и предлагает провести платеж в валюте этой страны. Точнее, он должен предлагать, а покупатель — выбрать, в какой валюте оплатить, но на практике выбор часто происходит автоматически. И систему не волнует, что сама карта — вовсе не рублевая, долларовая или тугриковая, а очень даже цивилизованно-евровая. Банк-эмитент — российский? Плати в рублях и не жужжи, это для твоего же удобства.

В целом определенный смысл в этом есть — если карта действительно рублевая. Ведь платеж физически происходит не в момент оплаты, а несколько позже, например через два дня. Получается, что российский покупатель в евромагазине рассчитывает оплатить покупку по текущему курсу евро к рублю, а на самом деле оплачивает по другому — который будет через два дня. Если евро за это время дорожает, то рублей с карточного счета списывается больше. DCC должна решать эту проблему, фиксируя курс обмена в момент покупки. Получается своего рода хеджирование валютных рисков. Но, как и любое хеджирование, оно стоит денег — фиксируемый курс обычно хуже текущего. Тем не менее, если национальная валюта склонна к неожиданным резким скачкам курса или впереди неделя праздников (то есть платеж будет совершен намного позже), зафиксировать даже не очень выгодный курс бывает полезно.

Говоря проще, DCC фактически делает за меня то, что я изначально сделал сам, заведя евровую карту для платежей в евро — она избавляет меня от валютного риска. Однако архитекторы системы не учли, что карта российского банка может быть не только рублевой, но и евровой. В этом случае происходит следующее:

— продавец запрашивает проведение платежа по карте, выставляя счет на оплату в евро;
— посредник, использующий DCC, определяет карту как российскую, пересчитывает сумму платежа из евро в рубли по не очень хорошему (или откровенно плохому) курсу и выставляет «счет» моему банку;
— банк видит счет в рублях, пришедший на еврокарту, и пересчитывает его обратно в евро по не очень хорошему курсу. Выросшая сумма в евро замораживается на моем счете, а сумма, соответствующая рублевому счету, отправляется посреднику;
— посредник платит продавцу запрошенную им сумму в евро;
— через пару дней мой банк окончательно списывает с моего счета сумму, пересчитав ее заново по текущему курсу.

Фактически получается двойная конвертация в ситуации, когда валюта платежа и валюта карты совпадают (то есть конвертации быть вообще не должно), что и вызывает дополнительные расходы в размере нескольких процентов от суммы платежа. Говорят, мне еще повезло, что промежуточной валютой оказался более-менее устойчивый рубль, — клиенты из африканских стран могут залететь на двузначные проценты за конвертацию. А еще вспомним, что изначально-то я деньги получал в рублях, а на еврокарту перевел их по банковскому курсу, который, будем откровенны, отличается от биржевого. То есть в данном случае конвертация и вовсе оказалась тройной.

Вывод из этой истории простой: дуракам живется легче. И выгоднее. Если бы я не включил мозг, решив, что платежи в евро надо проводить с еврокарты, а тупо оплачивал отель рублевой картой, как все нормальные люди, то расходы были бы немного ниже. С другой стороны, если бы я был еще умнее и платил бы с карты, открытой в европейском банке (например, в Германии), то потратил бы ровно 103 евро, как и собирался. Но есть у меня подозрение, что в этом случае заботливые правительства — российское, евросоюзовское и немецкое — нашли бы способ позаботиться о моих интересах так, что я потратил бы намного больше. Почему-то я верю в способности государств создавать проблемы на ровном месте.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции