Знаменитый призыв покойного Александра Лившица «Делиться надо!», уже в момент произнесения ставший классикой, абсолютное большинство граждан России, к сожалению, понимают совершенно однозначно: то есть с экспроприаторских позиций. Привычка (или, точнее, недостижимая мечта) получать все «по щучьему велению» творит с людьми буквально сказочные чудеса — с той поправкой, что чудеса эти довольно страшные. Зачем нам европейское поднятие производительности и китайское трудолюбие, если мы видим, что бывший одноклассник-троечник как бы ничем себя не утруждает — и входит в советы директоров десятка акционерных обществ. Конечно, он должен поделиться — это будет справедливо!

При том что идея «дележки» генетически проросла в наших умах, обратная реакция тех, кто, как нам кажется, должен делиться, была зеркальной (или, как полюбили вновь говорить отечественные дипломаты, «симметричной»). То есть построить пятиметровый забор с «колючкой» и патрулированием периметра, довести численность службы безопасности до 20—30% от общего количества сотрудников, взять шефство над небольшим детским домом (чтобы социальной ответственностью не донимали) и драть с клиентов три шкуры, потому что должен же кто-то за все это платить. Если кто-то думает, что так было только в 90-е, когда бизнесменов «валили» прямо на улице, то он глубоко ошибается. Может, заборчики стали не столь высоки, но психология осталась прежней. В наиболее жестком варианте ее описал еще Варлам Шаламов: «Умри ты сегодня, а я — завтра». В эту чеканную формулу даже идея неубиенности дойной коровы просачивается с большим трудом.

Про корову я вспомнил не случайно. Потому что когда отношения «подходи, буржуй, глазик выколю» перетекли в новый век, то оказалось, что организации не готовы выстраивать нормальный маркетинг, обращенный лицом к потребителю. Только в последние несколько лет технология получения прибыли с оборота перестала быть чем-то из ряда вон выходящим. До этого все программы скидок выглядели диковато. То, что на развитых рынках выглядело как «купите два апельсина и возьмите третий бесплатно», у нас трансформировалось в малопривлекательное «каждый двадцатый апельсин вы сможете выбрать самостоятельно». Утрирую, конечно, но подход именно такой. Идея, доведенная до абсурда: «купите квартиру, и мы подарим вам бейсболку».

У банков, понятно, своя специфика. «Наш маржа — всем маржам маржа». Сначала клиенты радовались, что их в офисах «облизывают»: «Сервис, как в Европе!» Потом радоваться перестали — начали считать деньги и судиться за пени и комиссии. Государство, что примечательно, встало на их сторону. Все разошлись, отдышались. Система вкладов вроде бы работает, ЦБ вроде бы население защищает от прямого грабительства, ставки ограничивает…

Но итог почти четвертьвекового развития банковской системы России, отраженный в опубликованном «Ведомостями» исследовании Центра социологических исследований Российской академии народного хозяйства и госслужбы, удручает. 57% жителей России считают, что лучше всего деньги хранить наличными в рублях. А более 60% жителей страны уверены, что с банками и кредитными организациями лучше не иметь контактов ни при каких обстоятельствах. Закономерный итог десятилетий партнерских отношений! Помните рекламу «Правильно, Леня, мы партнеры!»? Ничего же не изменилось. Ты приходишь в банк и чувствуешь себя в лучшем случае бараном, назначенным к «усекновению шерсти». Но никак не партнером, то есть клиентом, конечно, которому за его деньги всё сделают, а потом поделятся прибылью. Идея же в том, что делиться надо взаимовыгодно, а не потому, что кто-то так захотел. Я тебе сегодня дам рубль, а ты завтра принесешь два — и не потому, что работает система страхования вкладов, а потому, что веришь, что получишь больше. Веришь своему банку. В этом, по-моему, и заключается сермяжный смысл совета «делиться надо». Именно совета, а не призыва или угрозы. Впрочем, может, я и ошибаюсь. Кто их знает, исследователей этих.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции