Свежевступившая в должность главы Банка России Эльвира Набиуллина оказалась в довольно малочисленной компании женщин на подобных постах. При беглом просмотре источников мне удалось насчитать 11 председательниц национальных банков, помимо новенькой, в почти двух сотнях учреждений. Среди них — как близкие нам главы ЦБ Белоруссии, Кыргызстана и Сербии, так и весьма далекие и экзотичные дамы из Ботсваны, Малайзии, Лесото, Самоа, Сейшельских и Багамских островов, Сан-Томе и Принсипи, а также, конечно, глава Центрального банка Гондураса Мария Елена Мондрагон.

Этот список вызывает удивление: активно борющиеся за равноправие и гендерное разнообразие развитые западные страны почему-то оставляют должность главбанкира за мужчинами (по крайней мере, на данный момент). В этом смысле неопределенной выглядит роль России: то ли она встала в один ряд с Самоа и Ботсваной, отдалившись от «мужского» мира развитых стран, то ли, наоборот, совершила прорыв и оказалась более передовой, чем закосневшие в своем мужском шовинизме экономические лидеры мира.

Если «начинать с себя» в деле повышения гендерного разнообразия западные финансовые власти не хотят, то указывать бизнесу, кого тот должен нанимать на работу, они всегда готовы. На днях британская парламентская комиссия по банковским стандартам сообщила, что тамошние банки отныне должны публиковать отчетность о доле женщин не только в советах директоров (к этой квоте все уже более-менее привыкли), но и в подразделениях, занимающихся биржевыми операциями. И если выяснится, что в каком-то банке присутствует значительный половой «дисбаланс» среди трейдеров, то нерадивый банк должен будет представить в комиссию план работ по искоренению позорных перекосов в ближайшие полгода.

У этого решения есть не только традиционное феминистское обоснование («девочек обижают»), но и научное. Мол, британские ученые установили, что именно в трейдерских подразделениях банков царит слишком мужская атмосфера, финансовые операции базируются на «маскулинной природе» (цитата), а это вредит как самим банкам, так и всей финансовой системе. Активная сторонница подобных мер глава МВФ Кристин Лагард как-то сказала, что, если бы банк Lehman Brothers назывался Lehman Sisters, нынешний экономический кризис выглядел бы иначе. Она искренне считает, что женщины способны лучше балансировать риск и прибыль, чем мужчины, что может смягчить колебания на финансовых рынках: под женским присмотром пузыри в активах будут меньше, а биржевые крахи окажутся не такими глубокими.

Вероятно, большие знатоки финансов и психологии из комиссии — несколько профессиональных парламентариев, архиепископ Кентерберийский, баронесса из партии либеральных демократов и лорд — лучше банкиров знают, кто, как и почему должен торговать на бирже. Не говоря уж о влиянии гормонов на такую торговлю. Однако простые люди, комментирующие заметку об этом на сайте газеты «Телеграф», почему-то считают иначе. Мне больше всего понравился довод одного из авторов, заметившего, что переполненные женщинами отделы кадров в компаниях куда более агрессивны, чем «маскулинные» трейдерские дески.

На мой взгляд, если что и приводит к кризису, так это банальный непрофессионализм. Если набирать сотрудников исходя из полового, расового, религиозного и физического разнообразия, а не по принципу «кто лучше работает», то рано или поздно вкладчики останутся без денег, а доброму государству придется вкладывать средства налогоплательщиков в спасение социально ответственного бизнеса.

В этом плане России до передовых стран Запада пока, к счастью, как до Луны, хотя в крупных компаниях попытки внедрения подобных стандартов уже встречаются. В основном же у нас действуют другие принципы назначения на ключевые должности: личная преданность вождю, наличие компромата, интеллектуальная серость и отсутствие самостоятельности в принятии решений. А кем при этом окажется назначенец — мужчиной, женщиной или тем, кого теперь нельзя пропагандировать, — дело случая.

Уж лучше феминизм.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции