Каждый раз, когда «великий дворник» в лице Банка России заявляет о грядущей прополке подведомственного огорода, дело заканчивается отзывом лицензий у двух-трех средних банков, которые сразу называют «системообразующими», и десятка более мелких.

Для создания эффекта массовости этого вполне достаточно. Даже в 2004 году, когда все банки тестировались, а система проходила, если так можно сказать, «переаттестацию», сквозь сито проникло непозволительно большое количество потенциально проблемных банков — в том числе, например, те же «Глобэкс» и Межпромбанк, об искусственном раздувании капитала которых знали все на рынке.

Вечная российская проблема заключается в том, что обычно при наступлении «суровых дней» в стране (независимо от того, о банках идет речь или других субъектах экономики) заинтересованные клиенты начинают питаться слухами. То есть, конечно, новости — особенно заявления первых лиц — все тоже читают с интересом, но видят в этом, скорее, подтверждение или опровержение впитанных ранее слухов из очень надежных и весьма осведомленных третьих или четвертых рук. Телефон этот хоть и испорченный, но работает исправно.

Если попробовать представить себя на месте сотрудников самого регулятора, то становится просто страшно (или очень смешно — в зависимости от степени заинтересованности и размера вклада). Сидит там, например, какой-нибудь сотрудник административного департамента или департамента информационных систем и думает, что осталось еще две бумажки переложить из левой стопки в правую и можно решать, куда идти после работы — сразу домой или в «Кон-Тики» заглянуть на Рождественке. И тут звонит ему очень деятельная родственница, держательница высокодоходных вкладов в трех не очень надежных банках. Она, конечно, уже промониторила все, что обнаружила в Интернете про чистку банковской системы. И даже нашла три опровержения. Но все равно теперь ей хочется знать настоящую правду про то, какие банки пойдут под нож в первую очередь. А у кого же спросить об этом, как не у дорогого племянника, который работает в самом ЦБ?

От таких родственниц не отговоришься недостаточной компетенцией, поэтому сотруднику ЦБ приходится вспоминать все, что слышал от коллег и знаешь сам. Ну а то, что родственница найдет потом десяток ушей, куда слить полученный инсайд, можно не сомневаться. И верить ей будут едва ли не больше, чем самым искренним заверениям Эльвиры Набиуллиной.

Сейчас самые большие потери (пока моральные — в виде нервов операционисток) несут банки с большой долей вкладов в пассивах. Обеспокоенных клиентов удается развернуть — благо, и система страхования еще не исчерпала средства фонда, и лимиты друг на друга банки еще не закрывают. Юридические лица не столь легковерны, как «физики», но, думаю, что среди них спрос на гипотетические черные списки гораздо выше. А если есть спрос, то предложение не заставит себя долго ждать. Ведь списки есть всегда — тех, кто больше всего задирал ставки, кто чаще нарушал нормативы, у кого самая большая доля просрочки, кто чаще других кредитовал лиц, связанных с акционерами Все они — потенциально «черные». Даже зная, что добытый список на 100% «серый» или «зеленый», все равно будут ориентироваться на него — потому что такой же есть у двух других клиентов, и велика вероятность, что хотя бы один предпочтет перевести счета в надежный банк с государственным участием. И лучше его опередить, чем оказаться потом в последней очереди при банкротстве.

В сложившейся ситуации весьма неустойчивое равновесие может нарушить отзыв еще одной-двух лицензий. Тогда все — и банки, и клиенты — уверятся, что ЦБ не шутил, когда говорил о расчистке банковской системы, и начнут спасать активы в ожидании следующих жертв. В ЦБ этого не могут не понимать, а потому атака захлебнется так же быстро, как в прежние годы.

Если же Банк России тверд в своих намерениях расчистить улицу от грязи, и время тонких настроек банковской системы подошло к концу, начинать надо с выстраивания хорошей информационной политики. Чтобы каждый день кто-нибудь из комитета банковского надзора объяснял текущую ситуацию, успокаивал банкиров и их клиентов. Как Рузвельт в 1930-е годы успокаивал американцев своими «Беседами у камина».

Пока же в этом смысле действия властей носят весьма противоречивый характер. Чего только стоят две последних инициативы по реформированию системы страхования вкладов: ЦБ предложил поставить вкладчиков с вкладами более 700 тыс. рублей вне очереди при удовлетворении требований в случае банкротства банка, а глава Минэкономразвития РФ Алексей Улюкаев в интервью «Российской газете» сообщил об обсуждении властями инициативы по распространению страховки по вкладам только на 90% суммы — при увеличении порога страхового покрытия до 1 млн рублей. В общем-то, ничего плохого в предложениях нет, только время для обсуждения выбрано совсем неподходящее. Те самые вкладчики небольших, но высокодоходных банков могут не захотеть дожидаться окончания реформы системы страхования, «включить» риск-менеджера. И тогда лицензии у банков придется отзывать не по выбору ЦБ, а по факту наличия реальных дырок в балансе.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции