Насколько критично то, что сейчас происходит в российской банковской системе?

Официальная статистика отток вкладов населения еще не зафиксировала. Данные ЦБ на 1 декабря появятся примерно через неделю. Объективных свидетельств массового бегства вкладчиков и какого-либо кризиса в банковской системе пока нет. Сейчас можно руководствоваться только наблюдениями.

Признаки легкой паники, да, есть. Притом паника затронула не только мелкие, но и довольно заметные в стране банки с разветвленной региональной сетью отделений. Трудности заметны даже у банков, которые не считались проблемными, а стали, на мой взгляд, случайными жертвами действий регулятора.

Я говорю о банках, которые потеряли способность работать вовсе не потому, что занимались махинациями, не соблюдали нормативы и т. п. Например, серьезные проблемы в «Смоленском», по заявлениям его представителей, во многом возникли из-за того, что этот банк был на процессинге у Мастер-Банка, рухнувшего 20 ноября. Трудности с процессингом, которые стали неожиданными более чем для 250 банков — процессинговых партнеров «Мастера», разрешались в течение нескольких дней после отзыва у него лицензии. Видимо, ЦБ изначально не предусмотрел все возможные негативные последствия такого своего шага, не провел необходимой предварительной работы. Регулятор, отозвав лицензию пусть и у объективно проблемного банка, допустил сбой в системе в целом. Это неосмотрительно. Солому необходимо было подстелить.

Посланные регулятором почти безадресно негативные сигналы были моментально распространены по всей системе. Теперь многие частные банки, по моей информации, ориентируются не на выдачу кредитов, а на формирование дополнительной подушки ликвидности. Вследствие этого вскоре можно ожидать еще более резкого замедления темпов роста кредитования, в том числе потребительского. Предполагаю, что снижение уже будет заметно в отчете ЦБ по итогам ноября и дальше будет только глубже.

К тому же дан толчок дополнительному оттоку капитала. Крупные вкладчики получили сигнал, что вклад на сумму, не покрываемую госстраховкой, держать на одном счете опасно даже в крупном банке. В Мастер-Банке таких вкладчиков были десятки тысяч. А по всей системе (без учета Сбербанка) таким вкладчикам принадлежит чуть менее половины всех депозитов.

Рационально опасаясь за свои сбережения, крупные вкладчики уже забирают вклады из многих частных банков, в первую очередь таких, которым с низкой вероятностью светит господдержка. Часть средств люди отнесут в госбанки или, например, в банки с иностранным участием. Но в связи с тем, что многие факторы в экономике нашей страны да и внешние условия способствуют также обесценению рубля, немалое число людей может разместить свои накопления в валюте, еще и вывести их за рубеж.

Процесс очищения банковского сектора сам по себе позитивный. Но принципиально важно, как именно его осуществлять. В первую очередь Центробанку, на мой взгляд, следует заняться расчисткой балансов банков от плохих активов. Балансы на бумаге должны отражать положение дел как можно более близкое реальности.

Такой путь труден, тернист и долог. Однако отзыв лицензий у отдельных банков, я считаю, не делает балансы других кредитных организаций лучше, а только вселяет в клиентов неуверенность.

Начинать очистку системы нужно было не сейчас, когда в экономике страны ощущается напряженность и внешние условия грозят неблагоприятными переменами, а в период относительного спокойствия и роста — в 2010—2011 годах. В нынешней общей ситуации любое провоцирующее действие может вылиться в проблему, а она в свою очередь в панику и кризис.

В выигрыше от данного процесса окажутся крупные банки, особенно государственные, — количество частных банков сократится. С высокой долей вероятности грядет переток вкладов из мелких и средних банков, которые могут рассчитывать лишь на ограниченную господдержку, в большие, системно значимые с точки зрения властей России.

Однако это не улучшит качество балансов кредитных организаций, которые переживут очистку, не сократит объем плохих активов. Невидимые вооруженным глазом собственные проблемы банки переложат на потребителей, в том числе путем снижения ставок по вкладам и повышения ставок по кредитам. Просто это произойдет не сразу, а, например, по мере снижения конкуренции.

Вряд ли все это станет благоприятной средой для развития российской экономики и поспособствует ее росту. Такая ситуация значительно увеличивает вероятность рецессии в экономике страны. Опасаюсь, что первые зафиксированные признаки рецессии мы будем наблюдать уже в первом квартале следующего года. Ведь основным драйвером роста российской экономики на протяжении последнего года было потребление домохозяйств, которое во многом обеспечивалось как раз за счет кредитования населения.

Так что рыбу сейчас мы явно чистим как-то не так…

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции