О помощи в развитии малому бизнесу сказано уже немало слов с самого начала перестройки. Годами собираются многолюдные конференции, на которых обсуждаются проблемы малого бизнеса и пути их решения. Говорят, говорят, говорят — и самые различные госчиновники, и члены всевозможных ассоциаций, и банкиры …(Кстати, у банкиров к малому бизнесу отношение особое.) А мне захотелось не постонать в унисон со всеми, как тяжко живется на Руси «малышам», а вспомнить, как начинались складываться отношения между малым бизнесом и банками…

«Золотой век» российских банков

Ни для кого не секрет, что важнейшим источником дохода большинства банков России является кредитование. В начале, сразу после «сотворения» коммерческих банков, это было просто «кредитование» ― без деления на «размеры». И ставки были до 200—250% годовых! Собственно, на дешевых бюджетных деньгах да таком кредитовании и поднялись в начале 90-х многие банки. Все стремились заполучить к себе в банк на кредитование крупных и очень крупных клиентов — понятно, что выдать один кредит в 500 миллиардов тогда еще неденоминированных рублей технически намного проще, чем тысячу кредитов по 500 миллионов. И людей требуется меньше, и большой офис не нужен, филиальная сеть по стране — тоже лишние расходы, контролировать работу банка легче, да и вообще во всем меньше возни!

Шли годы, банков становилось все больше, а сами они — крупнее. Одновременно росла конкуренция да падали ставки по кредитам — вместе с инфляцией. А за «банкообразующих» — крупных, стабильно работающих и порядочных клиентов — развернулась настоящая борьба: насмерть! Ведь для некоторых банков уход 2—5 таких клиентов был сильнейшим ударом, который не все и выдерживали — работа с подобными «монстрами» развращает, и чтобы перестроиться нужно не только время…

Десятка до получки

После 1998 года, который изрядно проредил первую десятку крупнейших по активам российских банков, а заодно произвел передел клиентского рынка, не погибшие сразу банки-гиганты думали о том, как бы сохранить то, что имели, да при удачном стечении обстоятельств расширить филиальную сеть. Малых же клиентов — с 3, а то и с 30 миллионами рублей запрашиваемых ссуд — все эти годы в столице «гиганты» недолюбливали. А в провинции занимались ими в основном местные, небольшие банки, так как немногочисленные еще тогда филиалы «гигантов» связываться с такой мелочевкой считали ниже своего достоинства. А потом появился ряд банков, успешно перенимавших зарубежный опыт, ведь в развитых странах уже давно кредитование физлиц является одной из важнейших и доходнейших банковских операций!

И начали, как грибы после дождя, открываться в городах и городишках филиалы таких новых банков, а «гиганты» смотрели на это с плохо скрываемым скептицизмом: уж они-то еще в 1998 году так «ударились» о только начавшую зарождаться в столице розницу, что, как говорится, «мама, не горюй»! А жизнь в стране стала потихоньку налаживаться, и те, кто рискнул раньше всех сделать ставку на «розницу», растолкав лентяев локтями, ворвались в первую двадцатку крупнейших российских банков, показывая давно забытые скорость роста и прибыли. Да вот незадача: те «передовики», кто слишком увлекся выдачей ссуд «физикам», при этом используя минимум информации о заемщике, все же столкнулись с одной из черт русского национального характера, заботливо взлелеянной советской властью, да особенно усилившейся за годы так называемых «реформ». Дело в том, что люди не всегда ясно понимали, что деньги банк им не отдает навсегда, а выдает на относительно короткое время, причем вернуть придется иногда значительно больше, чем взял в долг. Это вам не «десятка до получки» от приятеля в застойные времена.

Усугубило ситуацию еще и то, что все невозвраты необязательных клиентов банки стали покрывать за счет добросовестных плательщиков, что приводило к росту ставок по кредитам до совершено нереальных 50—80% годовых. Причем точную величину ставки посчитать было непросто не только неопытному в таких делах заемщику, но даже доценту финансового вуза — настолько искусно были запутаны платежи. Да только рынок-то розничных услуг со своими нереальными кредитными ставками и разными хитрыми способами надувательства добросовестных заемщиков привлек, наконец, внимание государства, и, пусть и со скрипом, оно стало наводить на нем относительный порядок, одновременно приводящий к отмене различных грабительских скрытых комиссий и к резкому снижению доходности таких кредитов для банков. К этому моменту ситуация в стране сильно изменилась: малые и средние региональные банки стали вытесняться с рынка, на смену им в регионах пришли филиалы московских банков да «дочек» иностранных банков.

Лавочник Петя

И филиалы эти оказались зажаты очень жесткой конкуренцией: «сверху» — борьбою за каждого крупного корпоративного клиента, а «снизу» — молодыми розничными банками. В этих непростых условиях быстрее всех сориентировались филиалы средних и малых банков: рынок розницы оказался занят, а корпоративных клиентов в городке всего парочка, да и те уже давно поделены и обслуживаются на максимально выгодных условиях. Остаются те самые, давно и незаслуженно было забытые предприятия малого и среднего бизнеса — вот их-то уж на всех хватит! И запестрели местные газеты и рекламные щиты объявлениями, в которых банки, один хлеще другого, старались доказать еще вчера неинтересному для них лавочнику Пете, что именно о его благе они пекутся день и ночь.

В газетах разные чины банкиров стали выступать с просветительско-рекламными статьями о пользе и большом и светлом будущем малого бизнеса, и понеслось: каждый уважающий себя крупный и средний банк открывал отдельные подразделения по работе с малым и средним бизнесом, в панической спешке нанимая в них людей, хоть что-то знающих о том, что такое малый бизнес и как с ним работать. В общем, снизошли боги с небес, и повернулись они лицом к простым смертным, молвя: «Конечно, с мелюзгой — как у рыбаков: «Улов большой, да все хамса!», но прокормиться можно».

Заодно стали Очень Умные Люди из столицы (а зачастую даже Умнейшие из Больших Развитых Стран) думать, как бы им эту огромную массу «мелюзги» получше использовать. И правда, оборотов по расчетным счетам у них зачастую почти нет (а у некоторых и расчетного счета-то нет!), остатков на счетах — тоже негусто (ох и прижимистые эти «малыши», все-то они считают каждую копеечку, тяжко на них банку подзаработать), на депозитах больших сумм не держат… Остается только выдавать им кредиты. Ах, да! Осталась такая малость, как определиться, что же, собственно, мы будем считать этим малым бизнесом? Задача не такая простая: бизнес в Москве и в каком-нибудь трехсоттысячном городке — вещи совершенно разные. «Первый парень на деревне» из этого городка очень блекло смотрится в столице. Тут уж вариантов оказалась масса.

Большие ворота для малого бизнеса

Правда, для глубинки границы, ограничивающие «сверху» малый бизнес, оказались немного великоваты: в связи с отсутствием четких законодательных ограничений кто-то установил их в размере ссуд до 50 миллионов рублей, а кто-то — даже 120, одновременно указывая годовую выручку заемщика в очень широких пределах — от 30 миллионов рублей до 30 миллионов долларов США! (В последнюю величину укладывается бОльшая часть провинциальных клиентов). Кто-то выделяет микрокредитование, кто-то — нет, вариантов классификации масса, и одно и то же предприятие в филиале одного банка будет относиться к корпоративным клиентам, а в филиале другого — к малому и среднему бизнесу. Причем Умным Людям в столице зачастую невдомек, что клиенты с общей суммой кредитов свыше 100 миллионов рублей даже в средних городах не так уж много, да и поделены они уже давным-давно. Привлечь их не помогут даже медоголосые зазывалы из клиентских подразделений… Да и вообще — получается, почти весь бизнес в провинции в московских мерках — малый?

Да что там 90-е, еще 2—3 года назад клиент, заходя в банк топ-20 по активам (или филиал банка в глубинке — Россия велика и одной Москвой не ограничена) с просьбой о кредите на несколько миллионов рублей, встречал четкий отказ: некоторые банки-гиганты принципиально не рассматривали заявки на суммы меньше 20 миллионов рублей. И это в провинции, где крупных клиентов кот наплакал! Правда, громогласно заявляя о любви к малому бизнесу и его поддержке, многие банки почему-то забывали указать, что оформление кредита может затянуться, ставки по кредитам будут весьма высокими, да и подсчитать их точно, учитывая различные комиссии, задача непростая (как и в розничном кредитовании вначале — помните?). Сроки кредитов невелики, требования к залогу достаточно жесткие, а подход к клиенту (учитывая жесткие рамки так называемых «программ») негибкий.

С черного входа

Все это до сих пор держит на плаву «черных ростовщиков», у которых хоть процент значительно выше, но оперативность работы высока и требования к заемщику куда ниже. А ведь большинство «малых бизнесменов» — люди добросовестные, терять свой бизнес ради банковских «крох» не намерены. Хотя и не все, ведь в России в малом бизнесе и риски большие, и народ разный…

Банки же со своей стороны сетуют на непрозрачность малого бизнеса, малую экономическую и юридическую грамотность большинства предпринимателей, отсутствие ликвидных залогов и высокие риски кредитования предприятий бизнеса «с нуля». Вот и получается, что в развитых странах экономика держится на малом и среднем бизнесе, а в России его доля очень мала. Крайне необходимо перенимать зарубежный опыт по поддержке «малышей» государством, в том числе предоставление гарантий для оформления кредитов, предоставление налоговых льгот, сокращение до минимума так называемых «проверок» различными службами, по существу давно уже превратившихся в неприкрытое вымогательство. Тогда, возможно, и в России в малом бизнесе будет занято 70% населения, как в странах Евросоюза?