Деофшоризация российской экономики может пойти гораздо быстрее, чем ожидалось. Только радости от этого будет немного. Колымский инвестиционный климат хорош исключительно для золотодобывающей промышленности.

Доверие к российскому бизнесу и институту частной собственности вырастет, если предприниматели уйдут из офшоров и начнут платить налоги в РФ, заявил президент Владимир Путин, выступая на съезде Российского союза промышленников и предпринимателей сразу после своей исторической «крымской речи».

«Если отечественные компании станут платить налоги в России, если они не будут уходить от ответственности за страну, то вырастет доверие к бизнесу, институту частной собственности, ценностям экономической и предпринимательской свободы. Это ключевой момент для поступательного развития страны», — сказал Путин.

В реальной жизни все как раз наоборот. Сначала нужны доверие государства к бизнесу и бизнеса к государству, гарантии института частной собственности, то есть как раз те самые ценности экономической и предпринимательской свободы. И уже потом, как следствие, компании с удовольствием выбирают национальную юрисдикцию, а не заморские офшоры. Ну и, конечно, должен быть соответствующий налоговый режим. Бизнес регистрируется там, где ему безопаснее, и старается минимизировать налоговые затраты. Так было, есть и будет, пока в мире вообще существуют предприятия и организации, созданные для получения прибыли.

«Российские компании должны быть зарегистрированы на территории нашей страны и иметь прозрачную структуру собственности. Именно поэтому поставлена задача по деофшоризации отечественной экономики. Сейчас готовятся необходимые изменения нормативной базы», — сказал глава государства. Понятно, что в свете, как раньше говорили, сложного международного положения деофшоризация — это просто попытка как можно быстрее вернуть в юрисдикцию России крупнейшие компании страны на случай еще большего обострения отношений с Западом. «Холодной» или, того хуже, «горячей» войны.

К счастью, полного запрета на офшорные схемы мы — по крайней мере пока, со слов президента, — вводить не собираемся. А Каймановы или Виргинские острова все-таки еще не входят ни в состав США, ни в состав Евросоюза. То есть теоретически можно найти офшоры и за пределами достижимости санкций «потенциального противника». Другое дело, как и зачем в принципе вести бизнес в стране, в одночасье (хотя и не без некоторого логического пути к этому на протяжении последних двух с половиной лет) решившей стать «борцом за мир во всем мире». России надоело делать деньги, и она решила делать новую мировую историю.

Конечно, лучше уж регистрироваться в офшоре, чем в лесу прифронтовом. Деньги любят тишину и предсказуемость. Вот даже министр экономического развития Алексей Улюкаев говорит: «Продают на слухах, покупают на фактах». Это к тому, что для бизнеса, кроме выгодного налогового режима и даже больше, чем он, важна определенность. Причем не такая, какая была в СССР, когда порой казалось, что в стране время просто остановилось и стрелки исторических часов больше никогда не сдвинутся ни на секунду.

Понимаем ли мы, какой бизнес-климат будет в России через месяц, через полгода, через год? Будет ли создана единственная национальная платежная система и останутся ли международные. Не похоронят ли окончательно электронные платежи — их и так хотели существенно ограничить. Не запретят ли банкам иметь корреспондентские счета в «недружественных» государствах, а заодно и обмен валюты. Еще месяц назад такая перспектива казалось бредом воспаленного сознания, а сейчас вполне укладывается в логику происходящего.

В Советском Союзе, где по закону не допускалось существование частной собственности, даже в самые жестокие времена существовал бизнес. Подпольный, конечно. От цеховиков, тайно производивших неплохую обувь, до индивидуального предпринимательства фарцовщиков, торговавших ввезенными из-за границы шмотками, и граждан, вопреки закону промышлявших обменом валюты. Сегодняшнюю Россию пока трудно представить себе без легального частного бизнеса. Но уже можно. Причем даже если под влиянием известных политических обстоятельств массовая деофшоризация российской экономики произойдет, это не увеличит доверие к российскому бизнесу. Как и бизнеса к государству. Вернутся не потому, что выгодно, а потому, что прикажут.

Российский бизнес, возможно, возвратится к родным пенатам, перестанет проводить IPO на «вражеских биржах» и раскроет истинных владельцев «заводов, газет, пароходов». И, как на полном серьезе говорит советник президента Сергей Глазьев, рубль станет евразийской валютой — хотя мне лично кажется, что, скорее, юань. Только если в России сохранится атмосфера осажденной крепости или воюющей сверхдержавы, нормальному бизнесу в ней точно не будет комфортно. Это же чисто житейская логика, которой вынуждены будут руководствоваться предприниматели: когда вокруг все опасно и совершенно непонятно, до прояснения обстоятельств лучше ничего НЕ предпринимать.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции