Российские СМИ на этой неделе активно цитируют результаты ежеквартального опроса агентства Bloomberg, согласно которым международные инвесторы крайне негативно оценивают инвестиционные перспективы российского рынка. Напомню: 56% опрошенных экспертов назвали Россию худшей из восьми крупнейших экономик мира с точки зрения инвестиционных возможностей на ближайший год.

Кроме того, 75% принявших участие в опросе пессимистично относятся к политике Владимира Путина в плане улучшения инвестиционных возможностей в России. Интересно, что сравнимые показатели «инвестиционного пессимизма» имеет только один мировой лидер: президент Франции Франсуа Олланд (69%), остальные намного ниже в этом списке. Наконец, 45% опрошенных считают, что российские активы надо продавать (тем, кто этого еще не сделал), и только 14% предлагают покупать российские акции и облигации.

Можно, конечно, махнуть рукой на этот опрос, по привычке обвинив «Запад» в информационной войне, пропаганде и очернении действительности. Да и в интеллектуальных способностях иностранцев теперь принято сомневаться. Однако, как подчеркивает Bloomberg, инвесторы, участвующие в таких опросах, часто оказываются правы, достаточно точно предсказывая если не конкретные результаты инвестиций, то глобальные тренды на мировых финансовых рынках. Поэтому, если верить акулам Уолл-стрит, об инвестициях в российские ценные бумаги с горизонтом хотя бы в год пока лучше забыть.

С другой стороны, есть мнение, что контртрендовые вложения приносят смелым инвесторам высокий доход. Имеется в виду, что если все вокруг говорят, что надо продавать, это означает, что пришло время покупать, так как страх на рынке достиг пика и хуже уже не будет. Просто потому, что «хуже некуда». С этой точки зрения столь высокие уровни недоверия к российской экономике и руководству страны дают четкий сигнал на покупку. И, кстати, в инвестиционных блогах, в которых российские участники рынка делятся своим мнением о рынке, все чаще стало встречаться мнение, что очередное среднесрочное дно достигнуто, пора покупать.

Кто прав? Если посмотреть на колебания основного российского фондового индекса, то можно решить, что ни те, ни другие. С начала 2010 года (после окончания периода бурного восстановительного роста) по большому счету никакого выраженного движения индекса нет. В какой-то момент он прибавил около 30%, потом растерял этот рост и уже больше двух лет болтается в пределах 1 300—1 600 пунктов, а большую часть этого времени — в еще более узком диапазоне.

Все глобальные события, все российские экономические и политические катастрофы и победы, многомиллиардные притоки и оттоки капитала, рост и падение курса рубля фактически не влияли на биржевые торги. Конечно, «в моменте» влияние есть: индекс может за день потерять или приобрести несколько процентов, принеся доход или убытки трейдерам, но если не принимать во внимание эти краткосрочные колебания, то окажется, что за четыре с половиной года индекс прибавил примерно 1%. Или чуть потерял — смотря с какой даты считать. Для сравнения: основной американский индекс S&P500 за это время вырос более чем на 70%. Перефразируя известный афоризм, можно сказать: «В России на бирже за месяц может измениться все, а за десять лет — ничего». Десять — не десять, но скоро можно будет отмечать пятилетнюю годовщину этого «ничего».

Но все не так просто. В условиях российской инфляции только для того, чтобы оставаться на месте (то есть компенсировать потери покупательной способности рубля), надо довольно быстро бежать (то есть получать годовую доходность 8—10%). При этом 100 рублей, вложенные в индекс в начале 2010 года, после множества колебаний вновь превратились в те же 100 рублей сейчас. Но цены «убежали» далеко вперед: тогдашние 100 рублей — это 150—160 нынешних. Получается, что инвесторы, вложившие деньги в российский рынок четыре с половиной года назад, сегодня терпят убыток, хотя формальные цифры говорят о «нулевом» результате. Если ориентироваться не на инфляцию, а на курс доллара, то и в этом случае можно говорить о значительных убытках, хотя и не таких больших.

Удивительную номинальную устойчивость российского фондового рынка объяснить сложно, особенно если не прибегать к теориям заговора. Вполне возможно, что она вызвана случайным совпадением силы разнонаправленных факторов. Проще говоря, результаты работы российских компаний, которые должны вызвать рост индекса (а они должны — чисто экономически российский рынок весьма дешев), уравновешиваются политическими и международными проблемами страны. Такое равновесие на протяжении нескольких лет выглядело бы странным, но теоретически оно допустимо.

Так или иначе, стабильность индекса, противоречащая как оптимистичным, так и пессимистичным прогнозам, не должна обманывать потенциальных инвесторов: за ней скрывается не очень сильное, но постоянное снижение в «реальных деньгах». А по сравнению с 30-70-процентным ростом индексов в США, Англии, Германии, Японии (да еще и в «твердой» валюте) российская «стабильность» выглядит и вовсе печально.

Получается, что международные инвесторы, опрошенные агентством Bloomberg, вряд ли занимаются прикладной русофобией. Они просто умеют считать деньги.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции