Аграрное лобби намерено просить правительство надавить на ЦБ. Об этом вашему покорному слуге сообщили главы нескольких отраслевых союзов. Суть в том, что крупный аграрный бизнес в стране сильно закредитован. Прошлые кредиты не позволяют крестьянам брать новые.

Лобби хочет просить правительство, чтобы то убедило ЦБ смягчить правила по отношению к аграрным заемщикам. Разрешить им брать новые кредиты при непогашенных старых. Ну то есть гасить старые кредиты новыми. Лобби оправдывает свою позицию тем, что после введения ответных санкций жить стало совсем тяжело.

Отчего же тяжело? Ведь вроде бы ради крестьянина их и вводили. Но то ли не ради крестьянина, то ли не учли деталей.

В самом деле, одновременно с приглашением «занять полки» аграриям поступило требование не повышать цены. Точнее, даже не так: такое требование сначала получили торговцы-сетевики. После того как они столкнулись с желанием аграриев цены все-таки поднять, сетевики нажаловались на аграриев в Минпромторг. Оттуда прозвучало в ответ на жалобу что-то невнятное, как и из правительственной комиссии по мониторингу розничных цен. Зато министр сельского хозяйства Николай Федоров со свойственной ему широтой мысли предложил за завышение цен ввести уголовную ответственность. То есть возжелал пересажать тех, ради кого он работает. Что совсем не понравилось крестьянам. Но не повышать цены они не могут, и вот почему.

Так называемые ответные санкции подоспели, когда АПК страны находился на грани коллапса. АПК не получает в полном объеме государственную помощь с 2012 года, и лишь с 2015-го ему обещали приоткрыть доступ к финансовым закромам. Между тем промышленник, строя свинокомплекс или что-то подобное, скажем, в 2010 году, закладывал помощь в бизнес-план. Исходя из размеров помощи брал кредит. В результате в лучшем случае крупные комплексы работают на кредит, выискивая, где возможно, «живые» деньги, чтобы рассчитаться с банками. Ради этого они готовы были даже торговать ниже себестоимости. В худшем случае они прекращают работу, и это видно по снижению поголовья крупного рогатого скота. Ответные санкции АПК воспринял как возможность поправить дела. Потому что манера платить зарплату деньгами дважды в год, а в остальные месяцы продуктами уже чревата социальным взрывом. А чаще платить не могут. Сработал и тот простой рыночный механизм, что при исчезновении конкурента оставшиеся наращивают цены. Но оказалось — нельзя, и что теперь делать?

Тушить бензином пожар? Да, горит еще сильнее, но все же жидкость. Именно так можно расценить желание надавить на ЦБ и смягчить правила предоставления кредита. Даже идея списать долги селу выглядит лучше. Тем более что, когда в середине нулевых крестьянам списали пени и штрафы, это помогло. Именно в те годы страна стала хоть чем-то обеспечивать себя сама, зерном и курятиной, например. Почему идея плоха? По разным причинам.

Во-первых, долговая нагрузка только вырастет. А ведь не факт, что с маржой будет все хорошо, ведь потребительский спрос достиг максимума, и дорогой товар просто не купят. Во-вторых, корень зла — не в политике ЦБ, а в практике предоставления конкретных кредитов конкретными отделениями Россельхозбанка, где часто не обходится без коррупции. Наконец, при такой политике властей страшно вообще закладываться на будущее развитие. Ведь ответные санкции как ввели, так и отменят, а новый кредит останется висеть.

Но бессмысленной выглядит и борьба государства с высокими ценами. Понеся убытки, европейские фермеры теперь давят на повышение мировых цен на продукты. Это видят поставщики Латинской Америки и тоже взвинчивают свои цены. Ими также движет неуверенность в политике России: разгонишь производство, а Россия санкции отменит, и куда девать продукцию? Будущий риск закладывают в сегодняшнюю цену. Наверное, больше всех проиграли те, кто вводил ответные санкции. У ЦБ всегда остается возможность не поддаваться давлению, а крестьяне в крайнем случае реализуют товар через колхозные рынки.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции