ЦБ предлагает банкам писать в информационной части кредитных историй конкретную причину отказа в кредите. Какие вопросы это вызывает у самих кредитных организаций и чем это может грозить заемщику?

Нет, с одной стороны, конечно, отрадно, что ЦБ уделяет столько внимания кредитной истории. А в последнее время особенно много. Но иногда, и это подтверждается последними инициативами регулятора, «много хорошо – тоже плохо».

Речь о недавней инициативе ЦБ с четвертой по счету, «информационной» частью кредитных историй. Эта часть, по замыслу создателей, должна нести в себе данные, недоступные для самого заемщика, но зато (даже без его согласия) открытые для запроса кредитных организаций. В том числе – о конкретных причинах отказа в кредите.

Однако…

Уже на этом этапе возникает вопрос: а как же быть с законом о персональных данных? Кредитная история относится к их разряду, и доступ к ней без ведома субъекта кредитной информации минимум странен, максимум незаконен. Но это ладно. Возможно, будет придумана некая система шифровки, деперсонализирующая данные по пути из бюро кредитных историй в банк. Хотя прецедент все равно малоприятный.

Но как быть с содержанием «информационной» части? Сейчас банк, получая кредитную историю потенциального клиента, самостоятельно проводит ее анализ исходя из своих требований к заемщику. У каждого банка они свои. Условно: одному банку для отказа достаточно «технической» просрочки в один-три дня в графике платежей по предпоследнему кредиту, другой с радостью одобряет при наличии закрытых кредитов, просрочки по которым достигали и 90, и 180 дней. Ну а что? В конце-то концов отдал же заемщик деньги.

Сейчас ЦБ предлагает банкам писать прямо в кредитную историю что-то вроде: «Отказали, потому что у клиента высокая кредитная нагрузка». Или: «Потому что у клиента кредитная история так себе». Или вообще: «Клиент какой-то странный тип, одет неопрятно и плохо пахнет». Или все вместе. Думаете, я иронизирую? Да, но только отчасти. Как сообщает «Коммерсантъ», например, в проекте приказа ЦБ, разосланного в банки для обсуждения, даже нет конкретных формулировок, которыми они должны делиться в «информационной» части кредитных историй друг с другом, а также не рассматривается возможность внесения нескольких причин отказа за один раз.

Конечно, шанс, что, запросив кредитную историю и увидев там пометку «избыточная долговая нагрузка», банк откажет заемщику в кредите, не проведя дополнительной самостоятельной проверки, низок. Все по той же причине разности предъявляемых к клиенту требований. Но он есть. Как есть шанс, что кредитная история какого-нибудь умозрительного заемщика подвергнется аналогу цифровой DDoS-атаки со стороны кредитных организаций. Раз его письменного согласия не требуется, теоретически сразу несколько кредиторов могут написать ему – даже заочно! – что он «профнепригоден» как заемщик, и повлиять на мнение коллег.

Что беспокоит банкиров? Что срок начала подачи данных о причинах отказов уже буквально на носу (весна 2015 года), а ничего толком не ясно. Как писать, сколько, в каких формулировках. И можно ли вообще опустить ответ на вопрос, почему ты не одобрил тому или иному клиенту кредит.

БКИ беспокоятся по поводу четвертой части кредитной истории меньше. Аккумулировать данные им не привыкать. Но в этом же приказе ЦБ их обязуют убирать «лишние» данные. Если заемщик получил одобрение, например, но кредит так и не взял. Забыл, заболел, не пришел, нашел кредитование в другом банке – неважно. Не взял. Но у БКИ нет механизма «вычеркивания». Именно поэтому, кстати, невозможно взять и просто механически исправить кредитную историю. И теперь за полгода им надо как-то научиться это делать. Ну а будет механизм, придумать, как его использовать для «разных нехороших излишеств», также не составит труда. Тьфу-тьфу-тьфу, конечно.

Итого, что мы имеем. Банки получают инструмент влияния на кредитную биографию заемщика, о котором не чаяли. БКИ получают дополнительный объем работы. Заемщик – новые риски при формировании своей кредитной истории. Утрируя ситуацию: теперь мы, отправляясь в банк за новым кредитом, должны не только соответствовать требованиям кредитной организации по социально-демографическим и финансовым показателям, но и понравиться кредитному менеджеру в зале, который проводит первичный андеррайтинг. Теперь в его власти взять и отменить нашу будущую ипотеку, выдать нам «черную метку» несостоятельного заемщика несколькими легкими касаниями компьютерной клавиатуры.

Во всяком случае, пока именно такое впечатление и создается. Хорошо, что ЦБ перед внедрением решил все-таки обратиться к банковскому voxpopuli. Надеюсь, обратная связь оттуда поможет скорректировать проект и он станет более человеколюбивым. Точнее, реалистичным.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции