Похоже, в дополнение к давно существующему фонду страхования вкладов монетарным властям в России придется создавать параллельный фонд страхования крупных банков. Потому что проблем у них явно становится больше, а отзывать лицензии у банков из топ-100 в нынешних условиях слишком дорого и опасно.

На этой неделе очередной крупный банк – «Балтийский» – отправился на санацию. Пока роль временной администрации Балтийского Банка (87-е место по активам на 1 августа) выполняет Агентство по страхованию вкладов. Но почти наверняка, как и было обещано АСВ, к 8 сентября банку подберут нового инвестора. С большой долей вероятности им станет еще более крупный банк, для которого средства ЦБ и АСВ на санацию «Балтийского» будут дополнительным инструментом поддержания собственной ликвидности. Ровно так же, как это случилось в мае, когда Московский Областной Банк (33-е место по активам) был отдан на санацию попавшему под международные санкции СМП Банку. Хотя по всем формальным признакам к Мособлбанку можно было применять высшую меру наказания в виде отзыва лицензии. Но в результате решения о санации СМП получил почти 100 млрд рублей кредита от Центробанка сроком на десять лет: по нынешним временам это кредит по тарифу «Безвозвратный».

Впервые механизм санации вместо отзыва лицензии в отношении крупного банка был применен 7 марта 2014 года в отношении Москомприватбанка (на тот момент занимавшего 91-е место по размеру активов), «дочки» украинского ПриватБанка, принадлежащего одному из главных личных врагов российской власти на Украине, губернатору Днепропетровской области Игорю Коломойскому. В итоге банк был продан санатору – Бинбанку. Понятно, что политические риски (Путин и Коломойский обменялись крайне нелицеприятными публичными заявлениями друг о друге) могли тогда крайне отрицательно повлиять на бизнес Москомприватбанка. Но, как и в последующих случаях, санация вместо отзыва лицензии была продиктована, прежде всего, объективными экономическими причинами.

Арифметика тут проста. Вклады физических лиц в одном только Балтийском Банке (еще раз напомним, 87-м в стране по размеру активов, то есть находящемся в конце первой сотни) на 1 августа составили 57,6 млрд рублей. А весь размер фонда страхования вкладов на ту же дату равнялся 118,3 млрд рублей. Отзови лицензию у двух таких условных «Балтийских» – и весь фонд «съеден». Не говоря уже о том, что единственный за последние годы случай отзыва лицензии у банка из первой сотни – речь идет о Мастер-Банке, приговоренном к «смертной казни» 20 ноября 2013 года и занимавшем на тот момент 72-е место по активам, – привел к настоящей финансовой панике среди населения. Едва ли не более масштабной, чем в разгар экономического кризиса 2008–2009 годов.

Сейчас ситуация для отзыва лицензий у крупных банков куда более неподходящая, чем прошлой осенью. Против всех ведущих госбанков, а также еще пары банков из первой сотни действуют международные санкции. Возможность заимствований даже у не попавших под санкции российских кредитных организаций на внешних рынках сильно ограничена. Цена этих заимствований автоматически возросла из-за политических рисков. При этом некоторые крупные банки уже обратились за помощью к государству под влиянием санкций. Кроме того, появились сообщения о том, что ЦБ рекомендовал докапитализироваться Промсвязьбанку (11-е место по активам на 1 августа), правда, опровергаемые самим банком.

В такой ситуации государству однозначно безопаснее и дешевле санировать крупные банки или просить акционеров докапитализировать их, чем применять хирургические методы. Это не значит, что кампания по отзыву лицензий и борьбы с нечистоплотными кредитными организациями будет свернута ЦБ под влиянием финансовых проблем и политических рисков, с которыми столкнулась Россия. Просто применительно к крупным банкам, на «теле» бизнеса которых появились некоторые черные пятна, лучше применять тактику деликатного отбеливания, а не генеральной уборки. Даже на такое «отмывание» банков тоже потребуются немалые деньги. Но устойчивость системы — а она в России зависит прежде всего от банков первой сотни или даже первой тридцатки — в данном случае важнее конкретного наказания для отдельного банка.

АСВ получило юридическую возможность привлекать кредиты ЦБ на пополнение фонда страхования вкладов сроком до пяти лет. Однако отзыв лицензии у крупного банка способен вызвать тот самый «эффект домино», с которым регулятору пришлось активно бороться в конце прошлого года применительно к банкам второй-третьей-четвертой сотни. С тех пор произошли тектонические изменения. Российская банковская система оказалась под секторальными международными санкциями в момент экономической стагнации в стране. Это и делает банки из первой сотни практически неприкасаемыми (совсем уж крайние случаи мы в расчет не берем, но и тогда, скорее, речь пойдет об экстренных сделках слияния и поглощения, а не об отзыве лицензии) до тех пор, пока экономическая ситуация в России не улучшится, а политические риски вокруг нашей страны не пойдут на спад.