В сложившейся геополитической ситуации считается, что все «здоровые силы общества» должны изо всех своих «здоровых сил» минимизировать вред, нанесенный государственным банкам западными санкциями. Однако некоторые решения депутатов Госдумы звучат на этом фоне диссонансом. Я имею в виду принятые на прошлой неделе Госдумой поправки в ряд законов, предоставляющие право сотрудникам компаний самим выбирать банк для открытия счета, на который будет начисляться зарплата.

О чем речь? Действующая редакция Трудового кодекса указывает, что зарплата выплачивается работнику «в месте выполнения им работы либо перечисляется на указанный работником счет в банке на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором». Принятая во втором и третьем чтении редакция дополняет 136-ю статью Трудового кодекса новой нормой, в соответствии с которой работник «вправе заменить кредитную организацию, в которую должна быть переведена заработная плата, сообщив в письменной форме работодателю об изменении реквизитов для перевода заработной платы не позднее чем за пять рабочих дней до дня выплаты заработной платы».

То есть, по сути, все сотрудники предприятий, которым зарплата начисляется в рамках так называемых зарплатных проектов на банковские карты, могли и прежде не согласиться с тем, что их деньги будут перечисляться на счета выбранного руководством банка. Просто поменять банк «на переправе» было сложнее. Все знают, что бухгалтерии очень неохотно соглашаются на «банковский плюрализм», а для нового работника настоять на своем было почти нереально. Теперь в законе (если его утвердит Совет Федерации и подпишет президент) будет прописана не только возможность выбора банка, но и порядок его смены при желании сотрудника. Что как минимум значительно облегчит его переговорную позицию при общении с бухгалтерией.

Интересно, что в первоначальном проекте закона, внесенным правительством в прошлом году, речь шла только о перечислении пособий на ребенка и компенсациях детям-сиротам. Норма о зарплатах появилась только при подготовке документа ко второму чтению, «прицепом», уже в этом году, когда санкции на российские банки с государственным участием были наложены и проблема фондирования встала перед монополистами если не в полный рост, то вполне отчетливо.

По итогам первого полугодия из 220 млн эмитированных карт на расчетные карты приходилось 85,8% (189 млн). 150 млн из них были обычными дебетовыми картами без овердрафта. Учитывая, что банки при первой возможности стараются «продать» клиенту карту если не кредитную, то с возможностью овердрафта, можно представить себе масштаб охвата российских предприятий зарплатными проектами. Сказать, что он просто «велик», явно будет недостаточно. А учитывая, что основные работодатели стараются «привязаться» к крупным госбанкам, где деньги дешевле, а кредитные линии обуславливаются как раз зарплатными проектами, очевидно, где получают зарплату трудоспособные граждане. По своему опыту могу сказать, что когда не так давно мне потребовалось перечислить гонорары десятку авторов, у всех нашлись действующие карты Сбербанка.

В этом смысле принятый закон, конечно, поможет частным банкам более эффективно конкурировать с розничными монстрами. С другой стороны, вряд ли стоит ожидать в ближайшие годы, что миллионы зарплатных клиентов госбанков пойдут «налево». Неудачный опыт пенсионной реформы, когда своим правом уйти из ПФР воспользовались единицы процентов будущих пенсионеров, показал, что «молчание» – это наша национальная особенность. Даже явные выгоды не стимулируют массовый переход, если он обусловлен необходимостью предпринимать какие-то телодвижения. А частным банкам, которые захотят, ориентируясь на новые нормы, привлечь часть клиентов госбанков, нужно будет прыгнуть существенно выше своей головы. Ведь даже базовые условия зарплатных карт предполагают бесплатное обслуживание для держателей и облегченные условия получения кредитов. Но это становится возможным только тогда, когда банк «ведет» работодателя и знает его финансовое положение, снижая риски потребкредитам. Предложить даже аналогичные условия для отдельных сотрудников частному банку будет нелегко – особенно сейчас, когда кредиты клиентам «с улицы» многие банки уже не выдают. Значит, серьезной конкуренции не получится, и массового «исхода» зарплатников не будет.

Но это, конечно же, ничуть не снижает степень позитивности закона. Выбор у работника должен быть, даже если это выбор между апельсином и свиным хрящом. Для меня это доказательство, что у конкуренции в России еще остались шансы побороться против государственного ресурса. Как написал когда-то Шварц, «слава безумцам, которые живут себе, как будто они бессмертны, – смерть иной раз отступает от них».

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции