В анонсированной президентом борьбе со спекулянтами на валютном рынке важно не создать собственными руками теневой валютный рынок и не обвалить рубль еще сильнее. Ни цены на нефть, ни спекулятивные атаки на рубль не смогут навредить нашей валюте больше, чем ее топорная защита от мнимых врагов.

Выступая с ежегодным посланием Федеральному собранию, президент Путин призвал Банк России и правительство страны отбить у спекулянтов охоту «играть на колебаниях рубля». «Банк России перешел к плавающему курсу, но это не значит, что курс рубля может безнаказанно становиться объектом финансовых спекуляций. Я прошу Банк России и правительство провести жесткие скоординированные действия, чтобы отбить охоту у так называемых спекулянтов играть на колебаниях курса российской валюты», — сказал президент. По словам главы государства, власти знают, кто эти спекулянты и у властей есть инструменты воздействия на них. «Пора ими воспользоваться», — призвал Путин.

Естественно, зная нынешний политический контекст, рынок насторожился, и рубль, до президентского послания несколько укреплявшийся к доллару и евро, стал опять падать. Вопросов появилось два: кто эти самые известные власти спекулянты и какими инструментами (уж не топором ли и дубиной?) на них начнут воздействовать?

К ответу на первый вопрос подключился лично глава Службы внешней разведки Михаил Фрадков, от которого никаких заявлений про экономику мы не слышали больше семи лет — с тех пор, как он перестал быть главой правительства. Да и когда он был премьером, его экономические заявления не сказать чтобы имели большой вес. В интервью агентству Bloomberg Фрадков заявил, что Запад и союзники стремятся ослабить Россию с помощью санкций и атаки на курс рубля и стоимость нефти. Причиной падения нефтяных цен, по его словам, частично стали действия США, в то время как зарубежные инвестиционные фонды участвуют в спекуляциях на курсе рубля через посредников. Все как обычно: внешние враги виноваты, а мы ни при чем.

Откреститься от попыток быть записанными во враги рубля сразу решили некоторые российские госбанки. В частности, глава ВТБ Андрей Костин публично заявил, что его банк в спекуляциях против рубля не участвует. «Много всяких слухов, говорят, вот ВТБ... Я специально раз в неделю прозваниваю ЦБ и спрашиваю, нет ли каких-либо признаков того, что дилеры ВТБ выходят. ЦБ полностью отрицает какие-либо участие наших крупнейших банков в этих схемах», — сказал Костин в интервью телеканалу «Россия 24», подчеркнув, что владеет ситуацией, но звонит регулятору «на всякий случай». Более того, глава ВТБ заявил, что «готов поспорить с любым, на кулаках готов драться с теми, кто делает такие абсолютно необоснованные заявления о том, что банк этим (валютными спекуляциями. — Прим. ред.) занимается».

На второй вопрос — об инструментах борьбы с валютными спекулянтами — быстро и успокоительно для рынка (нет для экономики лучшего успокоительного, чем здравый смысл) ответил Центробанк. Он заявил, что намерен принимать исключительно экономические меры и не собирается вводить административные ограничения. Банк России совместно с Минфином проведет консультации с экспортерами по вопросам стратегии управления их валютными рисками. «Введение обязательной продажи валютной выручки не рассматривается», – заявили в пресс-службе ЦБ. И уже на следующий день рубль начал немного укрепляться, хотя нефть марки Brent в цене особо не выросла и по-прежнему находилась ниже отметки в 70 долларов за баррель.

Есть ли спекулятивные атаки на рубль иностранных фондов и российских банков? Разумеется, есть. Только важно понимать, что эти спекулятивные атаки не причина, а следствие его ослабления. Причем, хотя с советских времен слова «спекуляция» и «спекулянт» имеют в нашем обывательском представлении однозначно негативную коннотацию, в данном случае речь идет о совершенно законных сделках. Спекуляции для свободного валютного рынка — вещь абсолютно естественная. Поэтому некоторые экономисты, не говоря уже о чиновниках и депутатах, ругают последними словами мегарегулятор за то, что он якобы слишком задирает ключевую ставку и таким образом отрезает бизнес от дешевых кредитов. На что ЦБ резонно, памятуя об опыте кризиса 2008—2009 годов, заявляет: дадим банкам дешевых денег, а они вместо кредитования предприятий начнут играть на валютном рынке. Так что теперь высокая ключевая ставка — еще и конкретный ответ на просьбу президента бороться с валютными спекулянтами. Как и ограничение предоставления рублевой ликвидности банкам.

К слову, главных спекулятивных атак на рубль стоит ожидать в I квартале будущего года. Даже независимо от цен на нефть, которые вряд ли будут существенно выше, чем сейчас. Дело в том, что российским компаниям, отрезанным от западных рынков финансирования, в 2015 году предстоит отдавать порядка 300 млрд долларов корпоративных долгов иностранным контрагентам. В нормальной ситуации эти кредиты были бы просто рефинансированы. Так вот, пик платежей приходится на первые четыре месяца будущего года — значит, компаниям позарез понадобится валюта, и за ценой они не постоят.

Конечно, нельзя исключать, что Россия в качестве ответной санкции объявит дефолт по корпоративным долгам. Но в данном случае мы говорим не о долгах компаний, а о том, как защищать рубль от спекулянтов в условиях плавающего курса. Как защищать? Высокой ключевой ставкой, ограничением рублевого предложения банкам, но не фиксацией курса, Следственным комитетом или обязательной продажей валютной выручки экспортерами. Как наши экспортеры умеют прятать валютную выручку от обязательной продажи за пределами страны, мы прекрасно видели в на рубеже девяностых и нулевых. Тут никакой закон о деофшоризации и полная амнистия капиталов не помогут…