Едва ли не первыми «погорельцами» от нашего экономического пожара оказались счастливые обладатели валютной ипотеки. Если рубль не вернется к рубежам годичной давности (что пока выглядит ненаучной фантастикой), их проблему придется решать на государственном уровне. Но не все популистские решения одинаково полезны.

Депутаты, которые в это время обычно уже проводили корпоратив и благополучно отчаливали на долгие новогодние каникулы, теперь вынуждены экстренно принимать пакет антикризисных законов. И при этом не перестают сочинять собственные рецепты решения острых экономических проблем. Группа авторов из «Справедливой России» внесла в Госдуму законопроект, запрещающий банкам взыскивать с частных лиц, имеющих валютную ипотеку и не погасивших ее в срок, сам залог. Норма вступает в силу, если долг в рублевом выражении увеличился более чем на 25%. В данный конкретный момент рубль по сравнению с началом года девальвировался примерно на 55%. Банкам авторы закона великодушно оставляют возможность пересчета задолженности в рубли по официальному курсу на дату заключения договора. Проще говоря, валютная ипотека для банка в таком случае перестает быть валютной (превращается в рублевую) и ипотекой (потому что банк теряет законное право считать жилье, под которое дан кредит, залогом).

В таком случае честнее сразу принять другую появившуюся в кулуарах думы идею — вовсе запретить в России валютную ипотеку. Правда, ее авторы не говорят, как быть с теми, кто уже занял у банков на квартиру, дачу или дом в иностранной валюте.

В социальных сетях обладателей валютной ипотеки (сам таким был, поэтому тема знакома мне на собственной шкуре) сейчас почему-то активно стали сравнивать с обманутыми дольщиками. Подобно обманутым дольщикам, обладатели валютной ипотеки уже проводят публичные акции протеста. Проблема явно стремительно приобретает черты общенациональной.

Между этими двумя категориями жертв российской экономики, безусловно, есть общие черты. Во-первых, и те и другие действовали добровольно. Их не пытали, иголки под ногти не засовывали, утюг на живот не ставили. Во-вторых, и те и другие рискуют остаться без искомого жилья. Но есть и принципиальная разница. Дольщики — об-ма-ну-ты-е. Их обманули непосредственные контрагенты — застройщики. Тех, кто брал валютную ипотеку, формально никто не обманывал. По крайней мере, банки — точно. Люди могут считать, что их обмануло государство, не обеспечив стабильность валютного курса. Но это косвенный обман, а в случае с обманутыми дольщиками надувательство прямое и явное.

Разумеется, брать валютную ипотеку в России, особенно при наличии доходов в рублях, было риском. Скажу о своих мотивах. Разумеется, это более низкий процент. «Дочка» иностранного банка с хорошими отзывами и качественным обслуживанием. Ежемесячный платеж, изначально не превышавший 30% доходов семьи, которые мы тогда имели. Сумма, которая позволяла при сохранении существовавших на тот момент доходов и динамики курса рубля расплатиться с кредитом сильно досрочно. В итоге я погасил валютную ипотеку значительно быстрее, чем те 15 лет, на которые она была взята.

Побывав в этой шкуре, нынешним обладателям валютной ипотеки я по-человечески очень сочувствую. Но помогать нужно, на мой взгляд, не им, а банкам. Дать им возможность не создавать излишне большие дополнительные резервы на «плохие» ипотечные кредиты. Поощрять практику реструктуризации валютных займов. Отчасти защищать валютных ипотечников будет принятый наконец закон о банкротстве физических лиц.

Но если мы будем запрещать банкам считать квартиры залогом по ипотеке, если в обществе будет культивироваться точка зрения, что «раз доллар так сильно подорожал, кредиты в валюте можно не отдавать», то хуже станет не только банкам, но и самим гражданам. Ипотека в России – и без того безмерно дорогое удовольствие. Собственное жилье и так остается недоступной роскошью для миллионов россиян. В таких условиях защита пострадавших от роста курса рубля ипотечных заемщиков не должна превращаться в меры по искажению самого смысла ипотеки.

Пожалуй, в 2014 году в России проблему закредитованности населения у нас впервые осознали как государственную. От бедности люди отвыкают быстро, а финансовому планированию нас с вами не учили. Государство не может и не должно отвечать за все финансовые решения своих граждан. Но государство обязано создавать такие правила игры, чтобы банки и те же валютные заемщики могли договориться друг с другом с минимальным ущербом для каждой из сторон.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции