Последние события на рынке обострили проблемы, которые существуют в системе. Это был хороший стресс-тест. Но что именно обострила ситуация, возникшая в декабре прошлого года? И что надо было делать?

Панические настроения спровоцировали отток вкладов населения. Банки вынужденно повысили ставки, чтобы удержать клиентов. Начался естественный переток клиентов в банки, которые подняли ставки выше всех. Объемы клиентских движений существенны, как никогда: за день операций по вкладам производится больше, чем за среднюю неделю. Кто-то столкнулся с трудностями по ликвидности, по пропускной способности населения.

Агентство по страхованию вкладов страхует все вклады независимо от ставки по ним. И тем самым подталкивает банки, которым очень нужны пассивы частных клиентов, повышать ставки либо держать их на самом верхнем уровне. АСВ исторически исправно выплачивает деньги клиентам банков, у которых регулятор отозвал лицензии. Тем самым укрепляется вера граждан в то, что главное – не качественная оценка самого банка, а его членство в АСВ. Кстати, на моей памяти никого за рискованную политику из АСВ не исключили.

Банк России выбрал достаточно сложный и неоднозначный путь регулирования рынка. Прямого ограничения ставок нет. Временами ЦБ прицельными выстрелами сшибает «хулиганов», нарушающих его рекомендации по ставкам, выставляя им предписание, но вместо них появляются другие. Всегда можно было найти банк, который давал ставку больше рекомендуемой ЦБ и действующий под гарантиями АСВ. Не один, так другой. Не другой, так третий. Благо лицензий на рынке много.

Клиенты, уверовавшие в АСВ, вооруженные современными технологиями и поднаторевшие в поиске самых выгодных предложений по вкладам, выбирают самую высокую ставку. Ее дают те самые нарушители рекомендаций Банка России, которые, скорее всего, отправятся в «последний путь». Кто остается банкам, соблюдающим рекомендации регулятора? Постоянно уменьшающаяся аудитория тех, кто не умеет пользоваться поиском в Интернете, не умеет считать деньги, не знает про то, что АСВ все вернет.

Банки, которым по разным причинам (отдельный вопрос) нужна ликвидность в объемах больших, чем может дать рост, соответствующий росту рынка (кстати, он не всегда положительный), чтобы привлечь умеющих хорошо искать и считать клиентов, вынуждены им переплачивать относительно других. Становиться теми самыми нарушителями рекомендаций регулятора, которых скоро остановит предписание и, возможно, отзыв лицензии.

Образовалась парадигма, в которой «уходящие» собирают все пассивы, АСВ компенсирует все деньги клиентам, которые несут деньги новым «уходящим», а «остающимся» достается рост по рынку или ниже него. Кто недоволен этим – нарушает требования ЦБ и сам становится «уходящим». С текущей скоростью отзыва лицензий эта карусель, не позволяющая расти на основе неценовой конкуренции, будет длиться еще лет десять, многократно увеличивая издержки государства и количество работы всех участников процесса.

Есть ли альтернативы сложившейся ситуации и как ее изменить? Любая система должна развиваться и отвечать требованиям времени. Да, гарантировать все и всем было важно в ХХ веке, чтобы люди в принципе понесли деньги в банки. Да, это сработало – денег в банках много, и население охотно несет туда свои кровные. Но стоит ли теперь поступать так же? Особенно на том этапе, когда средств в АСВ явно недостаточно для выдачи денег всем клиентам банков, которые в последнее время нас так пугают?

Двукратное увеличение страховой суммы – не выход и не прогресс. Это потенциальное увеличение объемов потенциальных проблем с каждым конкретным банком. В два раза. Это ровным счетом ничего не даст системе, кроме уменьшения нагрузки на операционистов банков по перекладыванию валютными вкладчиками средств превышения страховых сумм из банка в банк. А валютных вкладов у нас не более трети.

Ответ есть – не страховать вклады, у которых полная стоимость выше рекомендуемой Банком России на день открытия, и исключать из АСВ банки, у которых доля таких «нестраховых» вкладов в портфеле будет больше чем 50%. Это не прямое ограничение ставок со стороны регулятора, не необходимость постоянно в ручном режиме вести охоту на нарушителей с кучей отчетности и бумажной работы, но четкое ограничение меры ответственности государства и сигнал рынку о необходимости работать над качеством и прозрачностью своей стратегии. А также хороший стимул развивать неценовые конкурентные преимущества для банков.

Предположим, что такая система действовала бы в декабре. Что бы произошло? Масштабного перетока в банки, предлагающие высокие ставки, не было бы, поскольку основная масса клиентов, предпочитая те самые гарантии АСВ, не польстилась бы на нестраховой вклад в банке, вынужденно поднявшем ставку. Да, панический отток первых дней банки могли бы остановить, предложив клиентам нестраховые вклады. Сохранилось бы у клиентов доверие к банкам в данной ситуации? К тем, кто до этого работал над собственной надежностью, а не только над привлечением под гарантии АСВ, – сохранилось бы. Нужны ли системе (и были ли бы живы к этому моменту) остальные банки? Не факт. При этом у регулятора не было бы печального обязательства применять меры или необходимости обосновывать неприменение мер к тем банкам, кто в данной ситуации ставку поднял. Так как это не увеличивало бы обязательств государства перед клиентами этих банков и могло бы рассматриваться исключительно с точки зрения влияния на нормативы банков.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции