Я точно знаю, почему положил несколько свободных тысяч рублей на трехмесячный депозит. Потому что один квартал смогу прожить без этих денег, а потом – уже нет, если не найду работы. Все просто. У меня, как это пишется в служебных записках, имеющих хождение внутри забюрокраченных организаций, железные «личные обстоятельства», ко мне не подкопаться. Но я не уверен, что до конца понимаю мотивацию тех сотен тысяч людей, которые сделали то же самое, доверив деньги банкам на срок 3–6 месяцев, и отказались при этом от более длительных депозитов с меньшей доходностью.

Да, сейчас сложилось довольно редкое сочетание факторов, которые принуждают вкладчиков не планировать свои инвестиционные стратегии на более длительный срок, чем несколько месяцев. Одной доходностью это объяснить нельзя – тем более что доходность трехмесячных депозитов, хотя и является самой привлекательной, все же не настолько сильно отличается от других вкладов, чтобы стать определяющим фактором. Чтобы убедиться, посмотрим на предложения для вкладчиков 50 крупнейших банков (чтобы не прослыть лузерами и вечными клиентами АСВ) на Банки.ру, отобрав десятку наиболее доходных.

Итак, одномесячные вклады: доходность в десяти лучших банках – от 14% до 18%. Трехмесячные: доходность – от 16,5% до 18%. Шестимесячные: от 16% до 17,5%. Девятимесячные: от 14,5% до 17,5%. Годовые: от 16% до 17,7%. Полуторагодовые: от 13% до 18%. Двухлетние: от 13% до 18%. Трехлетние: от 12,17% до 17,5%. Где вы в перечисленном видите что-нибудь, выбивающееся из общего ряда? Да нет ничего подобного. Средняя цифра по трехмесячным вкладам чуть повыше, но мы же вклад делаем не по исчисляемой ЦБ средней ставке, а по конкретному предложению определенного банка.

При этом уже сейчас понятно (и предложения банков это подтверждают), что пролонгации вкладов на прежних условиях не будет. Ставки снижаются уже сейчас, и нет почти никакого шанса, что к лету они останутся на сегодняшних рекордных уровнях. Все это делает историю с перетеканием 1,8 трлн рублей с длинных вкладов в короткие за отдельно взятый декабрь 2014 года очень печальной макроэкономической историей. Как во все кризисы, горизонт планирования сузился и на этот раз составил три месяца. Интересно, что юрлица ведут себя совершенно по-другому: они переводят рублевые депозиты в валютные и увеличивают срок вклада. Краткосрочные же (до года) вклады юрлиц за декабрь снизились на полтриллиона – с 5,1 трлн до 4,6 трлн рублей. Но «юрики» ограничены в своем выборе, все их деньги посчитаны и распределены заранее. У «физиков» свободы маневра больше, но они не хотят этой свободой пользоваться. Они боятся, потому что не знают (то есть не знают совсем), сколько будет через полгода стоить рубль, сколько будет стоить через полгода гречка и сколько банков останется в стране на плаву.

На три месяца планировать еще можно, на шесть – уже сложнее. Но с деньгами оставаться еще страшнее, потому и несут их в банки на короткие сроки, благо кредитные организации предоставили возможность получать такой же доход, как на длинных вкладах.

Когда деньги начинают жечь руки гражданам, Центробанку практически невозможно обуздать инфляцию, какие бы таргеты он себе ни ставил. Если срок сбережений сокращается, то скорость обращения денег растет и тот же объем денежной массы, что и год назад, начинает выплескиваться на товарный рынок, приводя к дальнейшему росту потребительских цен. Поэтому короткие вклады можно считать симптомом будущей болезни. Если банки решат, что привлекать депозиты на сегодняшних условиях слишком накладно, и сохранят высокие ставки только для длинных вкладов, как раньше, то часть денег в банки может не вернуться. Это и будет тем «пиком инфляции» II квартала, о котором предупреждает Эльвира Набиуллина.

И не исключено, что для предотвращения такого сценария ЦБ было бы выгодно искусственно создать определенный дефицит ликвидности, чтобы поддержать депозитные ставки банков на высоком уровне без повышения ключевой ставки. Иначе к лету удержать инфляцию даже на 15-процентном уровне может оказаться слишком сложной задачей.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции