Не Россия установила рекорд Европы по воровству денег из банков. Даже удивительно. Но в истории с этим рекордом фигурируют и четыре российских банка, правда, пока анонимно. Поэтому для российских правоохранителей было бы делом чести помочь разобраться, кто украл миллиард из трех крупнейших молдавских банков.

«Миллиард чего?» — спросите вы, если еще не слышали об этой эпической истории. По одним источникам, евро. По другим — долларов. Точно не молдавских леев. Проверяя финансовую отчетность, в начале 2015 года Центробанк Молдавии обнаружил утечку из бюджета 1 млрд долларов, по версии французской Le Monde. Центробанк выдал эти деньги трем местным банкам — Banca de Economii, Banca Sociala и Unibank — за несколько дней до парламентских выборов, которые состоялись 30 ноября 2014 года. Это реально крупнейшие банки Молдавии, через которые граждане получают пенсии и социальные выплаты. По версии лидера молдавской Партии социалистов, бывшего вице-премьера страны Игоря Додона, «отчеты этих банков свидетельствуют о подозрительных сделках по выводу из республики в общей сумме около 1 миллиарда евро». По его словам, это было сделано с молчаливого согласия ряда госучреждений.

Как бы там ни было, речь идет о краже примерно 15% годового ВВП Молдавии — это как если бы из российских банков практически одномоментно украли 10,5 трлн рублей, более половины нынешнего совокупного объема вкладов россиян. И еще одна красивая цифра: украдена сумма, составляющая примерно 60% совокупного внешнего долга Молдавии.

Представитель ЕС в Молдавии Пиркка Тапиола, комментируя Le Monde этот финансовый казус, произнес фразу, которая заслуживает того, чтобы остаться в анналах истории: «Я не могу понять, как можно украсть огромную сумму в такой маленькой стране!» На самом деле понять очень важно.

Ход антикоррупционного расследования до поры до времени не разглашался. Пока вроде бы прокуратура Молдавии не нашла итоговых бенефициаров украденного кредита. Зато местный ЦБ теперь напрямую управляет всеми тремя банками.

Вот тут, собственно, начинается российская часть этой истории. Le Monde написала, что часть денег могла утечь в четыре российских банка, названия которых не разглашаются. В России эта информация не опровергалась, да и не могла опровергаться — банки-то не названы. А добровольно никто не признается. Правоохранительные органы Молдавии, по некоторым сведениям, задержали двух бывших руководителей банков Banca de Economii и Banca Sociala еще 6 февраля. А на днях стало известно, что считавшийся владельцем двух из трех этих банков и крупным акционеров третьего, 27-летний молдавский миллиардер Илан Шор отправлен под домашний арест на 30 суток.

Илан Шор — генеральный директор компании Dufremol, которая имеет в Молдавии сеть магазинов беспошлинной торговли. Владеет несколькими компаниями, доставшимися в наследство от отца. Его имя также связывают с владением Кишиневским аэропортом. Бизнесмен женат на известной российской певице Жасмин (она же Сара Манахимова-Семендуева), которая в социальных сетях уже назвала арест мужа «политической игрой». Но, похоже, Жасмин, которая прямо воплощает в жизнь строчку из песни своей коллеги по цеху Алены Апиной «полюбила парня да не угадала», далеко не единственная связь Шора с Россией. По данным молдавских СМИ, с конца января Шору запрещен въезд в Россию (обычно он прилетал в Москву в пятницу на выходные) в связи с ущербом, который он нанес ряду российских банков. Правда ли это? И не связана ли она каким-то образом с тем самым исчезнувшим молдавским миллиардом?

Так вот, желательно, чтобы даже не журналисты, а российские правоохранительные органы узнали и сообщили, есть ли в российских банках следы украденного в нищей Молдавии бюджетного миллиарда не то долларов, не то евро. И если есть, то в каких. И если есть, почему эти банки, как и все прочие, обязанные по закону ужесточить контроль за сомнительными операциями, не проинформировали об этом Росфинмониторинг.

В мотивировочной части почти каждого отзыва лицензии у российского банка наш ЦБ использует, среди прочего перечня грехов усопших, формулировку «проводил сомнительные операции». При этом уголовных дел против владельцев разорившихся банков кот наплакал (с одной стороны, учитывая качество нашей судебной системы, может быть, даже к лучшему). Но если молдавские правоохранители и Европарламент, взявший дело под контроль, все-таки найдут российский след, это будет не очень хорошо для репутации отечественной банковской системы. Конечно, на это можно возразить, что наши банки все равно из-за санкций не могут особо занимать деньги на Западе. Что нас не удивить финансовыми махинациями и нетривиальной реакцией на них правосудия — как раз сейчас мы являемся свидетелями развязки громкого дела «Рособоронсервиса» и его «символа» Евгении Васильевой, которой даже обвинение просило «восемь лет условно» и даже депутаты Госдумы называли это «позором российского правосудия». И даже приговор в пять лет реального срока в колонии общего режима(три года из них она уже провела под домашним арестом и их зачли) не очень меняет ситуацию, учитывая то, кто в принципе не оказался обвиняемым по этому делу. К тому же Васильева уже в мае 2015 года может просить об УДО и есть большая вероятность, что красивой женщине не откажут.

Однако в нашей истории все-таки лучше, чтобы российские банки, особенно известные и крупные, оказались категорически непричастны к эпической молдавской краже казенных денег. В противном случае это выглядело бы совсем уж в духе «банановых республик». Так что если наши правоохранители помогут молдавским коллегам разобраться, как украсть миллиард из маленькой страны и где потом оказались краденные деньги, это будет правильно со всех точек зрения. А Молдавия, при всех непростых отношениях с Россией, могла бы попросить о такой правовой помощи.