Потребители информации, как правило, даже не подозревают, что становятся объектами манипуляции. Мы не будем сейчас говорить о политике – хотя именно в политике примеры наиболее ярки. Поговорим о политике экономической, о том, как власть пытается (и часто успешно) манипулировать населением через так называемые словесные интервенции.

Впрочем, только ли населением манипулирует власть с помощью словесных интервенций? Попробуем разобраться.

Когда с рублем творились «непонятки», власти нарочито бодрились и рассказывали нам, что это на самом деле не кризис, а так, коррекция. Наверное, это правильно, и такая уж у властей работа. То, что случилось потом, – рубль окреп, народ принялся привыкать к ценам, да и цены кое на что упали – вроде бы свидетельствует о правоте властей. Не «вроде бы», а в самом деле свидетельствует.

И тут бы властям успокоиться, но нет. О том, что в экономике России гигантские проблемы, в последние дни заговорили привычные до рези в глазах капитаны мнений. И вот наконец глава ЦБ Эльвира Набиуллина сказала, что кризис на самом деле не преодолен. По правилам манипуляций, идеи капитанов мнений подхватывают прилипалы мнений, простые блогеры и экономисты третьего эшелона, которые уверенно заговорили, что за лето рубль просядет, экономика даст трещины, и вообще.

Скажите, вот это зачем?

Да, я согласен с тем, что никакого кризиса в России не было просто потому, что экономика России в таком состоянии, что слово «кризис» от частого употребления стирается. Ну а если без эмоций: есть системные, очень старые проблемы. Как то: преувеличенная роль государства, трудность ведения частного бизнеса, незащищенность частной собственности. Все это уныло и скучно потому, что все эти проблемы не решаются и, похоже, в нынешней системе координат решаться не будут. А раз не решаются, скучно про это и напоминать. При таком багаже экономика России – это не догоняющая, как тут пишут идеологи на зарплате известно где, а доживающая. Есть такой тип экономик – это когда авангард мира ушел далеко-далеко, а «просто страны», задрав штаны, бегут за авангардом – это как раз догоняющие экономики. А иные остаются законсервированными в прошлом, как Турция или Китай в ХIХ веке. Из примера ясно, что никакого приговора тут нет. Тот же Китай взял и всех сделал, да и Турция не так слаба. Но вот пока – так.

Зачем же тогда капитаны мнений раскачивают лодку при полном штиле? Готовят общественное мнение к плохому? Я вас умоляю, кого в России волнует общественное мнение. Значит, к хорошему? Нет, ну это вообще смешно. Тут в другом дело. Под напором политических дел экономисты стали у верховной власти ну как-то совсем не в чести. Мы тут с НАТО боремся, а вы с курсом рубля лезете. Власти надо напомнить – мы есть. Мы заканчивали высшие школы, писали дипломы и ломали зрение на мелких цифрах. Мы преданны и лояльны. И если нас будут игнорировать, то… Что «то»?

Импортозамещение провалится? Не смешите мои экспортные пошлины.

Для ноющих процесс нытья носит даже еще менее абстрактный характер, ведь внимание власти – это госфинансирование, это гранты. Гранты, Карл. Это все новые корпуса высших школ экономики (чуть не написал «марксизма-ленинизма), это поездки (да, поездки для обмена опытом), это высокие зарплаты и безбедная жизнь. «Мани фо нафин», как пела известная группа.

Но беда в том, что эффект пастушка работает уже больше ста лет, и заключается он в том, что словесные интервенции перестают действовать, если фантазия интервента хромает. С фантазией у нас в самом деле туго: или кризис, или великий подъем, середины не дано. Из написанного вы можете заключить, что дела или ухудшатся, или улучшатся (чем вам плоха моя нечеткая логика, 50-летний юбилей которой мы как раз отмечаем в июне). Но все это не имеет большого значения, а имеет значение только то, что государственные СМИ на полном серьезе публикуют требования китайских мужчин к русским женщинам. Вес, рост, возраст.

Вот это стоит обсуждать. Все остальное – мелькание мнимых колков в полузакрытых глазах дремлющего пастушка.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции