Пункты обмена валюты — странный пережиток прошлого. Их существование в середине второго десятилетия XXI века не просто удивительно, но и подозрительно. Что-то здесь не так.

По данным Банка России, только в Москве и Московском регионе на 31 мая 2015 года было зарегистрировано 5 865 «точек», имеющих право производить обмен валют, из них чуть меньше 4 тыс. — непосредственно в столице. Не все они открыты, не все открытые проводят валютные операции, но понятно, что действующих обменников в регионе не меньше 5 тыс. Какая-то часть из них находится в нормальных отделениях банков, но вряд ли даже большинство. Точных данных по остальной России найти не удалось, по косвенным свидетельствам, в регионах работает еще примерно столько же «точек». Итого мы имеем тысячи уличных заведений (как бы их ни называть после 2010 года), фактически выполняющих ровно одну функцию — обмена рублей на иностранную валюту и наоборот. Кому нужны такие услуги?

Помню, лет 15 назад, по крайней мере в Москве, еще был актуален вопрос регулярного обмена на рубли зарплаты, которую выдавали наличными долларами в конвертах. Сдается мне, что сейчас «конвертируемой» зарплаты осталось немного, а ее объемы достаточны, чтобы загрузить работой разве что пару десятков «точек», но не тысячи.

Частники, более-менее профессионально «работающие» с валютой, спекулируют, очевидно, не пачками кеша, перевозя их из одного обменника в другой. Для спекулянтов есть Московская биржа, где можно покупать и продавать реальную валюту, выводить ее на счет и при большом желании снимать наличными в банкомате или в отделении банка. Маржа на бирже явно меньше, чем в таких заведениях, даже если договариваться с ними об «особых условиях». Конечно, есть еще налог, но он компенсируется безопасностью и удобством операций.

Простые граждане, изредка покупающие и продающие валюту в страхе за свои сбережения, конечно, иногда делают это «на улице». Однако многие считают, что разумнее, а иногда и выгоднее, менять запасы в банке — в рамках мультивалютного счета не выходя из дома или в крайнем случае забирая наличку в кассе. Уличный обменник для них, скорее, «пожарный» вариант — когда вечером внезапно приходит осознание, что промедление даже до утра грозит большими потерями. Но такое случается даже не каждый год.

Остаются туристы, покупающие евро или другую валюту для зарубежных поездок. В этом случае рынок не так уж велик и со временем становится все меньше: туры оплачиваются рублями, а самостоятельные туристы платят за гостиницу и часть развлечений картой через Интернет. В поездке опять же «котлеты» наличных мало кому нужны — карты принимаются почти везде, да и потери при снятии пары-тройки сотен евро в зарубежном банкомате не сильно больше (а то и меньше), чем потери на марже в обменнике. И ездят за границу в этом году намного меньше.

Получается, что современные клиенты обменников — это люди, застрявшие в 90-х, то есть хранящие дома значимые для них суммы и пытающиеся «играть» на курсе наличной валюты. Да еще и ленящиеся дойти до приличного отделения банка, чтобы получить свои доллары или рубли с меньшими потенциальными проблемами. Плюс, возможно, мелкие взяточники, берущие валютой, для которых анонимность при обмене важнее удобства.

И вы хотите сказать, что эти категории граждан создают достаточный спрос для ежедневной, а то и круглосуточной работы тысяч обменных пунктов? Их редкие и часто мелкие операции позволяют оборудовать комнату, платить за аренду, кормить кассира, гарантировать охрану, делиться с «крышей», да еще и приносить прибыль как банку, на которого «записан» обменник, так и реальному владельцу? Серьезно?

По этому поводу я всегда вспоминаю историю из «лихих 90-х», которую, кажется, уже упоминал в колонке — простите, если так. Мой приятель по университету как-то устроился работать продавцом мороженого. И вполне неплохо зарабатывал, правда, жаловался на сложные условия труда. Еще бы — мороженое-то он продавал на улице. Зимой. А зима была какая-то особенно лютая, поэтому продавцы мороженого работали посменно — по два часа, в перерывах отогреваясь в соседнем магазине. Не знаю, сколько штук эскимо он продал за всю зиму — пять или десять, но, повторюсь, зарплату студент получал неплохую и регулярно, что по тем временам было особенно ценно. Однажды он все-таки выдал тайну своей работы — оказывается, лотки с мороженым на самом деле были нелегальными обменными пунктами. В нашем провинциальном городе с властями, оставшимися еще с коммунистических времен, с официальными обменниками было тяжело. Вот какой-то предприниматель и придумал такую форму «бизнеса».

Возникает подозрение, что в наше время валюта в уличных обменниках (по крайней мере, части из них) стала тем самым «мороженым», а суть их реального бизнеса — совсем в другом. Не берусь даже предполагать, в чем — это может быть и отмывание «грязных» денег, и продажа чего-то нелегального, и просто банальный обман немногочисленных клиентов. Может быть, я глубоко неправ, и обменники на самом деле — белые и пушистые, клиентов у них очень много, а банки хорошо зарабатывают на честных операциях с иностранной валютой. Но это как-то плохо вяжется с эпохой интернет-банков, мобильных платежей, рублевых зарплат и десятков миллионов банковских карт на руках у населения. Где же правда?

Давайте расставим точки над «ё»: я не призываю массово закрывать обменники или запретить их каким-то специальным законом, тем более что пять лет назад одна попытка уже была и закончилась ничем. Запретов и без того много, лучше обойтись без них. Но само существование этого бизнеса в наше время вызывает как минимум вопросы, а как максимум — подозрения. Хочется хотя бы озвучить эти вопросы и начать обсуждение настоящего и будущего уличных обменников.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции