Друзья недоумевают: «Что это у тебя в последнее время только и разговоров, что о коррупции да воровстве? Как будто в России вот только-только воровать начали или как будто ты прозрел?» Сейчас все объясню.

Одно дело знать о воровстве абстрактно. Но когда ты сталкиваешься с ним лицом к лицу, чувствуешь себя, как будто увидел труп. Согласитесь, если вы не врач и не видавший виды военный, то, заприметив в кустиках окоченевшее тело, вы, пожалуй, вскрикнете и ночь будете плохо спать. Вот точно такое же чувство ужаса и отвращения испытывает нормальный человек, столкнувшись с воровством лично.

Это причина раз, а причина два — воровство стало другого толка. Взять Олимпиаду — да, это пример коррупции, написанный на алмазных скрижалях золотыми карандашами, но Игры были, церемония была, победы были. Я называю это «лужковский тип» коррупции, потому что именно при Юрии Михайловиче сложилась фраза, достойная пера русского терпилы-космиста: «Да, ворует, так ведь и делает!».

Но нынешний вид коррупции — он другой. Как вам такая разновидность, ставшая популярной буквально вот на глазах: украсть все, просто 100% украсть и сделать работу руками волонтеров? Ну-ка, мол, ребята, навалимся, родине нужны наши крепкие руки и горячие сердца. Наверное, и этот вид коррупции обретет свое имя и будет связан с какой-нибудь конкретной персоной, но пока я даже не знаю, с какой связать, потому что, похоже, так делают все. Украсть 5—10 млн рублей не считается даже каким-то серьезным делом, это производится в стиле «глотка воды», как говаривали классики большевистской морали. Но если раньше на суммы покрупнее придумывались схемы, сидели умные люди, ломали головы, как бы половчее, да чтобы Счетная палата не приметила — теперь просто берут и кладут в карман. И так уже примерно с год, ну чуть поменьше.

Не стоит думать, что коли так ведут себя чиновники, иначе ведут себя менеджеры частных компаний. На днях наблюдал любопытный кейс, когда менеджер среднего звена украл всю сумму, отпущенную на развитие проекта, но своей властью заставил подчиненных развивать его бесплатно в нерабочее время. Я до этого все присматривался к «Фейсбуку» менеджера: то он на Сейшелах, то на Мальдивах, по четыре отпуска в году, потом вещички покупает от-кутюр, и когда я спрашивал наших общих знакомых, мне объясняли исчерпывающе: «Гений! Начальство ценит! Пашет как конь».

Увы. Вот просто увы, потому что я было поверил в сказку.

Не знаю, стоит ли упоминать в этой связи столь распространившиеся в наше время «покупки с откатом» — это когда менеджер звена «средний плюс» принимает решение о покупке актива, который компании не нужен, но продавец не получает деньги сполна, а только часть. В последние месяцы такие примеры стали попадаться на каждом шагу.

В январе из десяти моих близких друзей официальную (белую) зарплату имели десять. Сейчас — два. Два, Карл (Маркс), слышишь ли ты это. Работодатели лишают работника будущего, потому что кризис. Работник соглашается, потому что с пенсией государство все равно обманет и потому что кризис опять же.

Один сетевой мегамагазин повадился в часы пик устраивать час черного нала. Это очень смешно. Сначала кассиры начинают имитировать поломку касс. На самом деле в этот момент кассы переключаются на параллельную систему учета. Потом хриплый голос в мегафон объявляет, что «банковские карты по техническим причинам не принимаются», и вуаля! С этого момента черный нал течет стремительным домкратом в карманы владельцев. С недавних пор меня стала поражать наглость, с которой это делают. Люди как будто живут последний день. Возможно, так и есть.

Но что это я так разболтался? Вы, небось, думаете, я все к банкам Мотылева подвожу? А вовсе нет, я подвожу к даче с подлинниками Шагала, которая срочно продается в Подмосковье. Подлинники входят в цену. Только мне кажется, что вовсе не казус Мотылева, а «час черного нала», другие описанные нами кейсы и дача с Шагалом — все это признаки того, что экономика исчезает быстрее, чем мы думаем? А Мотылев так... на огонек прилетел.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции