Основной вопрос финансового патриотизма звучит так: патриотично ли сберегать в иностранных валютах?

В условиях кризиса, санкций и изоляционизма вызревает феномен «финансового патриотизма». Ирина Казанкова из города Чебоксары в комментариях к посту в Facebook председателя комитета Госдумы по экономической политике Анатолия Аксакова пишет: «Сейчас он (муж. – Прим. автора) меня корит и снова заставляет прикупить валюты. Твердо сказала НЕТ. Говорю, что в России денежная единица – рубль». Аналогичную позицию в эфире «Говорит Москва» недавно яростно отстаивал один свежеиспеченный кандидат экономических наук: хранить деньги в рублях патриотично, в иностранной валюте – нет. Далее в ходе эфира мы обсудили вопрос о том, что руководство страны хранит резервы в иностранных валютах. Более того, преимущественно в валютах стран, наложивших санкции на Россию. Однако признавать такие инвестиции непатриотичными мой оппонент не стал.

Тема «финансового патриотизма» обсуждается не впервые. Вот дивная цитата из одноименной статьи Нильса Иогансена от 14 сентября 2012 года: «Если вы не верите в собственную валюту и храните свои сбережения во «вражеских» дензнаках, о каком патриотизме и любви к Родине может идти речь? Бесспорно, в Кремле все это прекрасно понимают и, хотя «отвязаться» от долларов очень непросто, потихоньку действуют. Вывод из вышесказанного один — не стоит опасаться создавать накопления в отечественной валюте, ей больше не позволят бесконтрольно дешеветь. Не стоит также слушать «либеральных» экспертов-экономистов, их советы носят явно антироссийский характер».

Из анализа сбережений видно, что большинство россиян – истинные финансовые патриоты. На 1 августа доля валютных вкладов составляла всего 26,5%. Правда, возможно и более приземленное объяснение данного феномена: причина низкого уровня валютной диверсификации сбережений – низкий уровень финансовой грамотности населения. Плюс люди «ведутся» на более высокие процентные ставки по вкладам в рублях. А обвальные девальвации сжигают все накопленные проценты и большую часть сбережений.

Какая-то логика в рассуждениях «финансовых патриотов», несомненно, присутствует. Ведь, покупая иностранную валюту, мы способствуем оттоку капитала из страны. Аналогично мы непатриотично ухудшаем платежный баланс страны, приобретая импортные товары. Но тут уже ставится надежный заслон: заживо сжигают импортных утят, давят гусей и сыр. Начеку и общественность: житель Владивостока написал донос на соседа, что тот ест контрабандных гусей и курит импортный табак.

Мне же представляется, что «финансовый патриотизм» — это форма «квасного патриотизма». Также полагаю, что «финансовый патриотизм» — это форма стокгольмского синдрома. Хотел бы также напомнить известную формулу, приписываемую Льву Николаевичу Толстому: «Последнее прибежище негодяя — патриотизм» (автор этого афоризма — Сэмюэл Джонсон, Толстой лишь перевел его на русский язык и опубликовал в «Круге чтения»).

В развитых странах никому и в голову не придет пропагандировать «финансовый патриотизм». Скажем, призывать: «Французы, инвестируйте только во французские активы!» Инвестируй во что хочешь, лишь бы не в запрещенные активы стран, находящихся под санкциями. Ну и не в наркотики и терроризм, разумеется. Благосостояние граждан – основа благосостояния государства. Тот же, кто призывает к сокращению благосостояния граждан, – никакой не патриот, а, напротив, истинный враг своего Отечества.

Ну а теперь посмотрим на какую-нибудь неразвитую страну – скажем, Зимбабве. Почему зимбабвийцы должны становиться заложниками безответственной политики зимбабвийских властей, ведущей к обвальной девальвации национальной валюты и обесценению национальных активов?

Проведем маленький мысленный эксперимент. Предположим, 1 января 2010 года вы открыли вклад в рублях на сумму 1 млн рублей под 10% годовых с ежегодной капитализацией процентов на пять лет. И аналогичный вклад в долларах на эквивалентную сумму по курсу ЦБ под 5% годовых. Спрашивается, что бы вы получили через пять лет, 1 января 2015 года? Рублевый вклад принес бы вам 1,6 млн рублей. А долларовый – 2,4 млн рублей. Почувствуйте разницу.

Можно спорить о разумности «финансового патриотизма», но, безусловно, он должен распространяться на высокопоставленных чиновников, по крайней мере в современной России. Вот кому нельзя иметь инвестиций за рубежом. Потому что если такие инвестиции достаточно велики, да еще и не соответствуют доходам чиновника, то им могут манипулировать спецслужбы иностранных государств.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции