Неожиданная пикировка между Андреем Костиным и молодым человеком, выступившим в качестве представителя малого и среднего бизнеса, о взаимоотношениях банков и малого и среднего бизнеса на форуме ВТБ «Россия зовет!» была, конечно, вишенкой на торте всего форума «Россия зовет!». И даже не потому, что Владимир Путин, к которому, в общем-то, и был обращен вопрос, когда банки начнут кредитовать МСБ, выступил в роли модератора. А большинство СМИ после форума деловито принялись забрасывать ВТБ грязью, невольно (или намеренно) повторив ошибку спрашивающего и президента. Просто тот обмен мнениями достаточно убедительно показал истинные позиции сторон. Пояснять почти ничего не нужно.

Итак, Андрей Леонидович Костин сказал почти дословно: «Мы... всегда говорим: банки больше должны кредитовать малый и средний бизнес. Но если сегодня малый и средний бизнес не востребован в стране в силу каких-то причин, если нет поля деятельности для них, то какой смысл больше кредитовать? Это будут невозвратные долги только. Поэтому, мне кажется, действительно идти надо от потребления. Есть потребление, есть спрос – будут деньги. Нет потребления, нет спроса – просто так дешевыми деньгами заливать экономику ради создания искусственного спроса. Мы знаем, чем это все заканчивается».

Глава ВТБ знает, о чем говорит. И слишком часто и давно это делает, чтобы оговариваться. Он не говорит, что не будет кредитовать малый и средний бизнес. Но говорит, что будет его кредитовать, когда этот бизнес станет в России востребован. Кем востребован?

Очевидно, не населением, которое в этом малом бизнесе работает и потребляет его продукцию и услуги. С востребованностью населением у малого бизнеса все в порядке. Нет востребованности у государства, которое помнит о малых предпринимателях только с фискальной точки зрения. Но доить его крупно, по-государственному – бесполезно: все равно что планктон ловить рыбацкими сетями. Крупные контракты МСБ не отдашь – освоить не смогут. Да и жуликоваты все эти «эмэсбэ», нет доверия к ним. Между тем есть же хоть кое-как, но построенная система тендеров и госзакупок, куда предприятия малого и среднего бизнеса могли бы влезть. Но лезут туда строго «свои», «рыбы-прилипалы» крупных корпораций. Чужим там делать нечего.

Думаю, именно эту невостребованность имел в виду Костин, когда говорил об отсутствии смысла в кредитовании МСБ. Невозвратные долги только. И то, что все восприняли как наезд на банк, на самом деле было наездом на государство, конечно. Оттого и был вопрос задан Владимиру Путину – будет ли развиваться малый и средний бизнес в России. Естественный вопрос, в общем-то. Хоть и в миллионный раз заданный. А Владимир Путин, не разобравшись в адресате наезда, с удовольствием подбросил дровишек в костер, как он думал, сложенный для главы ВТБ: «Нет, передергивайте-передергивайте. Нормально».

Казалось бы, при чем здесь банки? А при том, что сейчас через свою политику в отношении банков государство очень сильно рикошетом бьет по малому и среднему бизнесу. О кредитах никто не говорит уже – свое бы вернуть. У знакомого бизнесмена деньги – много, по его словам, – застряли в Нота-Банке. Если бы он был крупным бизнесменом, то, возможно, имел бы шанс договориться и вернуть хотя бы часть. Если бы был «физиком» – вернул бы немножко через АСВ. А так – ни то ни се, и без копейки совсем остался. «Так зачем ты, – спрашиваю, – счета там держал?» Говорит что-то вроде «бес попутал». Понятно, что стимул был. Вот из-за стимула теперь все и потеряет.

Банки с МСБ любят друг друга обвинять если не во всех смертных грехах, то уж в половине точно. В малое предприятие так неожиданно пришли пожарные инспекторы, что кредит стало нечем отдавать. Банк, конечно, винит МСБ в необязательности. ЦБ повысил учетную ставку или норматив резервирования – бизнесмен обвинил свой коммерческий банк в мироедстве. И только государство всегда выходит сухим из воды. Но Владимир Путин, кстати, тоже правильно ответил. Не в той части, где про передергивание, а чуть позже, когда сказал, что надо снижать планку доступа к проектному финансированию, чтобы МСБ «имел возможность туда забраться». Для проектного финансирования не каждый крупный бизнес дорос, даже при пониженных лимитах кредитования. Поэтому для «мелочи» выход один – дорасти до этого проектного финансирования самому. Тогда и разговор другой будет.

Кстати, молодой человек, задавший вопрос Путину, представляясь, сказал, что он из фонда «Верный капитал». Есть такой фонд в Казахстане, специализируется на прямых инвестициях в частные компании. Объем инвестиций под управлением составляет 4 млрд долларов. То есть вопрос был не столько от МСБ, сколько от инвесторов в МСБ. Да еще иностранных. Интересно, правда?

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции