Ключевая ставка ЦБ перестает быть ключевой для судьбы экономики. Правительство признало, что у него кончаются деньги на бюджет. А россияне – что холодильник их волнует больше телевизора. Пока по телевизору показывают наши военно-политические успехи, народ все сильнее заботит, как заработать на жизнь.

Не на каких-нибудь Гайдаровских чтениях, не в кругу понимающих ситуацию профессионалов, а прямо на парламентских слушаниях в Совете Федерации министр финансов Антон Силуанов раскрыл «страшную государственную тайну»: покрывать дефицит бюджета из Резервного фонда уже с 2017 года не получится. Сейчас только такой способ позволяет нам не выйти за рамки дефицита бюджета в 3% ВВП в этом году и надеяться на это в следующем. Проще говоря, только так мы можем платить зарплаты бюджетникам, пенсии и социальные пособия, даже если их уже не удается индексировать на размер реальной инфляции, как обещало государство. (Чтобы была ясна степень серьезности ситуации, один пример: на днях появилась не опровергнутая властями Северной Осетии информация о том, что в бюджете республики на 2015 год вообще нет средств на выплаты бюджетникам в ноябре и декабре и эти деньги придется где-то экстренно искать.)

Суть проблемы глава Минфина объяснил практически на пальцах. Яснее некуда. «В этом году объем доходов бюджета ожидается на 1,3 триллиона рублей ниже, чем в прошлом году, в то время как общий объем расходов вырастет на 11%. Как результат, дефицит в этом году составит 3% ВВП… Объем российских резервов по итогам 2015 года сократится более чем в два раза, а именно на 2,6 триллиона рублей… Все это означает, что 2016 год — это последний год, когда мы сможем так тратить наши запасы, наши резервы. А дальше у нас таких ресурсов не будет, поэтому вопрос о консолидации бюджета стоит на повестке дня как задача номер один».

Никакой уверенности в том, что нефтяные цены совершат долговременный резкий отскок вверх в ближайшие два года, ни у кого нет. Самый вероятный вариант по-настоящему существенного повышения цен на нефть в ближайший год – мировая война. У нее уже есть два очень серьезных очага – хорошо известная нам Сирия и куда менее известное Южно-Китайское море, о возможной войне за контроль над которым Китай почти открыто предупреждает США. Лучше уж поживем при 40 или 50 долларах за баррель. Но в любом случае едва ли нефть подскочит к моменту, когда у нас кончатся внутренние резервы, до 100 долларов за баррель. К тому же мы именно при такой цене уже не могли балансировать бюджет в 2013 году. Поэтому государству и всем нам, если не удастся преодолеть то, что в правительстве интеллигентно называют «инвестиционной паузой», предстоит приготовиться к падению доходов уже даже не в относительном, а в абсолютном исчислении. Причем, возможно, на долгие годы.

И население, судя по данным социологических опросов (если мы доверяем их политической части, тем более нет оснований не доверять социальной или экономической, где респонденты, как правило, отвечают честнее, потому что их не спрашивают о любви к начальству), постепенно начинает замечать: кризис не рассасывается сам собой, как леденец во рту.

Вот данные свежего октябрьского опроса ВЦИОМ о наиболее актуальных проблемах в жизни страны. Экономика заняла первое место в топ-3 рейтинга проблем страны: при ответе на вопрос без подсказок ее назвали главной 17% респондентов. Для сравнения: год назад таковых было 10%. Вы скажете, что 17% – это немного? Тогда смотрим дальше. На втором месте среди наиболее волнующих россиян проблем инфляция – 15%. На третьем – низкий уровень жизни. Тоже 15%. Все эти проблемы – прямые следствия экономического кризиса. Но и это еще не всё. Каждого десятого волнует безработица (9%). А потом в порядке убывания идут социальная политика (8%), здравоохранение (8%) и низкие пенсии (7%). Смело можете плюсовать и эти проценты в общую графу «кризис». Потому что расходы на здравоохранение и социальную политику сокращаются из-за кризиса, а пенсии из-за него почти перестают расти номинально и снижаются фактически.

В октябре в первую двадцатку проблем, важных в масштабах страны, впервые попал вопрос о мире (нежелание войны), военные действия в Сирии и политическая обстановка в России – данные ответы зафиксированы у 4%, 2% и 2% опрошенных соответственно. При этом – обратите внимание – с сентября по октябрь 2015 года в два раза сократилась доля тех, кто относит к главным проблемам страны внешнюю политику: с 10% до 5%. А в январе – феврале эта доля составляла 14%.

Иными словами, то, что показывает телевизор, – про Сирию, геополитику, «нормандскую четверку», «минский процесс» – главной проблемой страны и собственной жизни считают все меньше россиян. Уже почти на грани статистической погрешности при подобных опросах. А вот то, что показывает «холодильник», – падение доходов, рост цен и безработицы, общее состояние экономики – волнует в разной степени почти три четверти наших соотечественников.

Будут ли делать из этого какие-то выводы наши власти, станет понятно очень скоро. Пока же ясно одно: сама по себе ключевая ставка, как ее ни снижай (а сильно снижать опасно для шаткого здоровья экономики), или госпрограмма субсидирования ипотеки (на всех желающих не хватит), или отказ от накопительных пенсий, которые замораживают, вопреки обещаниям государства, третий раз подряд, ситуацию существенно не исправят. Нужно выходить из санкционной войны. Повышать пенсионный возраст. Возвращать доверие к государству граждан, российского и иностранного бизнеса. Создавать совершенно иную деловую атмосферу в масштабах России.

На войнах можно сколотить отдельные большие состояния, но нельзя сделать процветающей целую большую страну.