Банк России второй раз подряд оставил ключевую ставку без изменения. Правильно ли поступил регулятор, стоит ли ждать ее снижения в ближайшее время и что этому объективно препятствует?

Работать предсказателем – дело неблагодарное. По поводу последнего заседания совета директоров Банка России прогнозов строилось много. Пожалуй, даже несколько больше, чем можно было ожидать для относительно спокойного на фоне последних полутора лет периода на финансовых горизонтах страны.

Вопреки мнению многих уважаемых экспертов, 30 октября Банк России оставил ключевую ставку без изменений. Свое решение регулятор и проводник денежно-кредитной политики сопроводил заверением: «По мере замедления инфляции в соответствии с прогнозом Банк России возобновит снижение ключевой ставки на одном из ближайших заседаний совета директоров».

Реакция рынка на это решение оказалась позитивной. Рубль укрепил свои позиции по отношению к доллару и евро, а финансисты заговорили, что можно прогнозировать с достаточной долей уверенности очередное снижение ставки уже 11 декабря. Действительно, Банк России давно уже не делал в пресс-релизах столь уверенных заявлений о своих дальнейших действиях. Тем не менее, включая принцип разумной осторожности, не следует упускать из виду оговорку «по мере замедления инфляции», с помощью коей регулятор освобождает себя от необходимости снижать ставку вопреки реалиям, которые могут сложиться на экономическом и политическом небосклоне страны к означенной дате.

Активное использование ключевой ставки для поддержания курса рубля (как мы помним, такая валютная политика называется дисконтной) уже не в первый раз вызывает недовольство представителей бизнеса. Банку России за последний год доставалось от критиков за то, что «не уберегли» рубль от падения. Теперь ситуация иная – регулятору пеняют, что при проведении денежно-кредитной политики Банк России продолжает ставить во главу угла поддержание стабильности национальной валюты вместо удешевления кредитов производителям.

Нынешний уровень ключевой в 11%, влияющий на стоимость коммерческих кредитов, является для большинства предприятий неподъемным, таким образом, ограничивая приток средств в реальный сектор и сдерживая рост производства. Не умаляя значимости стимулирования бизнеса как стратегической задачи денежно-кредитной политики, отметим, что переход от рестрикционной ДКП (политики дорогих денег) к экспансионистской ДКП (политике дешевых денег) требует принятия во внимание ряда моментов.

Первое – наличие серьезного спреда между уровнем инфляции и ключевой ставкой, составляющего сейчас примерно 40% от последней. Если учитывать еще и серьезные инфляционные ожидания, снижение ставки сегодня представляется преждевременным.

Второе – падение ставок по рублевым банковским вкладам, о котором много говорят, происходит на фоне еще более серьезного падения ставок по валютным депозитам/вкладам. Исходя из описанной еще век назад Ирвингом Фишером концепции паритета процентных ставок, такая картина с депозитами прямо указывает, что курсы тех же доллара США и евро продолжают иметь серьезную тенденцию к росту. А это требует поддержания относительно высокой процентной ставки для их сдерживания.

Третье – в целях решения стратегических задач развития национальной экономики Банк России сегодня использует так называемые специализированные инструменты рефинансирования. Процентные ставки по таким инструментам (например, межбанковским кредитам в рамках программ МСП Банка, финансирующим предприятия малого и среднего бизнеса, или по кредитным договорам, застрахованным ЭСКАР), гораздо ниже ключевой. Периодически в бизнес-сообществе раздаются голоса в поддержку расширения списка «государевых проектов», по которым финансирование будет осуществляться на специальных условиях. Однако, на наш взгляд, есть опасность, что выбор таких проектов будет нести на себе отпечаток субъективизма. А это создаст дополнительные условия для возникновения если не черного рынка дешевых денег, то различного рода мошеннических схем.

Четвертое – никто не отменял негативных геополитических факторов, которые могут обостриться в любой момент.

Пятое – нас ждут очередные платежи по внешним долгам. Источники, замещающие эти деньги, практически иссякли как на внешнем рынке (смотри пункт 4), так и на внутреннем (банально нет денег).

Несмотря на все вышесказанное, Банк России оптимистично смотрит в будущее и планирует выйти на плановые показатели инфляции в 2016–2017 годах. В случае реализации этих планов у ключевой ставки есть все шансы быть серьезно сниженной уже в январе следующего года.

Что касается ближайшего заседания совета директоров Банка России, на котором будет обсуждаться изменение ключевой ставки, дата его проведения кажется достаточно дискуссионной. Можно предположить, что 11 декабря, через неделю после заседания Европейского центрального банка, запланированного на 3 декабря, и за несколько дней до заседания ФРС (15–16 декабря), финансовый рынок покажет высокую волатильность. И это затруднит принятие решения. Увеличение ставки в США с 0,25% до 0,5%, то есть вдвое, хоть и оцениваемое участниками рынка и экспертами как маловероятное, окажет существенное давление на рубль и потребует от Банка России внесения оперативных корректировок в денежно-кредитную политику. Возможно, не самым плохим вариантом стало бы проведение заседания чуть позже, когда рынок уже отыграет решения ЕЦБ и ФРС.

Прогнозирование ключевой ставки со стороны участников рынка и управление ею со стороны Банка России – процесс многофакторный, тем более что значение данного инструмента постоянно возрастает. Войдя осенью 2013 года в финансовую жизнь страны в качестве индикатора направленности денежно-кредитной политики Банка России в дополнение к ставке рефинансирования, ключевая ставка за два года полностью заменила собой последнюю. Признал это и Минюст, разместив на своем официальном портале информацию о разработке проекта постановления правительства Российской Федерации о применении ключевой ставки. Согласно данному документу, с 1 января 2016 года во всех отношениях, на которые распространяется действие актов правительства Российской Федерации, где содержится понятие «ставка рефинансирования», будет использоваться ключевая ставка Банка России, если иное не предусмотрено федеральным законом. Таким образом, де-юре закрепляется единый главный инструмент ДКП.

Посмотрим, какие коррективы в его состояние внесет жизнь.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции