Прямо сейчас кредитная история понемногу начинает становиться объектом континентального обмена данными. Пока только внутри Евразийского экономического союза. Почему это уже хорошо и может быть – чисто теоретически – еще лучше?

Российские СМИ пока даже не особо отреагировали. Зато их коллеги из Еревана и Минска – да. А повод есть: пару дней назад Евразийская экономическая комиссия заявила о том, что готовит соглашение об обмене кредитными историями в рамках Евразийского экономического союза. А это, на минуточку, пять не последних стран региона. И потенциально еще полтора десятка государств и объединений со своим желанием как-то сотрудничать.

Министр по экономике и финансовой политике ЕЭК Тимур Сулейменов считает, что «доступ к информации в кредитных историях является одним из ключевых моментов для всех потоков финансового рынка» и это точно поможет «уберечь финансовые институты наших стран от недобросовестных заемщиков». Ну, например.

Хотя вряд ли, конечно, российский заемщик поедет в Ереван, Минск или Астану за кредитом, а казахский или армянский – к нам. В массе своей. Вот мошенник, да, еще может подсуетиться, если условия для нерезидентов каким-либо образом позволят ему рассчитывать на успех своего «предприятия».

Тут интереснее другое. Если за основу будут приняты нормы российского законодательства (а почему бы и нет, за десять лет существования института кредитных историй оно накопило много полезного), это поможет не только пресечению действий злоумышленников.

Деловые партнеры из разных стран смогут проверять и оценивать своих контрагентов. Обладая конкретной информацией о платежной дисциплине и долговой нагрузке, а также косвенными данными о «кассовых разрывах» и вероятности дефолта.

Российские компании и предприятия получат больше информации о сотрудниках из стран ближнего зарубежья. Особенно это касается многочисленной трудовой армии из Таджикистана (сейчас Таджикистан, правда, только «изучает» документы Союза, и о вступлении в него говорить рано). Обратная трудовая миграция места быть не имеет, но кто знает, как оно сложится в новых экономических реалиях. Может, и поедут за длинным тенге артели электриков из Воронежа.

И главное, у нас появится большой, хороший прецедент обмена подобного рода информацией с иностранными государствами. И с флагом этого прецедента рядовому заемщику уже можно будет смело идти в банки европейские. За их дешевыми кредитами. Нет, ряд испанских или чешских банков, к примеру, рассматривают кредитную историю российских БКИ как доказательную базу платежеспособности клиента. Но это, скорее, исключения.

И да, наверняка тамошние будут требовать что-то еще и что-то еще. Подтверждения доходов в пересчете на доллары/евро. Наличия каких-нибудь дополнительных гарантий или залогов.

И да, наверняка ставка по кредиту все равно будет не минимально возможная и не средняя даже. Максимально возможная, скорее.

И да, наверняка получится, как с ввозом иностранных автомобилей. «Таможенный сбор» на дешевые кредиты будет убивать всю выгоду их получения под корень. Берите у наших, мол! Ну так ведь и ввозить же необязательно, это же не машина. И есть подозрение, что, несмотря на это, выходить будет выгоднее.

Теоретизировать на эту тему хочется все равно. С точки зрения кредитного обывателя. Да просто фантазировать. Потому что есть разница в ипотеке под 11–14% и под 2,9–4,3%. Даже если придется год доказывать, что недвижимость в России – это какой-никакой, а ликвид, потратить небольшую стопку наличности на пребывание за рубежом, взять в итоге какой-нибудь «потреб» там, перевести его в ипотеку уже тут и выплачивать кредит в евро, имея доход в рублях, с тревогой поглядывая каждый раз на неоновые цифры обменников.

Инструмент-то хороший, кредит. Но если он «отечественной сборки», то чаще неоправданно, запредельно дорогой. А тут вот что. Хотя эта наша с вами «теория всего» пока всего лишь теория. Но посмотрим, как это будет.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции