Занимавшаяся поисками дна в течение всего 2015 года российская экономика, судя по статистике за ноябрь и первым данным за декабрь, пока его не нашла. Более того, появились серьезные опасения, что и уверенность чиновников насчет отсутствия в стране банковского кризиса является приступом неоправданного оптимизма.

На последнем в 2015 году совещании с членами правительства 24 декабря президент потребовал от Кабинета министров «не допустить спекулятивного роста цен на продукты, товары и услуги». Правда, «рыночными инструментами». Чтобы не снижался уровень жизни населения. Падение доходов населения в 2015 году действительно будет рекордным в этом веке, а падение розничного товарооборота год к году может оказаться рекордным за всю постсоветскую историю России. Не допустить роста цен на товары силой без исчезновения из легальной торговли этих товаров не удавалось еще нигде и никому. Но сама постановка вопроса говорит о масштабах проблем в экономике: регулировать цены на товары (исключением был бензин во время локальных бензиновых кризисов в середине 2000-х) первое лицо государства в России не пыталось очень давно. После распада СССР еще никогда.

Как минимум два раза в уходящем году — весной и в октябре — чиновники хором пели нам песню «Пик кризиса пройден, достигнуто дно». И оба раза эта песня оказывалась сказкой. В ноябре экономика опять стала падать, даже месяц к месяцу. За год страна потеряла более трети внешнеторгового оборота. Зато рубль опустился до исторических минимумов к доллару и евро практически без особой реакции населения: этому уже никто не удивился.

В первой половине уходящего года в публичном пространстве неоднократно возникала идея, будто бы экономике и народу действительно плохо, банки их не кредитуют или сдирают за кредит три шкуры. А вот самим банкам якобы все-таки лучше, чем экономике. Однако происходящее в банковской системе гипотезу, что «банки жируют за счет трудового народа», явно не подтверждает. Рекордное количество отозванных лицензий — более 100 вместе с небанковскими кредитными организациями. Упавшая за два года в пять раз чистая прибыль банковской системы. Объем просроченных кредитов, подбирающийся к 3 трлн рублей. Но главное — крепнущее ощущение зыбкости любой банковской отчетности, а значит, и отсутствие уверенности в финансовой прочности всей банковской системы, а не только отдельных банков.

Судите сами. Сначала рынок сокрушался по поводу возможной «дыры» в балансе Мособлбанка в размере 70 млрд рублей. Потом отозвали лицензию у «Российского Кредита», и вскоре выяснилось, что там «дыра» более чем в 100 млрд рублей. Сейчас, как говорится, «отжигает» Внешпромбанк, в который введена временная администрация ЦБ, а многолетний президент банка Лариса Маркус задержана по делу о мошенничестве.

На 1 декабря, по данным Банки.ру, Внешпромбанк занимал 37-е место по размерам активов. Причем за ноябрь, когда проблемы банка еще не всплыли, эти активы не уменьшились, а увеличились — на 7,1 млрд рублей, почти до 275 млрд. Одних только обязательств перед частными вкладчиками у банка на 74,28 млрд рублей. СМИ уже раскопали, что в банке зависли деньги Олимпийского комитета России и VIP-вкладчиков, среди которых называют жену министра обороны Сергея Шойгу Ирину, супругу вице-премьера Дмитрия Козака Наталью Квачеву и зятя главы «Транснефти» Николая Токарева — Андрея Болотова. По некоторым данным, вклады «випов», превышающие те самые 1,4 млн рублей на человека, которые покрываются государственной гарантией, составляют до 40% всего объема вкладов во «Внешпроме».

Но главное — даже не наличие знаменитых вкладчиков. В конце концов, в Мастер-Банке их точно было не меньше. По данным источников, близких к следствию по делу о мошенничестве во Внешпромбанке, хотя сумма ущерба пока составляет немногим более 1 млрд рублей, «дыра» в активах банка приближается к 200 млрд. Чтобы было более наглядно, 200 млрд рублей — это пять годовых бюджетов Тульской области, или годовой бюджет Свердловской области, или почти половина годового бюджета Московской области.

То есть только у трех банков (у одного отозвана лицензия, другой на санации, судьбу третьего сейчас решает временная администрация ЦБ) совокупная «дыра» в балансах может составить около 400 млрд рублей. Вдвое больше прибыли всей банковской системы страны по итогам 2015 года. Добавьте к этому историю про арестованного не так давно банкира Алексея Григорьева, которому следствие инкриминировало организацию группы, за четыре года вывезшей из страны незаконно, с участием минимум 19 банков, 46 млрд долларов, — и станет понятно: мы слабо представляем себе реальное состояние банковской системы страны. Более того, есть подозрение, что его слабо представляет себе и само государство.

В общем, провожая 2015 год, мы вынуждены признать: дна ни российская экономика, ни банковская система пока не достигли. Дайвинг продолжается, и пока нет ни малейшей уверенности в том, что у государства хватит разума и решительности, чтобы остановить это экстремальное погружение в пучину «новой реальности», как теперь стыдливо принято именовать системный кризис, явно выходящий за рамки чистой экономики.