Сегмент потребительского кредитования уже успели похоронить, однако в декабре 2015 года и на январских каникулах он показал неплохой рост. Розничное кредитование – очень гибкое. Выживут и даже будут расти те банки, которые смогут грамотно подстроиться под новые реалии и ловить спрос потребителей.

Динамика кредитования сильно реагирует на макроэкономику. Розничные банки, специализирующиеся на потребительском кредитовании, реагируют не только острее, но и быстрее, чем все остальные сегменты – корпоративное, автокредитование, ипотечное кредитование. Короткие сроки и высокая диверсификация дают важное преимущество – адаптивность.

Потребительское кредитование сразу и довольно болезненно реагирует на ухудшение финансового положения населения и падение доходов. От этого сильно зависит не только уровень просрочки и качество портфеля, но и спрос на товары, которые покупаются в кредит. Мы уже видели после бума резкий провал рынка, но видели и не менее динамичные периоды «разморозки» и быстрого восстановления. Ни один другой сегмент так быстро не сворачиваются и так быстро не разворачиваются обратно.

Неоднозначно влияние на потребительское кредитование девальвации рубля. С одной стороны, это снижает спрос. С другой – в краткосрочном периоде обесценение национальной валюты может спрос как раз подогреть: люди захотят купить в кредит товары, пока они не подорожали еще сильнее. Ведь большая часть таких товаров иностранного производства.

Конечно, в декабре и январе всегда был сезонный всплеск активности покупателей и рост POS-кредитования; зима 2014–2015 годов была скорее исключением: валютный шок, повышение ключевой ставки, общая неопределенность и очень быстрый рост просрочки привели к «заморозке» рынка как раз в тот момент, когда обычно начинается предновогодний ажиотаж.

В этом году мы снова видим обычную картину, почти как в старые добрые времена: розничные банки показывают 30–40-процентный прирост объемов выдач, начинают строить более оптимистичные планы на 2016 год.

Надо сказать, что еще год назад розничные банки-монолайнеры сильно сократили свою инфраструктуру и сотрудников. Для ее восстановления нужны время и ресурсы, но, с другой стороны, она не свернута до минимума, и всплеск активности, какой мы наблюдали в декабре и январе, не потребовал новых инвестиций и мощного набора кадров.

Мы переходим к модели рынка, растущего «рывками»: сезонно, короткими периодами. Общая динамика в годовом выражении будет, скорее всего, около ноля, но мы будем видеть периоды оживлений, и сезонность, вероятно, окажется даже более ярко выраженной, чем раньше, когда рынок бурно рос.

Некоторые из лидеров рынка, зафиксировав огромные убытки по прошлым периодам, будут пытаться «ловить» краткосрочное оживление рынка, хотя не факт, что это принесет хороший финансовый результат. Клиентская база розничного кредитования – в основном люди, которые относятся к сегменту ниже среднего класса. Их финансовое положение ухудшается на глазах, и если даже в период бума они показали достаточно высокую просрочку, теперь она будет еще выше. С другой стороны, сегментация розницы тоже меняется – доля выдачи кредитов наличными будет минимальна, больше доля POS; постепенно начнет снижаться «закредитованность» и доля заемщиков с тремя и более кредитами, все большее влияние будут иметь кредитные истории.

Рынок становится более зрелым. Это, конечно, банальная такая фраза, все ее ненавидят, но именно так и есть.

При этом есть отдельные розничные банки, которые действительно не получили за последние несколько лет больших убытков и не показали какой-то драматический рост просрочки. Ухудшение качества портфеля и финансового резерва тоже есть – они ведь не в вакууме живут. Но они сейчас чувствуют себя «не ужасно» и могут позволить себе расти, имея запас прочности. Так что хоронить розничный банковский бизнес рано.

Конечно, спрос на импортные товары, в том числе в кредит, резко упадет из-за девальвации. Но при этом мы видим, что могут быть и точки роста.

Во-первых, это кредитование покупки товаров (в том числе бытовой техники), которые производятся в России и не подвержены так явно валютным рискам. Во-вторых, изменения в политике риск-менеджмента и структуре рынка вместе с высокой адаптивностью сегмента (о которой было сказано выше) как раз позволяют быстро развернуть динамику и уловить сезонный спрос. А вот какая модель уже точно не возродится, так это модель бума, «мягкого» риск-менеджмента, кредитов без документов, фондируемая очень дорогими депозитами.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции